Рыцарь ночи и Луна (СИ)

Думаю, я не зря сразу сравнила Силу с электричеством моего мира. Именно движущей силой, энергией мира и была магия. Ну, что ж… Пожалуй, дальше этот мир, Атлантиос, пойдет по пути технического прогресса. Если, разумеется, не сможет восстановить магию. Признаться, я в этом не видела ничего плохого, так как сама прожила жизнь в мире без Силы. А между тем, перебивая мои размышления, ронс Ингар продолжал делиться с провинциалкой историями из прежнего времени:
- … и вот она, ронса Лейва эта самая, готовила так, что в ее трактир даже санги и сангиры не брезговали заглянуть! Эх, я бы сейчас ее пирожка поел! До сих пор вспоминаю! Конечно, после нее трактир дочери перешел, и готовит Лейва-младшая неплохо, зря жаловаться не буду, только уже не то, совсем не то! Да, вот сюда смотрите, ронса Алуна – вот здесь нужно будет очень много Силы приложить…
Дом, в который привел меня ронс Ингар, был в самом дальнем углу сада, за красивой каменной оградой, увитый какими-то лианами, почти скрытый от глаз тех, кто будет гулять в парке.
- Вот тут и живут те, кто за садом присматривает. Комнат пустых несколько, выбирайте, ронса, которая вам по душе будет.
У старика явно сохранилось почтение к магии, но я чувствовала себя совсем неловко, что такой пожилой человек обращается ко мне на «вы».
- Ронс Ингар, зовите меня Луной, так проще будет. Вы тут начальник, а я просто работаю. Нехорошо выйдет, если всех по имени звать будете, а меня – ронсой…
Он немного помялся, а потом сказал:
- Вот тут ты, пожалуй что, и права, девочка. Ты не думай, я ведь заметил, что ты не все растения знаешь, не слишком в цветах разбираешься, хоть и из деревни приехала. Ну, оно и не удивительно, откуда в деревне «снежные шапки», например, или голубая аруния? Но ты, Луночка, не бойся, я ничего таить не стану, все расскажу и научу всему, лишь бы ты старалась.
- Спасибо, ронс Ингар! Я, и правда, не так много знаю, а за науку буду очень благодарна.
- Ты, главное, старайся! А там уж разберемся. Иди, устраивайся, завтра пойдем смотреть, как тебя лучше приспособить. Первые три двери – заняты комнаты. Первая - моя, во второй кухарка, Верта, живет и Рейга – работница, так им вдвоем удобнее. В третьей эти обормоты жили, туда я новых поселю, кто работать хорошо будет. А остальные пока свободные. Как рыцарь проснется – так и в них рабочих поселят, а пока – ну, сколько разрешили людей нанять, столько и есть. Ступай уже.
Здание было несколько вытянуто в длину. Сразу у крошечных сеней – подобие кухни. Плита, мойка с одним краном, какие-то мешочки на полках, пузатый древний буфет содержал запасы еды, прикрытые крышками и еще - большой стеллаж с посудой. Общий коридор был метра полтора шириной. Заканчивался он подобием душевой и туалета. В центре коридора – длинный узкий стол и скамейки – похоже, здесь кормили рабочих.
Первые три двери я пропустила, как и советовал ронс Ингар. Следующую открыла – вдоль стен четыре кровати с тюфяками и подушками, но без белья. У каждой что-то вроде маленького комода, стол у окна с парой табуреток. По стенам – несколько полок. В комнате некое запустение и тонкий слой пыли. Видно, что иногда убирают, но не слишком часто. Очень напоминает комнату общежития в летние каникулы – даже матрасы свернуты точно так же.
Пятая комната – копия предыдущей. А вот шестая – совсем узкая, на одного человека. Кровать стоит под небольшим окном, не вдоль комнаты, а поперек, ровно от стенки до стенки. Такой же комодик, стол крошечный и одна табуретка. Места свободного мало, но все же оно есть. Если надумаю вязать в свободное время – мне нужно будет удобное кресло. Пожалуй, вот сюда оно и встанет – между комодом и столом.
Просто из любопытства заглянула в последнюю дверь – стеллажи по обеим стенам, стойки, а на них – инструменты. Лопаты, грабли, стопки небольших горшочков и лотков под рассаду, какие-то мешки, пыльные стеклянные колпаки и прочий инвентарь. Из этой комнаты есть еще выход на задний двор рабочего домика. Пожалуй, стоит глянуть, что там.
 
