Вор из шкатулки архимага (СИ)

Я обернулась. Туман напыжился, словно убить меня собрался, переломив пополам. Но и я готова свернуть ему шею!
— Значит, я виновата?
— А кто? Десять кмефрунов я не поддавался ни разу, хоть эклерянки оказывали мне знаки внимания! А тут появилась ты и… — Он запнулся, махнул руками, точно движение заменит речь, и зажмурился отворачиваясь. — Не приближайся, не прикасайся ко мне! Не то закину в публичный дом — тебе там самое место.
Мне будто плеснули помоями в лицо. Я обхватила себя руками, пошатнулась, прислонилась спиной к стене и сползла по ней, обдирая прикрытую тонкой рубахой кожу о неровности камня. Взгляд в расфокусе застыл на браслете, который, мерцая, разгонял тьму. В голове стало пусто от шока.
Холодно.
Больно.
Страшно одиноко.
— Знаешь, что, Туман... — Пошатнувшись, я встала на ноги и наклонилась за штанами. Вымыться бы, сбежать бы на другой конец света, стереть бы из памяти. — Несмотря на то что у тебя человеческое тело, больше ничего человеческого в тебе нет. Поэтому Богиня любви ни разу не глянула на тебя.
Слышал ли меня дракон? Я не покосилась на него, поднимая с пола штаны. Что-то тихо шелестело, терлось, поскрипывало с его стороны. Может, рылся в сундуке или надевал жилетку. Я с трудом попала ногой в штанину, пол ходил ходуном, меня трусило. Лишь бы не расплакаться.
— Выпусти меня отсюда, — попросила я, когда оделась и спрятала Черный в карман. В груди, казалось, зияла дыра. Сколько лжи я намешала в слова, когда признавалась в чувствах? Добавляла ее туда вообще? Если добавляла, почему сейчас от гадкой боли меня выворачивало наизнанку?
Он меня оскорбил, туманом задурил. Я не должна была позволять ему раздеть меня. Но, к счастью, здравый рассудок победил ядовитый туман. Или Черный на себя принял магию?
Наконец вор подал голос:
— Куда собралась?
— Пойду брошусь с обрыва.
— Да что за бардак у тебя дурацкий на чердаке! — Он дернул меня за правую руку и грубо развернул. О, смотрел на меня с недоумением. Будто ничего и не случилось минуту назад. Ладно, будто мы чаек попили и о погоде поболтали.
— На чердаке? А у тебя полный порядок! Ведь там нет ничего, кроме пары старых детских игрушек!
Несколько секунд тишины — до Тумана, видимо, не сразу дошел смысл. И дошел ли позже?
— Ты никуда не пойдешь. — Его пальцы так сдавливали правое предплечье, что кисть начала неметь.
— Зачем я тебе сдалась? Отпусти меня! — Я впилась ногтями левой руки в тыльную сторону ладони Тумана, стараясь отодрать от себя. Зря. Ногти не пробивали, не царапали кожу. Безупречно крепкая. Я свирепела: — Герцога шантажировать я уже не гожусь, артефакт своровать тебе не помогу. Дай спокойно уйти!
— Так или иначе, я не могу тебя отпустить.
Я опешила. Руки упали безвольными плетями.
— Ты только что назвал меня девушкой легкого поведения, и запретил к себе приближаться. А тебе, значит, меня трогать можно? Не обнаглел ли ты часом? Думаешь, я в восторге от того, что ты меня лапаешь постоянно?
— Прости. Я погорячился…
Туман растерянно отпустил мою руку и шагнул назад, едва не наступив на маски, лежавшие на шкуре. Вид у него, как у брошенного ребенка. Мои слова расстроили? Я прикусила язык. В зияющей огромной дыре внутри меня вспыхнул маленький светлячок. Он отчаянно быстро махал крылышками, наматывал круги, но разве мог осветить бездну?
— Ты говорила, не хочешь жить без меня… Но я ведь вернусь. — Голос Тумана тихо подрагивал. — Зачем прыгать с обрыва?
Что со мной творится? Не слишком ли я строга к нему? Откуда в нем возьмется человечность, если никто никогда его не учил ей? Ему никогда не поясняли, как обращаться с девушками, как вести себя романтично, как любить…
— Мне будет смертельно тоскливо, если ты погибнешь, Сияна. Не прыгай.
Законченный эгоист. Ему будет тоскливо, надо же. Я и не собиралась прыгать с обрыва, но разомлела от его слов. Глупая улыбка едва не растянула губы, и я спешно потупилась, скрывая лицо за прядями волос.
— Сияна? — окликнул меня Туман немного погодя. — Как ни крути, жизнь лучше смерти. Так мне говорила Мерабадикадилена. А ей стоит поверить.
 
