"Фантастика 2023-118". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

Лиза не ответила.
— А что с твоим родом? — Макс задал очередной каверзный вопросик. — Вряд ли они нас примут.
— Не примут, — согласился я.
— А ты? — не отставал кибермансер. — Они знают, что никакой ты не Корсаков?
— Нет.
— Выживание, — хмыкнул Мрак.
— Ты поступил бы иначе?
— Сам знаешь.
— Нам нужна сеть, — уверенно заявила Лиза. — Чтобы лучше познакомиться с этим миром.
— Здесь это называется Информ, — пояснил я.
— Не важно, — отрезал Мрак. — Раздобудь нам с Лизой гаджеты.
Понеслись напряжённые дни.
Я решил повременить с возвращением в Магикум и занялся насущными вопросами. Купил Максу и Лизе смарт-браслеты, подключил и настроил связь. Пообщался с Голицыным и попросил подобрать для нашей семьи нормальное жильё. Какой-нибудь домик из программы по защите свидетелей. С устойчивыми порталами в Академию и Питер. И, само собой, выяснил, есть ли возможность выправить документы Лизе с Максом.
Мы сидели в кабинете щита императора, некогда принадлежавшем моему отцу. Скромное помещение с огромным количеством выдвижных экранов и скрытых устройств. Из окна открывался вид на изыски ландшафтных дизайнеров, проектировавших окрестности Петергофа.
— Значит, ты решил идти своим путём, — задумчиво произнёс Леонид Борисович. — Назад дороги не будет.
— Я понимаю.
— Ладно. Вот как это случится. Лиза и Макс Ву получат новые документы. Паспорта с подданством Российской империи. Айди-карты с правом запортального перемещения. Жизнь с чистого листа, можно сказать. Ты останешься Виктором Корсаковым, без обид.
— Что? — я чуть не вскочил со своего места. — Но...
— Сядь, — в голосе щита прорезалась сталь. — Война на пороге. Все против всех. Полев покинул страну, клан назначил нового лидера. Есть основания полагать, что лидер марионеточный, а Полев продолжит управлять Вечерней Звездой извне. У них есть союзники, но мы ещё не выяснили, кто.
— Причём здесь я?
— Скандал привлечёт лишнее внимание к твоей персоне. Дом Романовых предпочитает, чтобы ты оставался в тени. Хочешь откровенно поговорить с отцом? Твоё право. Его право — изгнать тебя из рода и лишить титула. Но помни, ты останешься Виктором Корсаковым. Такова воля императора.
Гадство.
Мои кулаки сжались.
Стоило ожидать чего-то подобного. Не может быть один человек в двух ипостасях. Если отбросить политические интересы Романовых вместе с их желанием использовать меня в противовес «‎Эскапизму», то как я себе представляю растиражированную личность Макса Ву? Лиза не может считаться дочерью двух отцов с одинаковым паспортом. С точки зрения закона это полный бред.
— Не будь ребёнком, — мягко произнёс Леонид Борисович. — Наследственные вопросы решаются через завещание. Всё, что ты хочешь передать своей дочери, ты передашь.
— Но не титул, — процедил я.
— Будем откровенны, — улыбнулся Голицын. — Ей это не поможет.
  
Глава 25
 
Экстренное совещание было организовано из-за меня. Точнее, из-за тех последствий, к которым привёл рейд в альтернативное будущее Земли. На повестке дня стоял конфликт с «‎Эскапизмом», Чайнворд, взаимоотношения с Вечерней Звездой и переговоры с теневиками. Я впервые видел столько чинов в одном месте. Помимо Голицына и Николая Второго, в конференц-зале Петергофа собрались директор тайной канцелярии, министр Обороны Дистриктов, министр межпортальных отношений, руководитель дипмиссии в Чайнворде, неизвестные мне консультанты и командиры спецподразделений.
— Приступим, — император был немногословен, предельно собран и... напряжён. Мне показалось, что последние две ночи царь не высыпается — образовались характерные мешки под глазами. — Повестка дня вам известна. С отчётами наших ребят вы познакомились... Как и со слепками трансляций. Предлагаю начать с Чайнворда. Посол.
Олег Витальевич Чикунов, возглавлявший имперское посольство в параллельном Китае, вышел к кафедре и вкратце описал положение вещей. Из доклада следовало, что с компартией наметился нехилый дипломатический кризис. Официальная причина, по которой предъявлялись претензии — несанкционированная работа имперских спецслужб на территории ВКК. Неофициальная — сговор между азиатами и Вечерней Звездой. Что косвенно указывает на подрывную деятельность клана, подпадающую под определение «‎госизмена». Косвенно, потому что прямых доказательств нет и не предвидится в обозримом будущем.
 
