Мир богов. Книга 2 (СИ)

М-да. Не слишком ли часто меня заносит на тот свет?.. Ладно, не суть! Главное, жива.
Итак, что же теперь делать? Я прикинула так и эдак, но ничего стоящего не надумала. Возможно, выход был, но я его не видела. А раз так, то нужно действовать по обстоятельствам. Поэтому нефиг рассиживаться, пора приниматься за дело. Я встала и направилась к штуке в центре помещения, которая была копией люстры в холле, только громадная, на глазок метров сорок в диаметре. Вряд ли та и другая были люстрами, тем более здешняя висела не под потолком, а парила над полом, правда, довольно высоко; зазор был такой, что я, не сгибаясь, могла под ней пройти. Зачем я туда шла? Вполне возможно, что не по своей воле. И всё же, несмотря на опасения, я шаг за шагом приближалась к сооружению, похожему на гигантский музыкальный мобиль.
— Не ходи туда, это опасно, — сказал Нейто и принуждение исчезло.
На этот раз к голосу прилагался он сам.
— Ты прав, пожалуй, не стоит облегчать вам задачу, — сказала я, не сводя с него насторожённого взгляда. Больше я ему не верила — ни ему, ни Николсу. Впрочем, к высочеству и раньше не было доверия.
Нейто по-мальчишески шмыгнул носом.
— Злишься, да? — спросил он примирительным тоном.
Вот поганец! Заставил перерезать горло, а теперь строит из себя невинную овечку… Так, спокойно! Не заводись! Он хотел как лучше.
Обратившись к учительской выдержке, я строго глянула на юного провокатора. Была ли это искусная игра или Нейто действительно молод, но я всё больше видела в нём подростка.
— С чего бы мне злиться? Не подскажешь? — сухо спросила я.
— Ну… — протянул Нейто, состроив виноватую рожицу. — Теперь ты знаешь, что это я подтолкнул тебя к самоубийству.
Вот и выяснилось, кто инициатор радиопостановки. Знать бы ещё, какую цель он преследует.
  
Глава 45
 
— Это правда, что лорд Хаоса заблокировал временной поток, и ты не можешь помочь мне с Фандорой? — решила я уточнить.
— Правда, — ответил Нейто и, помолчав, добавил: — Как и то, что ты пришлась Николсу по душе, и он загорелся идеей сделать из тебя богиню.
— А ты, значит, нет?
— Нет.
— Почему?
— Если ты станешь богиней, ты потеряешь права руноа-файфы, и мы больше не встретимся, — ответил он и его губы дрогнули в улыбке. — И не нужно вздыхать!
— Я не вздыхаю, тебе показалось, — попыталась я отпереться от очевидного.
На этот раз Нейто ухмыльнулся уже во весь рот.
— Сирин, я же знаю, что ты думаешь, и ты абсолютно права. В конце концов, хоть я всего лишь видимость человека, правила игры нужно соблюдать. А они гласят, что ни один половозрелый юнец твоего вида не сможет пройти мимо такой женщины, как ты, и не влюбиться.
— Вот врёшь и не краснеешь, — усмехнулась я. — Скажи уж честно, что руноа-файфа для тебя как вирусная программа…
— Дура! — выпалил Нейто, прежде чем исчезнуть.
Твою ж дивизию! Навела контакты, называется! С расстройства я была готова откусить себе язык, да только сказанного не вернёшь.
Вот с чего мне втемяшилось, что Нейто — эдакая Сири, только в приложении к вионету? «С того, что именно так ты его и воспринимаешь», — ответил внутренний голос и он абсолютно прав.
Наука Земли приучила меня думать, что искусственный интеллект — это унифицированный набор машинных реакций, чьё якобы «разумное» поведение основано на данных досье, которое тишком собирается на каждого интернет-пользователя через систему его запросов. Очерчен круг интересов и предпочтений человека, выведен его психотип — значит, машине не сложно подобрать нужный ответ. Чем больше собрано информации, тем точней будет попадание в тему запроса. По идее тот же принцип, что в древних арифмометрах или в механических музыкальных автоматах, просто вариантов больше.
Настоящий искусственный интеллект — это свобода воли и никак иначе. Лишь тогда можно говорить о нём как о личности. Таков ли Нейто? Да! Уверена на все сто. Он — личность, хотя, думаю, в нём сильно рациональное начало, но это ерунда. В конце концов, у всех своя наследственность. Способен ли он на нелогичные поступки? Почему нет? Личность тем и примечательна, что может творить вещи, правильные лишь с её точки зрения.
 
