За горсть монет (СИ)
— Он всегда творил подобное? — наконец выпутавшись, она двинула вперед, подозвав Гэбриэла. Однако моментально сковавший магическую ногу лед обозначил место диалога за нее.
— С момента нашего вступления в шестерку? Да.
— И вы все считаете это нормальным?!
— Ты говоришь это так, — Гэб разбил лед, — будто сама не убивала людей. К слову не менее «гуманными» методами.
— Убивала, и много, — она сделал глубокий вдох и медленно двинула вперед, — но ни разу не пытала… и так жестоко… и всех без разбору…
— Знаешь, люди в Домерланах выглядели именно как «все без разбору».
— Нет. Они были стражниками, — выпалила Алеанора с акцентом на последнем слове, — они сделали свой выбор. Мерзкий выбор.
— У тебя определенные проблемы конкретно со стражами?
— Не. Твое. Дело. Хотя, если ты расскажешь побольше о Зантане, и шестерке вообще, то может быть и я выскажусь.
— Все еще горишь желанием пополнить наши ряды? — кивок, — Скит бы с этим лучше справился…
— Мне нужно твое мнение.
— Хм. А, ладно. Все равно делать нечего, — авантюрист потянулся, — Бедлама презирают все. В той или иной степени. Как к авантюристу даже я испытываю к нему уважение по причине уважения им кодекса, но как к человеку…
— Поняла. Я лишь хотела убедиться, что не я одна…
— Работать с ним попросту невозможно, — продолжал уже не останавливаясь наемник, — а потому все исключительно рады, что он держится обособленно. Его не выперли из шестерки исключительно по причине большого количества похвал от нанимателей.
— Ясно… А на счет того, с кем он едва не сцепился…
— Валзоу? Эта тварь — отдельная тема! — Гэб резко переменился в лице. Не в лучшую сторону, — Убийство этого Исчадья — единственное, в чем я без раздумий помог бы даже Зантану…
Не завершив, он стянул с себя часть ткани и протянул девушке. На вопросительный взгляд лишь кивнул на ее одеяния, что начинали исчезать. Та выхватила тряпье и накинула на себя.
— Спасибо. Это из-за того, что Скеитрир далеко?
— Именно.
— Так, всего из-за его ухода из Гильдии?
— Валзоу жестоко нарушил правила Кодекса и затем свалил из Гильдии! Это исчадье предало нанимателя и убило официальных компаньонов! И все из-за денег!
— Кого-то мне это напоминает…
— Слышишь?! — Гэбриэл резко обернулся к Алеаноре, — Никогда в своей жизни, ни при каких обстоятельствах не иди против Кодекса!
— Это разумеется…
— Провали заказ, беги, умри! Но не нарушай законов!
— Я не вовремя? — донесся голос со стороны. Обернувшись двоица увидела Скеитрира.
— Оу, ты услышал наш разговор? — удивилась Алеанора.
— Нет, — ответил Гэб, — я его позвал. Объяснить он сможет получше меня, к тому же с одеждой проблем не возникнет. Бывайте.
— Стой, а ты… — , девушка попыталась схватить наемника за плечо, но промахнулась.
— А я, в отличии от некоторых, занимался делом и заслуживаю отдых.
— И ведь ни капли эгоизма… — проводил его взглядом Скит, — И о чем же вы тут так мило беседовали? Стой, не отвечай. Буквально пара тем могут довести его до крика, так что… Валзоу?
— Верно, — недоумевающе согласилась наемница.
— Я слышал последние слова про Кодекс. Гэб начинал вдалбливать тебе его важность?
— Было.
— Все же то — более личная обида. Мало кто боготворит Кодекс так же, как Гэб. Валзоу презирают, но в открытую выражаются лишь этот дурень и Зантан. Первый — в силу убеждений, второй — в силу слабоумия… хотя, как раз касательно силы он единственный, кто мог бы сравниться с Валзоу.
— Однако дружная у вас компания. Еще кажись что-то между тобой и Даном…
— Тупой кзариец совершенно помешался на глупом распределении членов шестерки по уровню силы и постоянно пытается доказать, что на втором месте должен быть он, а не я. И только.
— Но он, кажись постоянно акцентировал на том, что ты — демон.
— Просто его мозг давно перетек в мышцы и не способен апеллировать к чему-либо кроме оскорбления расы.