Злость жгучей изжогой подскочила в горле.
— Интересный ты, дракон. — Я вскинула голову, отбрасывая пятерней волосы, и сложила руки на груди. — Веришь в то, что нравится тебе. А в то, что лишь мы вдвоем сможем победить герцога, ты не верил. Ну что ж… Теперь неважно. Теперь я тоже против церемонии.
— И драконицей больше не хочешь быть?
— Нет.
Его взгляд потух. Наверное, предложить стать драконицей было распрекрасной идеей, чтобы уболтать Тумана на церемонию. Распрекрасной, но все равно напрасной. В любом случае до превращения в драконицу не дойдет — я вернулась бы домой раньше. Но иметь крылья за спиной должно быть здорово. И драконицей стать — тоже.
Туман обернулся к шкуре и поднял маски.
— Помнишь, ты мне обещала вернуть плату за проход через защитный купол?
Нечто эдакое ему на ум явно взбрело. Я поспешила его образумить:
— Не думай, что можешь требовать все, что тебе заблагорассудится. Ты просто поделился с оромхией резервом, разве нет?
— Да. — Его жесткий голос усмирил бы дикого медведя. Юношеские нотки растаяли. Повернувшись ко мне, Туман слегка задрал подбородок. — И сильно ослаб. Будь я полон сил, дал бы мощный отпор архимагу, а не жалкие потуги, что ты видела.
Ну конечно.
— Резерв до сих пор не восстановился. И в этом твоя вина.
Чудесно.
— И что дальше?
— Ты отправляешься со мной в Скиалир. Шаманка разубедит тебя прыгать с обрыва.
Ага, а там, в Скиалире, шаманка прочтет мои мысли, не выдержит и выложит Туману. Я ведь не передумала и с невидимкой договориться собралась. Обойдусь без защитных амулетов, уроков магии и прочего. Оружие у меня есть.
— Не хочу я в Скиалир! Выпусти меня! — Я достала Черный и шустро превратила платок в меч. Пусть он дрожал в руке, но я не опущу его, как в прошлый раз. Меня колотило от адреналина, воздух словно наэлектризовался в пещере. Я медленными шагами ступала к сундуку, куда Туман складывал свои вещи. — Открой потайную дверь, или я разнесу его.
— Ну давай. — Он сжал губы, чтобы сдержать смех, но смешинки в глазах не скроешь. Чего смешного?
— Я не шучу!
— Давай уже.
Замахнувшись, я описала дугу и… прочертила ее продолжение внутри сундука. Меч прошел сквозь него. Сундук не убиваемый? Или еще одна странность меча? Я стукнула пяткой по деревянному боку сундука, и прикусила губу от боли.
— Черный меч бесполезен. Даже волосы не подрезать. Лишь от платка какая-никакая польза есть.
На всякий случай я ударила мечом по каменной стене. То есть не ударила, а погрузила в нее лезвие, как в жидкость. И все же чиркнуть острием по руке я не рискнула.
Адреналин схлынул, вместе с решимостью. Усталость едва не придавила меня к полу — я оказалась полностью опустошенной.
Ёшкин ты кот... Кажется, без защитных амулетов и артефактов я одна долго не протяну.
— Не угрожай никому Черным, если не валяешь дурака.
— Ты просто не разгадал его тайну, а шаманку спросить кишка тонка.
Так заявила, будто сама давно разгадала. Я отпустила меч и поймала платок левой рукой. Туман положил лапищу на мое плечо и развернул.
— Не прикасайся ко мне!
Он отдернул руку. Его взгляд затянула печаль. А на моей коже осталось горящее клеймо. Честно говоря, его наглых, неосторожных, жгучих прикосновений мне уже не хватало.
— Ложись на шкуру.
Я засмотрелась на блики фиолетовой маски, которую мне протянул Туман. Холодок пробежал по влажной от пота спине.
— Не беспокойся. Со мной тебя стражи не тронут.
 
Не стражей я боялась… А того, от чего предостерегала невидимка.
— Что ты имел в виду, когда сказал, мол, обзавелся кабриошем, чтобы скиамасы не покушались на твои мысли?
— Скиамасы чересчур любопытны к внешнему миру. Стоит тебе пройти по главной площади, как все уже будут обсуждать то, о чем ты думала.