— Грозит ли текущая ситуация разрывом отношений с Чайнвордом? — спросил император.
— Ещё как грозит, — честно признался посол. — По нашим оценкам, это казус белли. Чайнворд продолжит сотрудничать с Вечерней Звездой, игнорируя официальные власти России.
— Ну-ну, — хмыкнул Романов. — Мы наложим торговые ограничения и прикроем эту лавочку. Никто не смеет нас обходить. Не в этот раз.
— Планируются ли боевые действия с их стороны? — сухо поинтересовался Дмитрий Карницкий, министр Обороны Дистриктов. — Вы же наблюдаете за перемещениями войск, как я полагаю.
— Нет никаких перемещений, — пожал плечами посол. — И приготовления к войне нами не замечены. Думаю, командование Великого Китая пока не готово к прямому столкновению.
— Тут всё понятно, — вздохнул Романов. — Начнётся позиционная игра с попытками выбить из нас более выгодные условия для торговли. Не удивлюсь, если через пару недель прозвучит слово «‎пошлины». Давайте перейдём к Вечерней Звезде.
Слово взял Тимофей Вансович, директор тайной канцелярии.
Я постарался запомнить человека, в ведомстве которого проработал несколько месяцев. Вансович оказался сухощавым типом с совершенно ничего не выражающим взглядом, выдающимся вперёд подбородком светлыми волосами. На вид около тридцати пяти, но внешность мага — обманчивая штука. Никогда не угадаешь, в какой клинике проводилась коррекция, и сколько бабла человек сливает на эликсиры.
— Правящее ядро среагировало на наш ультиматум, — сообщил Вансович. — Формально Полев был низложен, отстранён от администрирования и объявлен в розыск. То же самое мы сделали по своим каналам.
— Объявлен в розыск, — повторил император. — И где же результат?
— Его нет, Ваше Величество, — неохотно признал директор. — Полев покинул страну за несколько часов до того, как всё закрутилось. Мы, понятное дело, обнулили его гражданские права.
— И где он находится, по вашему мнению? — вступил в разговор Голицын.
— Предположительно, в одной из бывших византийских колоний, — вздохнул Вансович. — Запрос на депортацию мы уже отправили, но...
— Результат нулевой, — догадался Романов.
— Именно, — кивнул канцелярист. — Кроме того, есть основания полагать, что Звезда обходит наши протоколы безопасности. Придерживаясь буквы закона, клановцы всё ещё выполняют приказы своего лидера, передающиеся доверенными лицами. У нас нет формального повода для того, чтобы приступить к чисткам. Действовать превентивно мы не можем — это приведёт к объединению кланов и свержению правящей династии.
— Постойте, — я решил задать мучивший меня с самого начала вопрос, — а что не так с Вечерней Звездой? Логика подсказывает, что должна быть внутриклановая борьба за власть. Свержение Полева выгодно старейшим родам — они получают возможность выдвинуть своего лидера и прибрать к рукам всю структуру. Разве нет?
Ловлю на себе несколько сочувствующих взглядов.
— Витя, ты чужак и не совсем понимаешь, как у нас всё устроено, — терпеливо пояснил Николай Романов. — Смотри, я правлю страной, но свергать меня никто не спешит, хотя в России имеются сильные кланы. И да, они могут объединиться прямо сейчас. Почему этого не происходит?
Все ждали моего ответа.
— Хаос, — пожимаю плечами. — Гражданская война ослабит империю. Многие погибнут. Прибыль упадёт. Это никому не выгодно.
— Именно, — Романов был доволен моим ответом. Прямо как преподаватель Магикума. — Паритет. Сдержки и противовесы. Некогда наши предки выдвинули из своего числа сильнейших, наделив их полнотой власти. Общественный договор без участия основной массы населения. Вот я и говорю: чтобы обрушить баланс, нужны веские основания. Угроза одному из кланов будет означать угрозу для всех. Сегодня они, завтра — мы. Так будут думать клановые лидеры. Поэтому у нас есть спецслужбы, противодействующие клановой политике. Мы ограничиваем монополистов в отдельных сферах, препятствуем сговору в целях нарушения паритета, но не замахиваемся на основы — безопасность старейших родов.