"Фантастика 2023-118". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

Теперь, когда я освоил боевой транс, мне гораздо легче. Не нужно всякий раз после тренировки погружаться в медитацию. Это одна из причин, по которой я не сомневаюсь в успешной сдаче ТВИМП.
Моя сила растёт.
Знаете, меня серьёзно заинтересовал вопрос поднятия ранга. Тут много непоняток. Например, я не дорубаю, какие факторы влияют на получение ранга при инициации. Ну, хрен бы с ним, получил уберплюшку и живи дальше. Так ведь имеется восьмая ступень. Грандмастер. А ещё — магистр и архонт. И тут невольно напрашиваются очередные сравнения с компьютерными играми. Каждый следующий уровень поднять намного тяжелее предыдущего.
Вот несколько фактов в копилку.
Почти шестьдесят процентов поступивших поднимают на инициации адепта, ещё двадцать процентов — новика. Остальные приходят уже с рангом, полученным в императорском святилище. Какими бы фанатами культивации ни были родители одарённого, раньше двенадцати-четырнадцати лет его в святилище не поведут. Слишком велики риски. Так вот, эти вундеркинды вполне способны подать документы в Магикум, будучи новиками или заклинателями. Внимание, вопрос: что светит наиболее продвинутым ученикам на последнем курсе?
Обращаемся к статистике.
Семьдесят процентов прокачиваются до заклинателя. Двадцать — до сведущего. Девять и девяносто девять сотых — до продвинутого. И лишь единицам суждено стать мастерами. Дальше начинается спираль бесконечного восхождения с шагом в пять, десять и даже пятьдесят лет. И тут уже многое зависит от силы крови. Нет, не так. ВСЁ зависит от силы крови. Люди с хорошей наследственностью на склоне лет превратятся в архонтов. Вот только людей этих на планете единицы. Подавляющая масса одарённых умрёт, так и не добравшись до ступеньки грандмастера. А кому-то это нафиг не нужно. Счастье и успех — понятия субъективные.
Размышляя над этими вопросами, я отправился в административное здание.
Меня ждала очередная взбучка от Брукс.
  
Глава 7
 
«Осень» нам надоела.
Обоим.
И я решил повести Дашу в ресторан второкурсников — «Зиму». Никаких ограничений на входе по году обучения не существовало, а мне было интересно посетить это заведение.
Чтобы попасть на кампус второго курса, нам пришлось пересечь южную часть студгородка, в которой я бывал нечасто. Тот же лесопарк, но более ухоженный. Вместо тропинок чаще встречаются каменные дорожки, беседки и лавочки. Фонарей больше, опять же.
Мы шли, увлечённо разговаривая.
Даша куталась в шарф, а её голову украшала фетровая шляпа-трилби. Едва мы встретились, я почуял запах дорогого парфюма.
В лесу, когда нас обступили шелестящие кроны деревьев, Вешенская коснулась пальцами моей руки. Я сжал ладонь девушки в тонкой перчатке. Этот простой жест, демонстрирующий привязанность, сделал нас ближе. И показался естественным, несмотря на детскую наивность.
— У меня есть несколько клановых друзей, — щебетала Даша, и я чувствовал её тепло сквозь перчатку. — Мы с детства дружим, но сейчас они как-то напрягают.
— Почему? — спросил я.
— Заносчивость, — пояснила Даша. — Снобизм. Не знаю, как объяснить. Ты и сам всё это видишь, разве нет?
Мне пришлось согласиться.
— Папа говорит, что кланы — это пережиток феодализма. А нужны они, чтобы эксплуатировать всех, кто слабее. Сам клан не делает тебя сильным. Ты остаёшься винтиком.
— Ну, это же очевидно.
— Не для всех, — возразила Даша. — Посмотри, что творится на потоке. Мещане из кожи вон лезут, чтобы выслужиться перед клановцами. Показать себя, сдружиться со Стерхом или Искателями. Девушка готова переспать с парнем, если он из клана. Рассчитывая в будущем на некую выгоду. Понимаешь?
— Очень хорошо.
— Тут уже многие так сделали. И предсказуемо ничего не получили.
— Евгеника, — хмыкнул я.
— Не только, — Вешенская покачала головой. — Тебе ведь может попасться талантливая одарённая, взявшая новика на инициации. Бастарды, куда ж без них. Просто у клановцев, как и у других аристо все альянсы расписаны на десятилетия вперёд.
 
