Последний реанорец. Том X (СИ)
Несколько часов спустя…
‒ Мы выполнили свою часть сделки. Оба форпоста разрушены. Множество российских изгоев мертво. Где обещанная награда, Карлайл? ‒ ледяным тоном вопросила Хааона, неспешно входя в кабинет и присаживаясь прямо перед лордом, в то время как в углу помещения присутствовал еще один неизвестный ей человек. ‒ Где семья Лазарева? Либо же, где он сам? Вы обещали доставить их еще два дня назад.
‒ Возникли некоторые… сложности, ‒ сухо сообщил граф, поднимая глаза на женщину и косясь в сторону окна. ‒ Российская империя и Романовы лично своеобразным методом вступились за своего подопечного. По слухам он сейчас находится в бегах. Отныне он вне закона и международный преступник.
На долгие мгновения в кабинете повисла гнетущая и выжидающая тишина, но уже в следующий миг нахмурившаяся женщина ни с того ни с сего громко и надменно расхохоталась, словно о чем-то догадалась.
‒ Вне закона? В бегах? Международный преступник? ‒ едко прошипела та, будто пробовала прошлые слова на вкус и глядя лорду точно в глаза. ‒ Ваше нападение провалилось, не так ли? Вы жутко облажались! Ты глупец, Рой Карлайл! ‒ выпалила брезгливо дочь Хаарсы. ‒ Я говорила вам, чтобы вы готовились тщательнее к таким вещам. Также предупреждала об опасности уничтожения форпостов и ваших опрометчивых поступках. Вы обещали мне доставить либо Лазарева, либо его семью. И что-то я не вижу здесь ни его самого, ни его баб! Вы нарушили своё слово и как намерены теперь расплачиваться?
‒ С чего такой нездоровый интерес к одному беглецу? ‒ внезапно задал вопрос тот самый незнакомец, сидящий в тени угла. ‒ И откуда столь много ненависти к нему? Когда вы успели познакомиться и чем он тебе насолил?
‒ Беглецу? ‒ процедила сквозь зубы женщина, резко взглянув на мужчину, а её лицо исказилось в гримасе гнева. ‒ Человек, ты даже представить себе не можешь, на что способен этот так называемый беглец! А моя ненависть вас не должна касаться. У нас был договор. Вы обещали, что доставите к нам его близких. И вы нарушили своё слово. Вам кто-нибудь говорил, что клятвы священны? И что бывает за их невыполнение?
Атмосфера после слов дочери Хаарсы подскочила к пику напряжения за долю секунды, сила присутствующих в кабинете аур резко начала нарастать и подавлять, а сам неизвестный медленно поднялся со своего кресла и неспешно приблизился к столу, явив своё лицо.
‒ Ты смеешь угрожать мне? ‒ вдруг вспылил Эдгар, играя желваками. ‒ Ты хоть понимаешь, с кем сейчас говоришь и на что я способен?
‒ Ваше величество! ‒ встревожено заголосил Карлайл, моментально встав между ними. ‒ Как ваш советник я заявляю, что не стоит этого делать. Опрометчиво!
‒ Величество? ‒ резко нахмурилась дочь Хаарсы, а на её губах заиграла насмешливая улыбка и та вновь громко и демонстративно расхохоталась. ‒ Так ты… ты император Британской империи? Надо же! Я представляла тебя совсем другим… Ты мало чем отличаешься от остальных людей!
‒ Выбирай выражения, женщина, и помни с кем говоришь! ‒ разозлился мгновенно Карлайл, пронзив ту недовольным взором. ‒ А пока сосредоточься вместе со своим другом на уничтожении остальных форпостов в стигме. Необходимо, чтобы Лазарева искали все, кто только мог…
‒ Ты силен, император, ‒ внезапно с ехидной усмешкой заметила нага, играя в гляделки с Ланкастером и внимательно его изучая, а после неторопливо поднялась со своего места. ‒ Но далеко не всесилен. Вы даже представить себе не можете, на что способен так называемый беглец, о котором говорите. И вы оба не представляете, как сильно облажались, когда упустили свой шанс пленить его или же его семью. Своим поступком вы лишь развязали ему руки. Именно этого я и боялась… Мы займемся оставшимися форпостами, но даём вам два месяца на его поиски или же приведите значимых для него людей! Либо доставьте его живым… если получится, ‒ фыркнула брезгливо Хааона, отворачиваясь от британцев и шагая в сторону выхода. Но прежде чем покинуть кабинет, та вновь напоследок обернулась. ‒ По истечении этого времени, если мы не увидим его здесь живым, то я разорву наш договор. И мой тебе совет, человеческий император, займись своей личной безопасностью, а также укрепите свои рубежи и форпосты в империи. Потому как если ваш беглец доберется до вас или до врат, то даже мне страшно представить, что с вами будет. Я ненавижу Лазарева всеми фибрами души! От одной мысли о нём я готова рвать всё живое и собственные жилы, но уважать его личную силу и заслуги попросту невозможно. У вас два месяца. Время пошло…
После того, как Хааона покинула помещение, на целую минуту внутри образовалась странная и непонятная тишина. Оба мужчины пребывали в размышлениях. Однако молчание продолжалось до тех самых пор, пока Ланкастер не опустил взгляд вниз и не посмотрел на свою левую неосознанно подрагивающую руку. После увиденного брови его взлетели вверх и лишь с помощью своей правой руки тот смог унять предательскую дрожь.
