"Фантастика 2023-118". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

Студенты расплачивались картами и смартфонами.
Я быстро просек фишку, и, когда наступила моя очередь, уже держал в руке пластик, выданный батей. Все клавиши были сенсорными, вот только названия напитков выглядели необычно. Гляссе, мароккано, лунго, ферреро… Дабы не испытывать судьбу, я выбрал «чёрный по-эфиопски» без сахара.
— А ты что будешь?
— Мароккано.
Достав свой стаканчик из ниши за стеклом, я проделал дополнительные манипуляции и оформил соседу желаемое. Оба раза расплачивался картой, прикладывая ее к считывающему устройству.
Неудобно.
В моем мире есть вживленные в палец чипы, информация с которых снимается удалённо. Кибермансеры так и вовсе перечисляют деньги мыслекомандами.
— Держи.
Кофе Саймона пах душистыми травами.
А вот эфиопские технологии не разочаровали. Хорошо сваренный чёрный кофе. Без примесей, молока, мёда и всего, что нарушает утренний фэншуй.
Насладиться вкусом и ароматом напитка я не успел.
Проходивший мимо старшекурсник толкнул меня плечом, и содержимое стаканчика расплескалось по кафельному полу. Я поискал глазами обидчика, но тот уже растворился в толпе. Кругом — однотипные рубашки, брюки, прически.
Гадство.
Я швырнул стаканчик в переполненную мусорку.
— Возьми мой, — предложил Саймон. — Чёрт. Успокойся, бро.
Поднявшаяся волна ярости наполнила меня энергией. Что-то случилось. Я заметил, что пальцы левой руки светятся, утопают в белом сиянии.
Таак.
Держи себя в руках, парень.
Я глубоко вдохнул, выдохнул. Подумал о криках чаек над бескрайней морской синевой. И свечение начало пропадать, сходить на нет.
Проходившая мимо группа девушек начала оборачиваться.
Взгляды были удивлёнными и…
Заинтересованными.
— Идём, — поторопил Саймон.
Аудитория под номером 205 располагалась на втором этаже. Охренеть, как повезло. Только благодаря этому мы не опоздали.
Группа собралась в полном составе, причем лица у многих были недовольными. Вчерашние потенциалы лениво перешёптывались, выкладывали из рюкзаков тетради, допивали кофе. У некоторых предусмотрительных личностей на партах стояли термосы.
Наставник еще не пришел.
Аппетитная и неразговорчивая соседка по парте хмуро покосилась в мою сторону. Сегодня девушка не стала заплетать косу, ее волосы были распущены. Небрежно кивнув Авроре Лагранж, я уселся на своё место.
— Говорят, ты убил менталиста, — прошептал девушка.
— Много чего говорят, — отрезал я.
— Это правда?
— Нет.
— Так ведь он погиб.
— Да. Я не знаю, что случилось. И не хочу об этом говорить.
Лицо Лагранж стало недовольным.
Я заметил, как аристократка теребит ручку в пальцах.
— Что ещё? — не выдержал я.
Учитель задерживался.
Это означало, что мне придётся вступить в диалог с надменной сучкой. Авроре что-то нужно, я такие вещи нутром чую. Сегодня она решила сменить гнев на милость. Ее интересует некий вопрос.
Какой?
— У нас не хватает одного человека, — сказала Лагранж. — Заметил?
— Нет.
— Не все пережили обряд.
— Это логично, — я пожимаю плечами. — Вулф сказал, что один из нас умрёт. Статистика, детка.
— Я тебе не детка, — нахмурилась Аврора. — Сбавь тон.
— Это не мне что-то нужно. — Я посмотрел на девушку в упор. — Ты завела разговор. Давай порассуждаем. Я не состою в клане, мой род не относится к числу сверхбогатых, тогда что?
— Отряд сдерживания, — сдалась Лагранж.
— Вот оно что, — хмыкнул я.
— За эту ночь многое изменилось, Виктор. После ритуала одни окрепли, сохранив родовые техники и подняв ранг, другие сменили направленность Дара. Распались альянсы, образовались новые. Дураки вчера праздновали, умные люди формировали команды.
— Что ты знаешь?
— Многое. Вот, например…
Наш разговор оборвался на самом интересном месте. В аудиторию быстрым шагом вошел преподаватель. Энергичный мужчина лет пятидесяти. Слегка лысоватый, с роскошными усами над верхней губой. Мужчина носил идеально отглаженные брюки со стрелками, темно-коричневые туфли и белую рубашку. Галстук учитель истории проигнорировал.
 
— Извините за опоздание. Задержали на утренней планёрке.
Группа молчала.
