Псих. Одержимый мной (СИ)

— Марк! — кто-то позвал его.
Он обернулся.
— Ты где, я уже заждалась. — та самая девка, что сидела у него на коленях.
— Отвали сука! Ты вообще кто такая?
— Уже забыл? Совсем недавно готов был трахнуть в VIP зоне. — съязвила она, мерзко ухмыльнувшись.
Её взгляд направлен на меня.
Марк убрал руки с моих плеч и рванул к ней. Воспользовалась моментом и побежала прочь, прочь от всего, что так ранило моё сердце. Бежала куда глаза глядят. Боль отдавалась во всём теле.
— Мышонок, осторожно! — крикнул Псих.
Повернулась и увидела, как на меня мчится машина. Сжалась, готовясь к удару. Тут кто-то вовремя оттолкнул в сторону, упала. Последовал страшный звук. Опустила глаза на дорогу и увидела Марка без сознания. Шокированная, с трудом подползла к нему на четвереньках. Руки тряслись, не могла прощупать пульс.
— Помогите! Пожалуйста, вызовите скорую! — рыдала, прижимая его к себе.
Вокруг стали собираться люди.
— Не умирай, только не умирай. — качалась из стороны в сторону, осознавая, что он может не выжить.
  
Глава 16
 
Скорая быстро прибыла, но время ожидания показалось вечностью. Крепко держала его руку. Душа разрывалась, видя Марка в таком состоянии, старалась справиться со своими эмоциями и не потерять сознание. Сейчас важнее он. Если с ним что-то случится не смогу пережить.
Привезли нас в ближайшую больницу. Прям как тогда, девять лет назад, после в автокатастрофы, его вновь несут на носилках. Раны на лице, без сознания, а я в ступоре провожаю взглядом. Пока пыталась хоть как-то взять себя в руки, Марка увезли на осмотр. Меня никуда не пускали, оставалось только ждать. Единственное, что сделала, сообщила в регистратуре имя пострадавшего.
Сидела в коридоре, меня било в ознобе, не могла успокоиться. Заплаканная и полностью разбитая смотрела перед собой, на серую стену, не замечая никого вокруг.
Воспоминание о произошедшем снова и снова всплывало в памяти, словно одного раза не хватило. Сердце ужасно болело, лучше б машина сбила меня. Это я во всё виновата. Только сейчас поняла, насколько сильно полюбила этого ненормального Психа.
Стоило показаться врачу или медсестре, подбегала к ним в надежде что-то узнать, но никто ничего не говорил. Время тянулось.
Даже не знала, должна ли кому-то сообщить.
— Вы приехали с Марком Фроловым?
Тут же подскочила.
— Да. Как он? С ним всё в порядке? Сильно пострадал?
— Успокойтесь, пожалуйста. Ему повезло, отделался легким сотрясением мозга, ушибов немало, но переломов к счастью нет. Водитель похоже вовремя успел затормозить.
Разрыдалась от облегчения. Не было сил стоять, присела на металлическую скамью.
— Вы себя нормально чувствуете? Почему до сих пор не обработали вашу рану?
Сначала не поняла о чём врач говорил, но проследив за взглядом, увидела глубокие царапины на локте. На фоне события моя рана казалась чем-то незначительным. Медперсоналу досталось за то, что никто не обратил внимание. Царапины быстро обработали.
— Вам необходимо отдохнуть. Мне не нравится, как вы выглядите.
— Когда я смогу увидеть Марка?
Поняв, что со мной нет смысла спорить, он сказал, чтоб следовала за ним.
— Можете пройти к нему, он ещё без сознания, но это нормально. — врач указал на дверь.
Схватилась за ручку, намереваясь войти.
— Если знаете его родных, сообщите, пожалуйста.
Отрицательно покачала головой.
— Плохо. Попытайтесь узнать.
— Хорошо.
Зашла в палату, но глаза не сразу подняла, боялась на него взглянуть. Вроде знала, что обошлось, но мне всё равно паршиво. Сердце сейчас лопнет от переживаний.
— Не могу обещать, что сегодня придёт в себя, ему ввели обезболивающие, они тоже работают как снотворное.
Медленно подошла к больничной кровати. Бледное лицо пугало. Нижняя губа затряслась от вновь подступающих слёз. Мне совершенно всё равно, что происходило в клубе, главное, он жив.
В палате была медсестра, она поднесла мне стул и убедила сесть. Затем наполнила стакан водой, что-то дополнительно накапала и передала мне.
 