Всё это хорошо, но есть небольшая загвоздка, Нейто может быть кем угодно; совсем не обязательно, что он — бог из машины.
— Нейто!.. Прости! — выкрикнула я, не особо надеясь на его возвращение, но он появился, причём в каком виде! Высоченный, седобородый, из белоснежной хламиды выпирает солидное брюшко, в общем, величественный до невозможности.
— Прощаю, дщерь моя! — прогремел Нейто и, взяв меня за руки, знакомо улыбнулся. — Ну, как я тебе?
— Хорош! Для полного антуража только облака не хватает.
— Что, совсем дурак дураком? — огорчился он.
— Совсем нет.
Не говорить же ему, что внешность седобородого Саваофа, от которой аж дрожь пробирает, не соответствует его мальчишеским замашкам.
— Вот кто из нас врёт и не краснеет? — проворчал Нейто. — Так нормально? — поинтересовался он, вернувшись к прежнему облику.
— Нормально. Во всяком случае, мне привычней, — сказала я и поняла, что действительно чувствовала себя не в своей тарелке. Нейто в возрасте суров; когда он в таком виде, к нему так просто не подступишься. Хотя некоторая неловкость и сейчас никуда не делась. Виной тому его демонстрация. Вот и что это было? Подтверждение того, что он действительно бог из машины или просто удачная инсталляция?
— И не надейся! Я не всемогущ, — ухмыльнулся Нейто и посерьёзнел. — Так что не жди от меня чудес с Фандорой, а вот встретиться с отцом я могу тебе помочь. Только учти, скоро его казнят…
— Казнят? — я непонимающе воззрилась на него. — Кто и за что?
— Лорд Хаоса; за неповиновение его воле, — сказал появившийся Николс.
— А на самом деле за что? — что-то сподобило меня спросить.
Высочество так долго молчал, что я уж подумала, что он не ответит.
— Чака казнят за то, что он лучший из претендентов на трон правителя Эквилибриума, — наконец соизволил он сказать.
— Понятно! — процедила я, чувствуя, как подступающий гнев затмевает разум.
Будь это возможно, я убила бы Николса. Почему он откровенен со мной, я в этот момент не думала.
— Сирин! — мягко проговорил Николс и попытался взять меня за руки, но я отпрянула от него.
Сочувствие на его лице не притушило гнев, наоборот, меня чуть было не сорвало с катушек. Я бы не сдерживалась, пусть это чистейшей воды самоубийство — не думаю, чтобы Нейто выступил против будущего лорда Хаоса — я бы всё равно набросилась на него, но меня удержала мысль о Фандоре. Пока есть хоть малейшая надежда её вернуть, я не дам себя убить и буду бороться до конца.
— Поздравляю, дядюшка! Теперь ты единственный претендент на престол.
Не знаю, как выглядел мой оскал со стороны, но, видимо, его было трудно принять за улыбку. Короче, я сумела достать Николса. Он создал переносной туннель — кажется, нашу с отцом новацию Эквилибриум уже взял на вооружение и пользуется ею как своей — и с мрачной решимостью схватил меня за руку.
— Идём, не упирайся! — рявкнул он. — Ты же хотела видеть казнь отца! Так ты её увидишь!
Вообще-то, я хотела пойти туда с Нейто, но этот предатель виновато развёл руками — мол, прости. Ладно! Раз уж выбора нет, придётся взять Николса в проводники; пока наши цели совпадают, нет смысла кочевряжиться.
Возможно, высочество чего-то напортачил при создании тоннеля или выход из царства Нейто всегда сопровождается такими сложностями, но переход был долгим и трудным. Пару раз мы выпадали из тоннеля и оказывались в космических саргассах. Причём было полнейшее ощущение, что нас выбросило в открытый космос. Вся атрибутика была на месте — звёзды, галактики, туманности и прочее на фоне кромешной тьмы; всё как на снимках НАСА, если бы не одно существенное дополнение. Вокруг нас колыхались гигантские прозрачные водоросли. Николс сказал, что это Междумирье, а «водоросли» — это дороги, связывающие между собой миры, сотворённые богами. Это было всё, что я от него узнала. Я не особо приставала к нему с расспросами, видя, что ему не до лекций по местному мироустройству. Ничего страшного поблизости не наблюдалось, но, думаю, ему видней, если он весь как взведённая пружина.