— Не все клановцы — аристо, — заметил я.
— Верно. Но ты же понимаешь, мещанину из клана проще найти девушку благородного происхождения, чей род обеднел. Отцы таких девушек с радостью заключают неравные браки, ведь им открывается дорога в клан. А простолюдины обзаводятся гербом.
— Честный обмен, — признал я.
— Не спеши с выводами. Вступив в клан, ты можешь развестись и остаться в нём. Это прогулка по трупам.
— Брак по расчёту — это всегда прогулка по трупам.
Ответить на мои слова Даша не успела.
Лес расступился, открывая нашим взорам...
«Зиму».
Белое здание в форме юрты смотрится посреди соснового бора... необычно. Примерно как НЛО из другой галактики в трущобном квартале Мумбаи. Вообразите себе поляну с двухэтажной полусферой. Частичное панорамное остекление. Я вижу два зала, столики, ужинающих людей. По залам величественно перемещаются официанты. Главный вход тоже стеклянный, с раздвижными створками на датчиках.
— Я слышала, здесь зависают студенты, решившие отпраздновать Новый год в Академии, — сказала Даша.
Что ж, могу себе это представить. Поляна укутана сугробами, на сосновых лапах — снежные шапки. Чёрные небеса источают белый пух, оседающий на изогнутых оконных рамах...
И огоньки.
Гирлянды лампочек, перемигивающихся зелёным, красным, фиолетовым...
Думаю, тут будет красиво. В моей реальности под Брянском можно дождаться разве что проливного дождя или торнадо, бушующего над бескрайней степью.
Сейчас — не так.
Угрюмый осенний лес. Скрипящие на ветру сосны. Клочья облаков, гоняющихся друг за другом среди звёзд. И убывающая луна, напоровшаяся брюхом на вершины деревьев.
Фойе встретило нас гулкой тишиной и полупустым гардеробом, за стойкой которого дежурила улыбчивая пожилая женщина. Я помог Даше снять пальто, избавился от своей куртки и получил жетончик с номером вешалки. Шляпу и шарф девушка тоже сдала.
Хостес в фойе не было, так что мы направились к очередным стеклянным дверям, ведущим в обеденный зал первого этажа. Дальняя стена купола оказалась плоской — там проектировщики разместили кухню. На второй ярус вела спиральная лестница в центре зала.
Вечером включилось холодное освещение.
Потолочные панели не оставляли теням ни единого шанса.
Мы с Дашей поднялись на второй этаж — туда, где предпочитали ужинать романтически настроенные пары. Из царства холода и отстранённости мы попали в уютное помещение с закругляющимся сводом. Прозрачным сводом, сквозь который можно любоваться луной и звёздами. Пять или шесть столиков, разбросанных по залу, были освещены настольными лампами. Матерчатые абажуры с бахромой создавали ощущение домашнего уюта. Здесь только телескопа не хватает, подумал я, шагая вслед за своей спутницей к изогнутой стене купола.
Мы здесь были почти одни.
На противоположном краю помещения ворковали парень и девушка. Фоном играла однообразная мелодия, сквозь которую прорывались звуки метели. Блин, вы бы ещё голограмму снегопада включили.
— Очень мило, — сказала Даша, оценивая интерьер. — Ты здесь бывал раньше?
— Ещё нет.
Столики были совсем крохотными, рассчитанными на двоих человек.
Как выяснилось, в «Зиме» доминировала скандинавская кухня. Я заказал себе мясные фрикадельки с отварным картофелем и деревенской сметаной. Плюс норвежский салат с икрой лосося и печенью трески. Даша ограничилась каким-то диетическим супчиком, от которого на меня повеяло целым набором специй, и рыбным гратеном со стручковой фасолью. Под это дело нам принесли бутылочку пино нуар. В качестве десерта мы взяли по чашке горячего шоколада.
Даша начала увлечённо рассказывать о своём летнем путешествии по Европе и Византии, я внимательно слушал, вворачивал какие-то фразы, а потом решил задать мучивший меня вопрос:
— Я вижу, ты обожаешь путешествовать.
— Если удаётся выкроить несколько недель, — признала Даша. — Папа говорит, что дела на первом плане...