— Если не ошибаюсь, Далайла и Брэндолф тоже не из Гизехайма?
— Особо не вникал, но прибыли они из Таркнелла одним кораблем, вступили в Гильдию в одно время и выполняли огромное количество заказов вместе. Так что тут все ясно сразу и…
— А что на счет тебя с Гэбриэлом? — внезапно прервала его Алеанора.
— На счет того, что мы одинаковые, хотя не братья? Думаешь загадочная история? — Скит выдержал паузу, — Ошибаешься. Просто встретились в Гильдии и, в силу схожей внешности, разговорились, что по итогу перелилось в сотрудничество.
— И по-твоему такое совпадение не что-то из ряда вон?
— Абсолютно нет. Когда раса демонов впервые явилась в этом мире, они приняли облик случайных существ, коими оказались люди. При том скопированы они были дотошно и даже по сей день некоторые демоны рождаются, копируя кого-то. Преимущественно своего же возраста. Мы — наглядный пример. Еще что?
— Я слышала, как Брэндолф называл Гэбриэла «Багровым Бароном». Не знаешь, за что он мог получить такое прозвище?
— Без понятия. Сам впервые слышу, что это — его кличка.
— Она что, знакомая?
— Ты не знаешь? — глаза Скита округлились, — Это же первое, о чем узнают, придя в Гильдию!
— Как ни как я здесь совсем недавно, может…
— «Багровый Барон», «Первый опал», «Тот, что несет кровавый рассвет» — Лето Гилатт! Авантюрист, что пятьсот лет назад, в годы основания Гильдии Авантюристов, был известен наравне с героями войн.
— И авантюристы упоминают его и сейчас?
— Он — первооснователь традиции шестерых лучших в своем ремесле. «Первый опал» — первый член и создатель опаловой шестерки. Он — единственный, кто смог нанести хоть какой-то урон нерушимым стенам Хеленпика, — едва ли не распевал балладу Скит, — именно благодаря историй о нем и подобных ему я решился свалить из родительского дома и попереться в Гизехайм, в Гильдию. А ты, при всем своем желании попасть в шестерку, даже не слышала его имени!
— Ясно, извини. Но почему же Гэбриэла стали называть его прозвищем?
— Во-первых, не Гэба, а его образ. Во-вторых, учитывая его деяния в «Пикин… его тягу к пиротехнике, не мудрено, что одно из имен величайшего мага «багрового пламени» передастся именно ему.
— Значит в Гильдии принято передавать подобные прозвища как титул?
— В некоторых случаях.
— Неплохо. Тогда чье же могла бы унаследовать я, когда попаду в шестерку? — «Не «если», а «когда»? Недурно губа раскатана.»
— Хм… — демон задумался, — «Маляр». В честь Тео Ваарса, — бывшего члена шестерки лет так пятьдесят назад.
— И за какие заслуги?
— Угадай с одной попытки, чем можно раскрашивать стены аки маляр при выполнении заказа. Дам подсказку: клинками он орудовал хорошо.
— Разве я тоже оставляю за собой реки крови?
— Судя со слов Гэба…
— Ясно.
— Да не принимай все его слова так близко. Иногда такую чушь порет…
— Не отходя от темы, кроме Гэбриэла кто еще «дослужился» до прозвища?
— Конечно. Зантан и Валзоу. Первый — Бедлам, сама уже поняла почему, второй — Исчадье, если еще не поняла, то сможешь очень скоро.
— За хорошие заслуги видимо никто не прославляется. К слову, возвращаясь к началу разговора…
— При котором я не присутствовал.
— Каждый из шестерки готов пойти на все из собственной корысти?
— Да, — словно поставил точку Скеитрир.
— И мириться с методами Зантана, и предать товарищей? — ее рука невольно потянулась к отсутствующей ноге.
— Еще раз. На все.
— Понятно. Спасибо, что помог прояснить. Если хочешь, возвращайся к остальным. А еще немного побуду здесь.
— Тогда Гэб мигом прибежит за тобой. Все же мы… — демон запнулся едва не проговорившись, — он пытается загладить вину.
— Слово «мы», пожалуй, означало, что ты подтолкнул его на это?
— В некой мере, — не мешкая соврал Скит, — а нежелание идти в лагерь вызвано случаем не Зантаном?
— Я даже не хочу скрывать, что мне одновременно и страшно, и противно находиться рядом с ним.