— Это поможет успокоиться. Он действительно счастливчик. — улыбка девушки помогла сдержать слёзы.
Выпила залпом содержимое, глубоко вдохнула, стараясь вернуть себе самообладание.
— Вот и правильно. Не стоит расстраивать вашего парня.
А ведь она права. Зная Марка, он ещё за меня будет переживать.
Достала свой телефон, пытаясь понять кому звонить. Вспомнила, что у меня есть номер ресторана, который ему принадлежит. Марк дал его, чтоб связывалась на случай, если что-то срочное. Ни разу не пользовалась, вот и пригодился.
Ответили сразу. Но к сожалению, номера его доверенного лица никто не знает. Единственное, одна из официанток назвала имя — Николай Смирнов. В справочнике таких будет уйма, это всё равно что, искать иголку в стоге сена. Но потом сообразила, следователь ведь говорил о психологе Марка. Поискала его в интернете, и нашла довольно просто. Он достаточно известный на весь город.
Набрала номер, раздались гудки, но никто не отвечал. Не прекращала попытки.
— Алло, слушаю.
— Вы Николай Смирнов?
— Да!
— Вам знаком Марк Флоров?
— А почему вы интересуетесь?
— Его сбила машина, а я не могу отыскать близких.
— Что? — сорвался голос психолога. — В какой больнице находитесь?
Назвала адрес.
— Я скоро буду.
Только и успела кивнуть в трубку, на другом конце уже отключились. Буквально через минут пятнадцать, дверь в палату открылась. На пороге стоял седовласый мужчина, лет пятидесяти.
— Как это произошло?
Он медленно подошёл к кровати. Столько эмоций выражалось на лице психолога. Марк ему явно непросто пациент.
— Он спас мне жизнь.
Глаза мужчины переместились на меня, увидела осуждение.
— Так и знал, что нечто подобное произойдёт. Вы ведь Наташа не так ли? Его одержимость.
Ошарашено уставилась на него.
— Вы говорили на сеансах обо мне?
— С того дня как вы появились в его жизни, он перестал говорить на другие темы. Со временем стал замечать за ним странное поведение. Появились явные признаки одержимости.
— Вы ошибаетесь. Мы поругались из-за того, что увидела его с другой.
— Значит вы неправильно поняли увиденное, Наташа.
— Что вы имеете в виду?
— Марк после смерти родных очень изменился. Знаете, он курит ту марку сигарет, которую курил его отец, носит кожаную куртку брата, практически не расставаясь с ней, а татуировки на теле, отображение увлечения матери азиатской мифологией. Не первый год пытаюсь вытащить Фролова из этого состояния. Он очень любил своих родных, для него они были всем миром, а потом одно страшное обстоятельство и в миг их не стало. Ещё тогда заметил зачатки начальной стадии маниакальной зависимости. Ему было всего шестнадцать.
В груди возникло неприятное чувство. Получается его чувства ко мне, психическое отклонение.
— Вот и в вас он что-то увидел. Предлагал ему пройти лечение, но Марк отказался. Сказал ему нравятся чувства, которые испытывает к вам и боится, если станет лечиться, всё исчезнет.
Закрыла рот ладонью, не давая возгласу нестерпимой боли вырваться наружу. Меня начало трясти.
— Вы когда-нибудь слышали про синдром Адель Гюго? Или по-другому его ещё называют синдром Адели?
Отрицательно покачала головой, не в силах произнести ни слова.
— Это психическое расстройство, длительная любовная одержимость, которая схожа по тяжести с наркотической зависимостью. Своим названием синдром обязан Адель Гюго, дочери знаменитого французского писателя. Она вплоть до самой смерти страдала от неразделённой любви к английскому офицеру.
Чем дольше говорил мужчина, тем хуже становилось мне. Сердце медленно и мучительно рассыпалось на мелкие осколки.
— Клинические патологии у неё появились сразу после знакомства, как и у Марка. Адель преследовала офицера.
В голове всплыли моменты, когда Псих появлялся из ниоткуда.