"Фантастика 2023-118". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

Одним прыжком преодолеваю треть бельярдной, но шипованная тварь закладывает вираж и устремляется следом. Суки, откуда у вас мой код ДНК?
У дверного проема дорогу заступает «призрак».
Мы оба наносим друг другу удары плазменными резаками. Взмахи наотмашь, сливающиеся на высоких скоростях в светящиеся дуги. Бок обжигает болью — пластины брони повреждены. Мой оппонент падает на колени, хватаясь за горло. Я добиваю «призрака» тычком плазменного ножа в голову. Лезвие прошивает шлем и хорошенько прожаривает мозги спецназовца. Слышится шипение.
К двери!
Наши ребята взломали систему безопасности, поэтому створки должны разойтись от прикосновения к сенсору. Я вскользь трогаю пластину… и врезаюсь в полотно.
Бильярдная заперта.
А как «призраки» оказались внутри?
Это последняя мысль. Граната толкает меня в спину, шипы с мономолекулярными насадками застревают в пластине. Гремит взрыв.
Я погружаюсь во тьму, из которой нет возврата…
* * *
— Отключай эту хрень!
Машина резко вильнула вбок, тело заносит, жгуты и провода натянулись. Да, меня зафиксировали жгутами на кушетке. Или каталке. В голове каша, ребра болят, глаза слезятся.
Я жив или нет?
Меня разорвало на куски в Дубае, тут никакой госпиталь не поможет. Самонаводящиеся гранаты обладают кумулятивным эффектом, и они мощные. Пробивают любые доспехи, превращая оператора в фарш.
По идее, бояться нечего.
Я в загробном мире, и умереть во второй раз не получится… И всё же, срабатывают рефлексы. Чтобы защитить себя, я должен иметь свободные руки.
Девушка, выругавшись, отбрасывает планшет и хватается рукой за мою кушетку.
Фургон набирает скорость.
— Ну! — в моем голосе прорезалась сталь.
Девушка посмотрела на меня с удивлением, но подчинилась. Щелкнул карабин, правая кисть освободилась. Перевернувшись на левый бок, я начал возиться со вторым креплением. Девушка тем временем расстегнула гибкую ленту на моем поясе.
Справившись с карабином, я начал отдирать провода — все они были закреплены липкими фиксаторами.
Твою мать.
Не похоже на загробный мир.
А еще у меня голос какой-то странный. Юношеский, не взрослый. Мягкий тембр, никакой хрипотцы. Это чужой голос, он не принадлежит мне!
Пальцы длинные и тонкие. Костяшки не сбитые от многочисленных тренировок в спортзале. Да что там, у меня здоровенные кулаки, а здесь… Тонкие предплечья. Я в теле хлюпика, а не нормального сорокалетнего мужика, умеющего за себя постоять.
— Как тебя зовут? — спросил я.
Девушка ответила нехотя:
— Кара.
И тут я вспоминаю важную деталь — первые секунды своего пробуждения. Меня назвали «Витей». Тело чужое, голос и руки — тоже.
Дичь.
Надо побыстрее выяснить, что происходит.
Звуки улицы вновь вспарываются автоматной очередью. Нас преследуют, по фургону открыт огонь. А у меня нет бронекостюма, винтовки, резака. Вообще ничего нет.
Отстегиваюсь от ложемента и спрыгиваю на пол фургона.
Пористый прямоугольник тотчас складывается и прижимается к боковой поверхности салона. Провода втягиваются в специальные гнезда. Интересная технология.
Резкий поворот.
Ноги подкашиваются, я падаю на ребристую поверхность.
Да, забыл сказать. На мне — какая-то хламида, напоминающая больничную пижаму. Белья нет. Жесть какая, только апостола Петра с ключами не хватает. Правда, с райскими кущами эта каморка имеет мало общего. Да и охотятся за нами явно не ангелы.
Стрельба возобновилась.
Одна из пуль прошивает заднюю дверцу, попадает в белый вырост на потолке. Из выроста с шипением вырывается воздух.
— В кабину, — приказывает Кара.
Я хорошо знаю этот тон. Подобные распоряжения отдаются гражданским, чтобы те не путались под ногами. Вот только не вижу я в руках моей спутницы оружия. Даже самой завалящей пневматики.
Ок.
Допустим, она знает, что делает.
Меня шатает — то ли от резких поворотов, то ли от слабости. Чую, этот организм пережил не лучшие времена. Возможно, я траванулся перед тем, как оказаться в этом фургоне. Косвенно мою догадку подтверждают проводки и диагностический планшет.