Двор узкий, тянется вдоль самого дома, мощеная дорожка к большому столу под раскидистым деревом. Лавки – облезшие, нуждаются в покраске. У низенького крыльца – две бывшие клумбы. И совсем близко к ограде – что-то вроде огородика маленького. Думаю, раньше здесь выращивали часть овощей для рабочих.
Замок отсюда было видно с тыльной части. Если не обращать внимание на грязные окна – он все равно удивительно красивый, хоть и мрачноватый. Солнце уже садится и сейчас, под красноватыми лучами заката, кажется, что по стенам пробегают крошечные язычки пламени.
Совершенно машинально влила немного силы в знакомые росточки картошки и зелени. Легкую слабость заглушила большим, пышным и раскидистым кустом сорняка, но все равно есть захотелось. Пошла устраиваться и тут же познакомилась с поварихой.
Физических сил у меня было не так и много, слишком долго недоедала Алуна, потому мешок с барахлом, что сгрузил с тачки у входа ронс Ингар, я пыталась тянуть волоком. Получалось не очень. Даже три ступеньки крыльца преодолеть не удавалось.
Дверь за моей спиной распахнулась, кто-то охнул, а потом мешок рывком взлетел на крыльцо. Я обернулась:
- Благодарю вас!
- Больно ты тощенькая! Как это тебя Ингвар взял? Тут работы-то непочатый край!
Женщина была чуть выше меня ростом, но такая округло-плотная, румяная, налитая, что я сразу же поняла:
- Вы – ронса Верта? Повариха?
- Она самая и есть! – как-то напевно произнесла женщина. С любопытством глянула на меня и спросила:
- Новенькая? Как зовут-то?
- Луна.
- Ну и ладно, раз Луна, пойдем-ка – она подхватила мой мешок и поволокла его в дом. Затащила в отрытую комнату, спросила:
- Есть-то, поди-ка, хочешь?
Я засмеялась. Настолько добродушной и теплой показалась мне эта ронса Верта, что страхи о том, что я не приживусь на новом месте, немного отпустили:
- Вы, ронса, не смотрите, что я такая худая! Есть я почти всегда хочу!
- Эвон как… Маг, значит?
- Маг. Сил мало, конечно, но растения чувствую.
- Ну, раз так – пойдем. Покажу, где и что лежит, что брать можно, ежели меня нет. У вас, у магов, все не как у людей простых. Наколдуетесь, а потом и мучаетесь без сил. А потому, что есть надобно! – строго сказала она.
Тарелка пшенной каши с мясной подливой, большая кружка горячего взвара – он был приготовлен раньше и стоял, укутанный в старое одеяло – сохранял тепло, свернутая улиткой белая булка – я ела как не в себя под воркотню ронсы Верты:
- Раньше-то, оно, конечно, удобнее было – не сравнить. Теперь вот плиту нужно дровами топить, без дров – это только кто богатеи – мага, например, огненного наймут. Только не больно теперь маги-то нанимаются. Всяк норовит сам зарабатывать. А уж чтобы, например, лекаря – так только ежели наместник наймет или вот верховный правитель во дворец наймет. Остальным-то и денег не хватит. Потому как огненную можно дровами заменить, водяную – натаскать той воды, а лекарь, оно что… Оно, конечно, болеть никому не охота! Вот и дерут они, сколь могут.
Я ела и кивала, не слишком понимая, почему ронсу понесло рассуждать о лекарях. Глотнула взвару и спросила:
- Ронса Верта, у вас болезнь какая-то есть?
- Да нет у меня болезни! А этот кровопивец дерет так, что ронс Горзо на людях экономить должен!
Я вопросительно смотрела на нее, ничего не понимая. Она досадливо махнула рукой и пустилась в объяснения:
- Ронс Горзо приехал, к наместнику он с отчетом ездил, каждый месяц он туда катается. Привез лекаря с собой. Раньше-то возил раз в три-четыре месяца, а сейчас – чаще приходится. С прошлого раза еще и месяца не прошло! А лекарь этот за каждый визит денег дерет столько, что к пробуждению мы и замок в порядок не приведем, да еще и задолжаем.
 
Помолчали, наконец, я рискнула спросить:
- А кто болеет в замке?
- Да не болеет он! Сколько раз говорить – не болеет! Спит он! Только проверять все равно нужно. И чем ближе к пробуждению – тем чаще. Я в этих делах не больно разбираюсь, а только надобно момент не пропустить, а то ведь не проснется и помрет!