Отпечатки на глине (СИ)

— Даже не сомневаюсь.
— Но самым сложным оказалось не прийти, а остаться.
Драко резко встал и подошел к столу, на котором стоял гончарный круг.
— Займемся делом?
Гермиона застыла в растерянности с вазой в руках. То, о чем он только что рассказал, удивило, смутило и одновременно тронуло ее. А ещё она подумала о своих словах, что из проблем у Малфоя — выбор места для ужина. Ей стало стыдно. Но сказанного не изменишь, а вот дать ему понять, что она готова изменить своё мнение о нем, она может. К тому же Малфой согласился и пришёл ей помочь — уже за это стоит быть благодарной.
Место для вазы нашлось быстро — рядом с книгами по истории магии.
— Садись. — Малфой указал на стул, который она поставила перед кругом. — Ты слишком напряжена. Я тебя смущаю?
— Я… Просто необычно, что здесь кто-то ещё, — ответила она, садясь. — И этот кто-то — мужчина, и этот мужчина — ты. У меня давно не было гостей.
— Как давно? — будто невзначай спросил Малфой, резко заинтересовавшись своими ногтями.
— Года два, наверное. — Гермиона поерзала на стуле.
На лице Малфоя мелькнула улыбка.
— Ты ведь знаешь, что я здесь не для того, чтобы принимать экзамен. Мы просто расслабимся, поболтаем, получим удовольствие и помнем глину. Ничего больше. Тебе не нужно стараться. Просто будь собой.
— Быть собой для меня и значит стараться. — Гермиона потерла лоб.
— Ты напряжена… Расскажи, что случилось.
— Да все как обычно. Работа… Еще раз работа.
— Ты же любишь работать?
— Да. Но не когда я работаю за всех, а повышают другого человека.
— Это очень неприятно.
— Еще бы.
— Почему именно Министерство?
Гермиона задумалась. Она чувствовала себя важным человеком, работая в Министерстве. Но признаваться в этом Малфою совсем не хотелось.
Малфой не дождался ее ответа и спросил:
— А что бы ты хотела делать по-настоящему?
— Лепить вазы, — ответила она резко. Разговор был неприятным и тревожащим.
— Этим мы займемся сейчас, — усмехнулся он. — Но сначала ты подышишь.
— Я дышу, — ответила она растерянно.
— Поверхностно и часто. Попробуй дышать животом. Это успокоит и расслабит.
Гермиона свела брови на переносице, усиленно пытаясь понять, что значит «дышать животом». Это было нелогично. В животе легких нет.
— Когда ты дышишь животом, поднимается и опускается живот, а не грудь. Попробуй.
Гермиона по-прежнему сидела в недоумении.
— Положи одну руку на грудь, а другую на живот, — говорил Малфой.
Гермиона положила руку на грудь, обхватив полушарие левой груди.
Малфой потер подбородок и облизнул губы.
— Можно чуть выше, ближе к шее, на ту часть, которая поднимается обычно при вдохе.
Ей стало неловко и она поспешно сместила руку.
— Вот, а теперь при вдохе попробуй надуть живот, а грудь держать неподвижно.
Гермиона попробовала. Сначала вроде бы получилось, но уже на втором вдохе она сбилась, потом снова попробовала.
— Ты не прислушиваешься к своему телу. А между тем твое тело не живет отдельно от тебя. — Малфой встал за ее спиной, а его руки мягко легли на ее ладони.
— Теперь сделай вдох. Следи, чтобы живот поднялся, а грудь осталась неподвижной.
Гермиона сделала вдох. Ее рука на животе поднялась вместе с животом, а когда она выдохнула, Драко чуть надавил на нее.
— Вот сейчас чувствуешь?
— Да. — Гермиона прикрыла глаза. Пальцы его руки — той, что лежала на ее руке на груди — почти касались соска. Почти… Так близко и совершенно недостаточно.
— А теперь попробуй выдыхать медленнее, чем вдыхаешь. Вдох на раз-два, выдох в два раза длиннее.
Это было необычно. Поначалу она сбивалась. А его пальцы на груди совсем не помогали расслаблению. Но чтобы не показать ему свое волнение, Гермиона продолжала дышать, как он просил. А потом вдруг ощутила, что чувствует себя немного иначе. Расслабленнее. И, может, чуточку счастливее. Интересно, дело в одном только дыхании или присутствии Малфоя? Его тепло, запах, его руки на ее ладонях расслабляли и заставляли чувствовать себя защищённой.
