"Фантастика 2023-118". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
Интересно, что он там настраивает?
Дубль застыл с разведёнными руками, одна из которых что-то переключила на деке, а вторая отстучала пароль с клавиатуры.
Пауза.
Индикаторы гейта начали окрашиваться зелёным. Что-то пискнуло. Красный огонёк подключения на деке пожелтел, затем позеленел.
— Есть! — воскликнул кибермансер.
Я не верил своим глазам.
Внешние признаки указывали на то, что подключение настроено.
Макс ткнул пальцем во что-то незримое, раздвинул несуществующие границы, и я увидел изменения, творящиеся на экране. Рабочий стол операционной среды исчез, сменившись окном браузера.
Стоп.
Это не браузер.
Скорее, диалоговое окно канала видеосвязи.
Из квадратика, развёрнутого в центре экрана, на меня смотрел ухмыляющийся аватар Макса-1. Аватар имел весьма отдалённое сходство со своим прототипом, но я видел этого типа во время недавней вылазки на Моноземлю.
— Привет, — аватар помахал рукой с экрана. — Как тебе такое, Дамиан Маск?
— Ты в Паутине?
— Ага. Присоединяйся.
Долго упрашивать не пришлось.
Натянув очки и сенсорные перчатки, я активировал их через неприметные сенсоры и краем глаза заметил, как зеленеет последний индикатор на деке.
Оба канала работают.
Неведомая сила забрасывает меня в операционную среду. Я — в вирте на минималках. Трёхмерная комната с объёмными иконками, плавающими в виде шаров. Стоит потянуться к такому шару, и он оказывается в руке. Хочешь — переставляй. Хочешь — разворачивай и пользуйся.
Нахожу значок мессенджера, перемещаюсь в свой аккаунт и понимаю, что личина аватара намертво прилипла ко мне настоящему.
Открываю дверь и выхожу в общее пространство чата, где меня дожидается Макс.
— Это Моноземля?
— Не совсем, — дубль качает головой. — Физически мы на деке. Правда, без серверов Паутины этот чат работать не будет.
Комната представляет собой гостиную с угловым диваном, парой мягких кресел, журнальным столиком и модульной стенкой. Вместо ненужного телевизора — окно в реальный мир. Там виднеются наши тела на фоне бревенчатых стен. Справа — второе окно. С видом на океан.
Дубль в своей новой ипостаси высок, худощав и слишком… прилизан. Ни одной морщинки, лишнего волоса, усталости в глазах. Дорогой костюм, туфли с острыми носами.
— Я хочу подрубиться к вебке.
— Какой город тебя интересует?
— Ну… у них есть Хельсинки?
— А то. Называется Гельсингом.
— Махнём туда.
И мы это сделали.
Активировали прогу для сканирования общественных камер, вбили в поисковую строку нужный город и молниеносно перекинулись за тридевять земель.
Подсознательно я был готов… даже не знаю, к чему. Помутнению рассудка в зоне переменных вероятностей? Экстренному выбросу? Удару током? Я могу видеть, слышать и трогать предметы благодаря сенсорным перчаткам. Запахи, вкусы и болевые ощущения мне недоступны. А вот Макс получит по нейронам в случае фиаско. Даже с минимальными пороговыми настройками.
Знаете, как выглядит подключение к вебке из вирта?
Буферная реальность разваливается на куски, и ты влетаешь в чужой город. Словно прыгаешь с вышки в бассейн. Разница в том, что картинка становится двумерной. Качество, разрешение — всё на уровне. Это же Моноземля, детка. У них такие пропускные способности, что думать страшно…
Звуков нет.
Но я вижу город и понимаю, что местный Гельсинг в плане комфортабельности среды продуман ещё круче, чем экополис, в котором мы с Лизой прожили больше десяти лет. Старые здания утопают в зелени, кое-где виднеются модульные конструкции, смахивающие на развёрнутые тессеракты.
— Здесь нет машин, — вырывается у меня.
Потребность в общении трансформировалась в команду. Левый верхний угол экрана выдал диалоговое окно с Максом. Ландшафт мы видели одинаковый.
— Ты прав, — согласился дубль. — Это город без машин.
— Охренеть, — выдохнул я.
