Вор из шкатулки архимага (СИ)

— А где…? — я обернулась к скиамасу, но его и след простыл. Леденящий ужас окружил меня армией призраков. Вот-вот — и они разорвут меня на кусочки.
Но плот из склеенных чашек подо мной устойчивый, что бы мне ни чудилось от страха высоты. Прочь панику. Если Туман и скиамас ушли, значит, так нужно.
Потянул пыльный ветерок, у меня защекотало в носу. Я чихнула.
— Такое впечатление, будто банку с молотым перцем рядом открыли, — услышала свою мысль. — Словно произнесла себе на ухо.
Рядом никого.
— Или никого не видела лишь я?
— Да что за..? Откуда звук?
Мой рот оставался плотно сомкнутым. Свет на мгновение погас, точно луна, пробегая мимо, заслонила солнце. В вышине за белесой дымкой светилось два месяца, похожих друг на друга, как зрачки.
— За мной наблюдают? — Голос родился в воздухе и исчез.
Внизу зашумела вода, все громче и громче. Дымка вокруг густела. Я прислушалась.
— Не вода шумела. Шептали тысячи голосов. Моих голосов.
Равновесие вновь ускользнуло от меня. Паника выжигала кислород в легких.
— Где здесь, среди мглистого тумана, взяться кислороду? Этот туман уже проник в меня и мутил рассудок.
Голова кружилась, ноги подкашивались. Я села на склеенные чашки — побитые бока больно кололи кожу через тонкую ткань штанов. Гул голосов набирал силу.
— Теперь различаются отдельные фразы. Но не ясен смысл. Голоса мои, интонации разные. Они летели ко мне.
Трудно сидеть. На меня давила атмосфера. Дымка поглотила почти все — я не видела ничего дальше двух метров.
Через считаные секунды за бортом фарфорового облака забурлила вода.
— Облако опустилось или вода поднялась? — я едва расслышала свою мысль среди тысяч иных. — Бежать бы, спасаться, но куда?
Пузырьки заползали на облако, вода просачивалась сквозь щели между чашками. Я не нашла сил подняться, ошалело наблюдала, как фарфоровое облако тонуло, как бурлящая вода окутывала меня в объятья.
— Теплая, ласковая, томно шумящая.
Я набрала полные легкие воздуха, и она поглотила меня. В носу щипало, под веками пекло, в горле першило. Я барахталась — так легче терпеть.
— Где я?
Глаз не открыть. Я до последнего старалась не чихнуть, но в конце концов не сдержалась — и выпустила драгоценный кислород. Следом невольно втянула… не воду.
Подо мной оказалась жесткая поверхность, но хорошо, немокрая. Под веками перестало жечь, и я разомкнула их. Туман, сидя рядом, склонился ко мне и неуклюже погладил по волосам.
— Сияна, как ты?
— Триир, отойди, — послышался голос скиамаса. — Поднимайтесь, милая гостья.
Дракон отпрянул, а я быстро села и осмотрелась. Белые стены конусом тянулись ввысь, по ним вились кольца. Мы внутри ракушки? Неважно. Главное, Туман рядом.
— Возьмите кабриош.
Справа от меня нарисовался скиамас, протягивая стеклянный шарик. По размеру он чуть крупнее таблетки, в нем словно плавала букашка. Я сжала его большим и указательным пальцами и поднесла к лицу: в воде бултыхалась моя копия. С ума сойти...
— Не тяните время, милая гостья. Глотайте скорее. Этим запейте.
Я уставилась на новенькую фарфоровую чашечку в его руке. Точно из таких состояли склеенные облака. В чашечке темнела жидкость, похожая на кофе. Но пахло от нее смесью арбуза и горчицы.
Немного помедлив, я закинула в рот шарик и залпом осушила чашку. На вкус лучше, чем на запах. Правда, боюсь, щи с пряниками куда вкуснее. Или селедка с мороженым.
Скиамас забрал чашку и не глядя метнул себе за спину. Она утонула в стене конуса. Полетела присоединяться к новому облаку? Ничего себе!
— Что же, замечательно! — командир стражей хлопнул в ладоши. Кольца звякнули. — Отправимся в путь. Следуйте за мной, милая гостья.
Стены в ракушке подозрительно пусты, а мебель — стол с множеством колбочек и чайным сервизом, стулья, кушетка, на которой я сидела, — стояла ближе к середине. Скиамас прошел сквозь белое полотно стены. Запрокинув голову, я озадаченно посмотрела на Тумана. Он с силой похлопал меня по плечу.
— Ты хорошо справилась.
— Наблюдал за мной?
— Чуток. Ты почти не струхнула.
 