 
Добираюсь до серого прямоугольника, вписанного в переборку.
Автоматика раздвигает створки — половинки двери уходят вверх и вниз. Мы что, на туристическом автобусе покатушки устроили? Ладно, сейчас не до вопросов.
Кабина напоминает логово дальнобойщика. Высокие и массивные кресла, приборная панель со светящимися циферблатами, полукруглая баранка, смахивающая на штурвал в самолете. В водительском кресле сидит мрачный детина и неотрывно смотрит… на оцифрованную картинку. Лобовое стекло — это большой экран, по которому несутся потоки машин. Снаружи ночь, а это совершенно не чувствуется.
Плюхаюсь в соседнее кресло.
И тут же оборачиваюсь, предчувствуя неладное. Так и есть. Створки двери в салон почему-то не сомкнулись, и я увидел… То, что окончательно перевернуло мои представления о действительности.
Кара распахнула настежь заднюю дверь — полотно откинулось вверх на доводчиках. Девушку окутал полупрозрачный шар, по которому изредка пробегали… Молнии? Неоновые дорожки? Я никогда такого не видел — даже в экспериментальных лабораториях «Ростехно». А вишенкой на торте стали светящиеся диски, которые девушка соткала из пустоты в своих ладонях.
Я был прав.
Это загробный мир.
Кара сделала неуловимое движение кистью, и светящийся диск полетел во тьму — прямиком к черному джипу, преследующему нас по оживленной трассе. Из люка в крыше джипа высунулся мужик, который и палил по нашему фургону из автомата. Диск угодил в грудину этому чуваку, разбрызгивая красное. Кровища заляпала крышу и лобовое стекло внедорожника, автомат упал на проезжую часть и сгинул под колесами встречной фуры.
Второй диск Кара вогнала в колесо внедорожника.
Джип вильнул вправо, столкнулся с какой-то легковушкой. Грохот, скрежет, визг тормозов, гудки, разлетающиеся по сторонам детали…
— Какого хера дверь открыта? — рявкнула Кара.
Я понял, что моя нога блокирует автоматику. Увлекшись, я так и остался сидеть вполоборота, наблюдая за происходящим дерьмом.
Реалистичный трип!
Водитель покосился на меня с недобрым прищуром.
— Ладно-ладно, — отворачиваюсь от спектакля.
Металлические створки отрезают салон от кабины.
— Кто вы такие? — не выдерживаю я. — Куда мы едем?
— Не мешай, парень, — процедил водила, проскакивая на красный свет и чудом избегая контакта с автобусом. — Нам заплатили, чтобы вытащить тебя из жопы.
Благоразумно молчу.
Машина ныряет в тоннель и набирает ускорение. Звуков перестрелки больше не слышно. Лампы подсветки сливаются в белые линии.
Лихорадочно соображаю.
Тело ломает и корежит, словно я нарик, переживающий ломку. Болят мышцы и суставы. Дыхание затруднено, пульс учащенный. Впрочем, это может быть адреналин. У меня всего два варианта. Либо я отправился в чистилище, и меня везут по этому гребаному тоннелю в ад, а Харон зашифровался под водителя, либо фургон реален. Здравый смысл подсказывает, что души умерших не испытывают ломку. Следовательно, я в реале. В теле мелкого пацана. Я не вижу своего отражения…
Стоп.
Почему же?
Вот оно, зеркало. Крохотный дисплей, вмонтированный в верхнюю часть лобового экрана. Прямоугольник выставлен на отражающий режим. Устаревшая технология, у нас такой пользуются разве что кочевники из Средней Азии.
Зеркало демонстрирует мне смазливую мордашку со спутанными черными космами волос и пронзительными льдисто-голубыми глазами. Видок у меня болезненный, словно я вернулся с того света. Черты лица… породистые. Я бы даже сказал, аристократические.
Хрень собачья.
Осматриваю себя более внимательно. Кожа бледная, мышцы в зачаточном состоянии. Общая костлявость и дрищавость. Это точно не я. Ну, не моя прежняя физическая оболочка.
Перерождение?
Версия кажется бредовой, но вот они — факты. Выходит, я подорвался на той гранате и перенесся в совершенно иной мир. Вселился не пойми в кого. И этот не пойми кто спасается бегством от неведомых преследователей в компании угрюмого хмыря-водителя и сисястой оторвы, которая пользуется хитрым колдунством.