— Думаю, пока достаточно. — Он убрал руки и отошел. — Чувствуешь, что немного расслабилась?
 
Гермиона кивнула.
— А теперь попробуем просто мять глину. Просто поиграем. Почувствуй глину, передай ей своё тепло, делай то, что хочешь. Только сядь чуть ближе к кругу, так, чтобы твои руки, спина и плечи не напрягались.
Гермиона придвинула стул и и взяла кусок глины. Попробовала его мять, хотя мысли были о другом.
— Если ты не против, я налью себе чай. А ты пока развлекайся. Здесь нет правил. Что бы ты ни сделала, это будет хорошо. Но только если в процессе ты будешь получать удовольствие.
— В холодильнике есть капкейк, — сказала она. Это был ее единственный капкейк, но Драко его заслужил.
— Это потрясающе, — сказал он, открывая холодильник, — обожаю шоколад.
Гермиона подняла на него взгляд и увидела, как его язык скользнул по кремовой верхушке. Потом снова. И затем он вонзил зубы в бисквит. Прикрыл глаза. Глина стала сухой в ее ладонях. Все потому что Гермиона так увлеклась лицезрением Малфоя, что о глине совсем забыла. Она смочила руки и постаралась не отвлекаться на то, как Драко ест этот чертов капкейк.
Доев капкейк, он сел на диван.
Краем глаза Гермиона заметила движение — это Живоглот пришел поприветствовать гостя. Огромный, рыжий и пушистый, он вышел, как хозяин дома, огляделся, заметил Малфоя, и важно подошел к нему. Но вся его важность закончилась в тот момент, когда Малфой протянул к нему руку, показывая, что хочет погладить. Одним прыжком, слишком грациозным для такого огромного тела, он запрыгнул на колени Малфоя и уютно там устроился.
Гермиона смотрела на эту сцену со смесью интереса и… зависти. Живоглот начал урчать, когда Малфой погладил его за ушком, и стал по-хозяйски устраиваться на его коленях, чтобы вздремнуть. Хотела бы она узнать, как это — сидеть на коленях Малфоя.
— Смочи руки и правое колено разверни.
Гермиона выполнила инструкцию без пререканий.
Малфой внимательно посмотрел на нее. Она вдруг подумала, что волосы ее растрепались, а щеки горят, и вовсе не от физического труда. Она закусила губу. В очередной раз. Его взгляд скользил по ней сверху вниз, и это волновало.
— Вижу глина уже тёплая, а ты горячая, — закусил губу Малфой. — Твои изделия могут не получаться, потому что нужно правильно отцентровать глину. Попробуем сейчас?
— Хорошо, — проговорила она, сглатывая слюну.
— Установи глину на круге, — сказал он. — Вот так. Умница. А теперь положи правую руку на комок, как мы делаем на занятии. А левую положи на правую. Дави запястьем и пальцами левой руки на комок… нежно… нежнее… как будто это… твоя любимая глина. Вот так. Хорошо. А теперь вытягивай глину в цилиндр. Не стесняйся. Жми и дави. Вот так. Вверх. А теперь вниз. Не забывай хвалить себя. Да, вверх. И вниз. Она в твоих руках.
Гермиона пыталась сделать, что он просил, но сосредоточиться не могла.
— Теперь обхвати правой ладонью. Да. Так. Наклони. И опусти.
Круг закачался — и цилиндр смялся.
— Ничего страшного. У новичков бывает. Ты молодец.
Гермиона задержала дыхание. И вдруг заметила, что платье задралось, открывая колени и бёдра.
— Мы можем встретиться на следующие выходные и продолжить урок, — предложил Малфой, откровенно скользя взглядом по ее лицу, волосам, рукам, ногам.
— Это было бы замечательно, — выдохнула она.
— Мне пора, — Малфой встал. Живоглот спрыгнул с его колен, одарив его обиженным взглядом. — Не провожай.
Он подошёл к двери, обернулся и с улыбкой сказал:
— Ты молодец, отлично справилась. Если в следующий раз ты наденешь что-то, что не будет так соблазнительно открывать твои ноги и грудь, я буду благодарен. Постоянно теряю концентрацию.
И дверь захлопнулась.
Комментарий к Уроки Малфоя
Пока я работаю над ангстовым и пронзительным “Одиннадцать часов” https://ficbook.net/readfic/11782577 с перемещением во времени, темным заклятием и магической связью, мне захотелось тряхнуть стариной и написать что-нибудь погорячее.