‒ Распорядись усилить охрану во дворце и всё перепроверить, ‒ с едва заметной хрипотцой сообщил Эдгар, глядя на изумлённого графа. ‒ Уведомь наших грандов и столпов, а также будьте наготове…
‒ Быть готовыми к чему, ваше величество?
‒ После того, как они закончат с форпостами, нужно сразу же избавиться от этой парочки, где-то подальше в стигме, ‒ отчеканил раздраженно император, продолжая коситься на свою руку. ‒ И не позволяйте им приближаться к вратам…
* * *Земля.
Британская империя. Лондон.
Декада спустя.
Поздняя ночь…
‒ Глава, мы прибыли, ‒ вдруг тихим басом отрапортовал Габриэль, когда поезд, наконец-то, остановился, а монотонный стук прекратился. ‒ Добро пожаловать в Туманный Альбион. Отныне мы в сердце Британской империи.
Реанорец в сердце Британской империи, значит. Что ж, похоже, пришла пора платить по счетам, зажравшийся и глупый бриташка. Кто посеет ветер, тот в итоге пожнёт бурю. Ветер посеяли в Москве, а пожинать бурю я буду в Лондоне.
‒ Да прольётся кровь и обагрится ею всё живое… ‒ зашептал я себе под нос реанорским языком мантру, которую всегда стремился забыть, попутно с этим разлепляя веки и глядя на скопление людей на перроне и на лёгкую туманность на улице. ‒ Да явит себя миру Жнец Бездны… Ведь на всё воля её…
Страсти накаляются. И как вы думаете, друзья, какое всё-таки будущее ждёт Захара?..
В остальном как и всегда, уважаемые читатели, кто желает и хочет, может поддержать автора лайком, ему будет приятно! Ведь он всё также с вашей помощью пытается улететь в топ АТ на реанорской ракете : )И спасибо вам, что приобрели подписку и продолжаете читать дальше о приключениях Зеантара! : )
Глава 16. Лицом к лицу...
Британская империя.
Первое кольцо. Лондон.
Недалеко от Букингемского дворца.
Три дня спустя.
Вынужден признать, что туманный Лондон был приятным и красивым городом со своей необычной западной архитектурой. А сам Букингемский дворец выглядел весьма монументально, грозно и величественно. Даже жаль как-то будет разрушать всю эту безмятежность первого кольца. Правда, если эфирное поле не лгало, а такого в принципе быть не могло, то количество воителей и литых магов внутри на пару-тройку квадратных метров оказалось запредельным. К тому же верхние этажи этой так называемой крепости, а также личные покои и рабочий кабинет еще и охранялись пятью высокоранговыми столпами и парой духовных грандов. Пришлось бы тяжко и невыполнимо не сформируй я рунное тело. Но ведь сейчас мы не в Москве… Законы меня не обременяют, и имеется своя шпионская сеть по всей Западной Европе. Поэтому нет никакого смысла сдерживаться.
Если честно, то считал, что пробраться в сердце Британской империи будет весьма сложно, но я был не прав. При помощи Русланы, её хунхузов, мелких связей Габриэля и благодаря маскам альбиноса это получилось провернуть весьма оперативно, но из-за последних событий в остальном мире мне пришлось форсировать поставленную задачу. Весьма сильно форсировать. Потому как внимания и всеобщей ненависти к моей персоне за последние две недели оказалось приковано еще больше. Точнее всё это многократно увеличилось. Да и причина была аналогичной. За прошедшие дни посланники странников Астрала напрочь уничтожили еще два форпоста. Пострадала Цинская и Османская империя. А разрушений и количество погибших в этих двух катастрофах было несоизмеримо больше, чем в Инсбруке и Трире.