Даже гудение на задних партах стихло.
— Итак, — преподаватель добрался до кафедры, достал планшет и начал трогать незримые клавиши на экране. — Сегодня, как посмотрю, все на месте. Вы уже знаете, я отслеживаю ваше присутствие по геолокации. Через специальное приложение. Поэтому мне не нужны старосты и прочие рудименты из прошлого.
В правом ряду поднялась рука.
— Да, молодой человек?
Руку поднял невзрачный паренек ботанического вида. В очках с белой оправой. Худой, но не слишком. Среднего роста. С непонятным хаосом на голове, собранным в небрежный пучок. Я бы сказал, что неблагородного происхождения.
— А разве вы не должны пользоваться бумажным журналом?
— Хороший вопрос, — похвалил историк. — Видите ли, юноша, журналом пользуются маги, достигшие вершин в своей области. Как правило, минимальная планка — мастер. Эти преподаватели будут устраивать перекличку. А позже, когда вы разделитесь на отряды, мы начнем вести работу с командирами. Что касается меня… то я вообще не обладаю Даром.
Повисла гробовая тишина.
Все охренели от услышанного.
Преподаватель Магикума — не одаренный? Звучит, как ересь. Наставник обвёл нас внимательным взглядом. Похоже, он любил шокировать студентов такими признаниями.
— Меня зовут Аполинарием Феофановичем Беловым. Я из аристократического рода, не практикующего магию. Вообще. Так бывает. Не все дворяне — одаренные.
Я знал об этом.
Когда ученики Основателя начали своё триумфальное шествие по планете, аристо затеяли игру с евгеническим отбором. Простолюдины со сверхспособностями получали предложения, от которых невозможно отказаться. Складывались гаремы, причём на первых порах — неофициальные. И всё же, сохранились рода, которые не утратили контроль над фамильным бизнесом, сделав ставку на грамотное управление. Как правило, если таким людям требуется защита, они нанимают подчиненных со сверхспособностями. Личных телохранителей, начальников СБ. А еще, учитывая особенности Дуэльного Кодекса, очень хорошо владеют всеми видами оружия. Как правило.
— Собственно, мне и не нужно быть одаренным, чтобы преподавать историю в Академии, — сдержанно улыбнулся Аполинарий Белов. — Это ведь просто знания. А швыряться фаерболами в монстров вас научат другие люди.
По аудитории прокатился смешок.
— Занятие я начну с печальных новостей, — улыбка сползла с лица преподавателя. — Сегодняшнюю ночь не сумели пережить шесть человек. Пятеро ваших сверстников и приглашенный менталист, проводивший жесткую инициацию на Старой Арене. Давайте почтим их память минутой молчания.
Пока группа была погружена в свои мысли, я покосился на Аврору Лагранж.
Девушка неотрывно смотрела на меня.
Внезапно в голове прозвучал ее голос:
Я знаю, что ты проходил обряд, когда умер этот чувак, Кроун.
Ты — менталист.
Да.
Поэтому учишься на ВЭС? Хочешь стать переговорщиком. И тебя не берут в отряд, потому что в первую очередь всем нужны боевые маги.
Идиоты, согласись.
— Что ж, приступим, — наставник прервал наш мысленный диалог. — Мы приступаем к изучению курса Новейшей истории Российской империи.
Народ зашелестел тетрадками.
— Кто знает, — Белов обвел аудиторию испытующим взглядом, — с чем связано начало данного периода? И какое событие служит точкой отсчёта для всемирной новейшей истории?
Вверх тотчас взлетела рука уже знакомого ботаника.
— Прошу вас, — наставник милостиво склонил голову и воззрился на очкарика.
— Новейшая история связана с появлением магии, — отчеканил ботан. — Случилось это в 1862 году.
— Абсолютно верно, — кивнул Аполинарий Феофанович. — Как вы уже поняли, мы изучаем полуторавековой период, начинающийся в 1862 году и продолжающийся по сей день. Скромный отрезок времени в контексте истории человечества. И всё же, друзья, именно эти полтора столетия необратимо перекроили мировую карту, перевернули наши представления о вселенной, открыли перед людьми новые горизонты. Без преувеличения могу сказать, что Новейшее время — наиболее значимый период для цивилизации. Сразу хочу настроить всех присутствующих на серьезное отношение к предмету. В первом семестре, а это уже в декабре, вы будете сдавать мне зачёт по периоду до Великой Портальной войны включительно. В конце первого курса вас ждёт экзамен. И, поверьте, спуску никто не даст. У многих тянутся хвосты аж до второго курса, а были и случаи исключения особо нерадивых студентов.