Ага, со стороны не видно, как у меня сердце холодело от ужаса. Наверно, мой взгляд ясно передал мысли, потому что Туман добавил:
— Прости, предупреждать нельзя. — Он поджал губы, осматривая меня. Я покосилась на свою одежду. Удивительно, сухая.
— Часть меня будет вечно барахтаться в воде внутри?
— Это лишь магическая иллюзия. Она через ассоциации влияет на подсознание. Ты получила шифр, и благодаря ему в тебе выстроится прочная стена, что будет тебя защищать от ментальной магии. Так объясняла мне Мерабадикадилена.
Я поднялась на ноги и улыбнулась Туману, заглядывая в серые глаза. Сколько минут я провела в одиночестве? За сутки отвыкла барахтаться в трудностях сама. Каким упрямым оболтусом он бы ни был, но без него плохо. Как на него можно долго злиться?
Противно от себя... Полчаса назад я рвалась прочь от него, меня разъедала обида.
Полчаса назад его взгляд потух, когда я заявила: больше не хочу быть драконицей. А сейчас он с легкой улыбкой рассматривал мое лицо, осторожно поправил мне волосы.
Если бы получилось его уговорить на церемонию... А потом доказать, что быть человеком лучше, чем драконом, и забрать его домой.
Но никакие изощренные доводы не помогут, если он не полюбит меня.
Я сокрушенно потупилась.
— Пойдем?
Когда Туман подвел меня к стене, мои ноги остановились. Выглядело полотно целостным и крепким.
— Я тоже в первый раз побаивался. Просунь сначала руку.
— Не боюсь, просто в голове не укладывается.
Я потянулась пальцами в стык между бороздами, где сходились широкие кольца. Только подушечки коснулись гладкой поверхности, она слегка пошла рябью.
— Представь, что собираешься нырнуть.
Туман мягко накрыл мои плечи руками и подтолкнул. Я слегка пошатнулась. Если бы его руки опустились ниже и проложили путь к бедрам. Я бы откинулась, упираясь затылком ему в грудь, а спиной прижимаясь ближе. Он бы стиснул меня до сладкой боли.
Остро, до ломоты не хватало его объятий.
Средний палец нырнул в стену — она его поглотила, словно живой пластилин. Любопытно. Я подалась вперед, окуная руку по локоть. Кисть остудил холодок. Стена толщиной в предплечье?
— А ну! Вдохнула — и ныряй! — Туман надавил на меня всем своим весом, силясь расплющить о полотно. На секунду показалось: меня окунули в жидкий бетон и я никогда не выберусь из него — останусь замурованная в стене на веки вечные, но Туман протолкнул меня дальше, на дорогу, где ждала нас карета с открытым верхом.
Я судорожно хватала ртом воздух, в котором мелькали жасминовые нотки. От конусообразного строения, что осталось за спиной, раскручивались во все стороны бескрайние дороги, вымощенные лепестками цветов. Каждый лепесток красовался уникальным узором.
А что, если это не лепестки, а крылья бабочек? Я застыла на месте, пораженная красотой.
Но рассматривать некогда, Туман взял меня за руку и повел к карете. Ее словно вырезали из огромного фиолетового фрукта с красными прожилками. Сквозь бархатную кожицу пробивались черные ромашки — они то раскрывались, то закрывались.
Я забралась в мягкую мякоть роскошного сидения, и Туман умостился рядом, соприкоснувшись со мной коленями.
— Еще боишься? — он повернулся ко мне с улыбкой.
— Немного, — ответила я, но не задержалась взглядом на нем. Командир стражей уселся на место кучера, достал нечто, похожее на небольшую арфу, устроил инструмент на колене и пробежался пальцами по струнам. Из-под дороги, усыпанной лепестками-крыльями, поднялись толстые змеи в узде и потащили карету. Я вцепилась пальцами в мякоть сидения.
 
Конечно, колес нет! Карета держалась на змеиных спинах. Нас слегка пошатывало, колебало туда-сюда. Скиамас играл поразительно чудесную мелодию.
— Я тоже, когда впервые попал в Скиалир, с перепугом таращился по сторонам. Ты должна понять, драконы не ходят сюда, и мне все было в новинку.