Нет, у нас тоже хватает удивительных мест. Особенно на Аравийском полуострове, в Японии и Сингапуре. Я спокойно отношусь к этому, поскольку подобные технологии начали бурно развиваться в «тридцатых». Именно — начали. Здесь же… завершённый концепт, на реализацию которого должно было уйти минимум одно поколение.
Общественного транспорта в Гельсинге хватало. Я видел ветки монорельсов, курсирующие по воде суда, вездесущие аэротакси и непонятные штуковины, похожие на автобусы-беспилотники. Насколько я понял, тут использовалось электричество, а также водородное топливо. ДВС превратились в рудименты наподобие каменных пещер и угольных электростанций.
Я менял камеры и наслаждался ракурсами.
А потом вдруг понял одну вещь.
Мы перенеслись в Паутину из темпорального пузыря, который дрейфует за пределами известных вселенных. Будущее, прошлое — эти категории утратили для теневиков всяческий смысл. И всё же, мы находимся в реальном человеческом городе, наблюдаем за его жителями, движемся вместе с прогулочными катерами и вращаемся на обзорном колесе телебашни. Гейт позволил перенестись туда вопреки законам физики и здравого смысла.
Переместившись на дрон блогера, ведущего прямую трансляцию в формате стрима, я увидел проплывающие внизу модульные небоскрёбы, сросшиеся под прямыми углами на высоте тридцатого этажа. Вершины небоскрёбов были отведены под парки и посадочные площадки. Я видел бассейны, прогуливающихся по дорожкам жильцов…
И тут меня осенило.
— Эй, — позвал я дубля. — Сейчас ведь конец апреля, да?
— Не поспоришь, — ухмыльнулся Ву.
В Хельсинки середина весны — не лучшее время для таких вот прогулок. Температура редко достигает семи градусов, а деревья ещё стоят голыми.
— Какого хрена здесь творится?
Прохожие в лёгкой одежде — тонких брюках, платьях, кофтах. Некоторые носят шорты и футболки. Я вывел поисковую строку в верхний правый угол, вбил запрос по погоде и получил семнадцать градусов.
— Это невозможно.
— Ты в одном из энергосберегающих городов, дружище, — пояснил дубль. — Тротуары накапливают тепло, как и стены домов. Климат корректируется орбитальными спутниками.
Даже у нас такого нет.
Впервые за последний год я почувствовал себя отсталым дикарём. Я прибыл из будущего, но Моноземля уже в 2023 году находится на более высокой ступени развития. Не удивлюсь, если в 2100 году они будут колонизировать соседние звёздные системы и достигнут бессмертия.
Человечество объединилось.
И результат налицо.
Когда мы выпали обратно в реальность пузыря, я несколько минут потрясённо молчал, переваривая увиденное. Макс, судя по выражению на лице, думал о более практических вещах, чем развитие нашей расы. Когда он заговорил, я был вынужден спуститься с небес на землю.
— Ты видишь, всё работает.
— Вижу, — признал я.
— Каков наш план?
— Это твой план, бро. Я готов его выслушать.
— Твой, мой… — недовольно пробурчал двойник. — Мы ведь одно целое.
— Давай, — подбодрил я. — Жги. Я внесу коррективы, если будет косяк.
Макс откашлялся.
— Ну… Смотри. Гейты позволяют подрубаться к Высоким Сетям. К глобалу с развитым виртом и хорошими пропускными характеристиками. А пузырь игнорирует время. Если мы подключились к Паутине Моноземли, то можем провернуть этот фокус и с нашей вселенной. Атака из пузыря на «Эскапизм», как тебе такое? Мы не станем уничтожать их дата-центры — всё равно восстановятся. Я предлагаю взломать МОР-2. Обойти протоколы нейросети и заставить концерн отредактировать собственное прошлое. Эмиссары по приказу МОРа сделают так, что «Эскапизм» НИКОГДА НЕ ВОЗНИКНЕТ. Их снесёт переменами. Во всех ветках, вне зависимости от бифуркаций.
Прокручиваю идею в голове.
Надо обсудить с Брукс, конечно, но…
В целом, звучит неплохо.
Смущают две вещи. Первая — я никогда не делал ничего подобного. И не уверен, что «Эскапизм» самоликвидируется во всех развилках. Вот пусть Ким и скажет мне, насколько этот сценарий правдоподобен. Дубль через пару часов отправится на работу, а Кимберли придёт поздно вечером. Лиза уже будет спать, и мы обсудим детали грядущей операции.