Ошибка разбойника (СИ)

Дон Стефано продолжил елейным тоном:
— Его светлость интересовался тагонским льном непосредственно перед финалом этого дела, возможно, поэтому чувствует себя задетым. Правда, насколько я слышал, его интересы не пострадали.
— Что ж, — маркиз чуть помедлил, повертел в руках перо, вытянул и втянул губы, потом прищурился и посмотрел на собеседника. — Надеюсь, ваши интересы тоже не пострадали.
— К счастью, я не располагал свободными средствами, которые мог бы вложить в предприятие, хотя вплоть до последних дней верил в успех этого дела.
— Вы деятельно интересовались тагонским льном, даже потрудились приехать ко мне с трактатом.
— Я заинтересован в процветании нашей провинции, — дон Стефано решил воспользоваться случаем и намекнуть на готовность занять должность на королевской службе. — Обязанности интенданта в округе, где расположен мой замок, исполняет мой родственник, человек преклонных лет, который прислушивается к советам вашего покорного слуги. Я всегда рад быть полезен провинции и короне.
— Странно, что вы с такими взглядами не поступили на королевскую службу.
— Был занят устройством своего поместья, теперь оно процветает, — дон Стефано надеялся, что намёк достаточно прозрачен, и министр поймёт — его гость очень не прочь получить должность.
Маркиз о чём-то задумался, потом встал, подавая знак, что время визита окончено.
— Благодарю за известие о том, что герцог рьяно взялся за расследование дела о тагонском льне. Я напишу ему, что расследованием занимаются лучшие люди в столице, и он может не беспокоиться.
Дону Стефано именно это былo и нужно. Герцог, раз уж не остался в убытке, воздержится от любопытства, когда поймёт, что в мошенничестве замешаны высокопоставленные особы из столицы. Сдержав вздох облегчения, кабальеро поклонился и собирался уйти, но уже в дверях был остановлен маркизом.
— Вас, кабальеро, я буду рад видеть сегодня на небольшом приёме в моём особняке.
Не зная, простая это любезность или намёк на будущее, дон Стефано поспешил выразить благодарность за оказанную ему честь.
***
Приём оказался действительно небольшим, даже семейным. Кроме маркиза и его супруги присутствовала только родня — королевская любовница с братом. Дон Стефано недоумевал, зачем его пригласили, и почувствовал смутное беспокойство. Держался он безупречно, хотя ему было неприятно сидеть за одним столом с падшей девицей, даром что свою честь она отдала королю, и надменным молодчиком, гордившимся тем, чего дворянин должен стыдиться.
Хозяин дома разглагольствовал о блестящих празднествах, которые вскоре состоятся по поводу свадьбы престолонаследника. Королевская любовница выразила восторг и спросила гостя:
— Дон Стефано, вы, должно быть, навестите столицу в это время?
— Возможно, донья Каэтана, — с почтительным видом ответил кабальеро, про себя подумав о том, каким непристойным и оскорбительным для королевы станет присутствие на торжествах этой наглой особы.
— Непременно, дон Стефано, — промурлыкала фаворитка, очевидно, ничуть не стеснявшаяся своего положения.
Больше они не разговаривали, но кабальеро заметил, как королевская любовница кивнула хозяину дома.
Вскоре дамы оставили кабальеро. Маркиз лениво бросил своему гостю:
— Не правда ли, моя племянница — очаровательная особа?
Дон Стефано кивнул, подумав: «Вот она, плата за влияние — министр не брезгует называть племянницей девку, родство с которой достаточно дальнее, чтобы не вспоминать о нём».
— У неё отличное приданое, — тем временем продолжал маркиз.
Дон Стефано догадался — наличие у короля любовницы, которую он не скрывает, не нравится его будущему свату, отцу невесты престолонаследника. Неудивительно, что дамочку собираются пристроить замуж… От этой мысли и от взгляда дяди нахалки дон Стефано напрягся.
— Думаю, в столице немало кабальеро, которые не против составить партию донье Каэтане.
«Её к тому же величают, как замужнюю даму», — подумал сеньор дель Соль, решив поскорее покинуть особняк министра.
— Моя племянница привередлива, — вздохнул маркиз. — Все должны быть уверены в благополучии этого брака.
 
«То есть её муж должен быть недурен собой… Скорее бежать!» — услышанного было для дона Стефано более чем достаточно, чтобы догадаться, какую награду подготовил ему министр за предупреждение о намерении герцога де Медина расследовать дело о тагонском льне. Кабальеро встал, стараясь не вскочить слишком быстро.
— Благодарю за гостеприимство, ваше сиятельство. Завтра рано утром я собираюсь возвращаться в Сегилью, поэтому не смею дальше отнимать ваше время.
Маркиз кивнул, и гость поторопился прочь, на радостях не заметив, что ему открыли не ту дверь, в которую он вошёл.
Очутившись в незнакомом коридоре, дон Стефано похолодел, но решительно направился вперёд, надеясь найти выход, хотя бы чёрный. Через несколько шагов он встретил лакея, которому вручил золотой:
— Я здесь впервые, ошибся дверью. Покажи выход, любезный.
Слуга открыл ближайшую дверь. Незадачливый гость поспешил, как он надеялся, прочь из этого дома, но нос к носу столкнулся с королевской любовницей, успевшей расшнуровать корсет.
— Ах, кабальеро! — довольным возгласом встретила его негодяйка. — Как вы нетерпеливы! Не беспокойтесь, всё увидите и получите после свадьбы.
Счёт шёл на мгновенья. В том, что сейчас в комнату ввалятся родственники доньи Каэтаны, не могло быть сомнений. Скорее всего, они уже за дверью, поэтому дон Стефано оттолкнул женщину и бросился к окну. Будь оно плотно закрыто, кабальеро не постеснялся бы выломать раму, благо силой его природа не обделила, но обошлось быстрым движением руки, открывшей щеколду.
Прыгать с пятнадцатифутовой высоты было рискованно, но дон Стефано предпочёл бы сломать ноги, лишь бы не стать мужем особы, в приданое которой входят рога. К счастью для кабальеро, рядом рос огромный платан. Спасая свою честь, мужчина схватил ветку и умудрился на неё забраться, хотя никогда не отличался способностями к лазанью по деревьям. Дальше удача от беглеца отвернулась. На крики королевской любовницы, без стеснения показывавшей пальцем на дерево, сбежались слуги, а вскоре внизу показался и сам маркиз.
Его сиятельство крикнул донье Каэтане, чтобы она велела закрыть окно, и с ухмылкой обратился к дону Стефано:
— Кабальеро, не ожидал от вас такой прыти. Понимаю, моя племянница очаровательна, но совращать девицу, будучи в гостях в моём доме — непозволительное нахальство, за которое вам придётся держать ответ.
Боявшийся рогов больше, чем разоблачения разбойничьих дел, кабальеро очертя голову бросился спорить.
— Ваше сиятельство, доброе имя вашей племянницы не пострадает! Уверен, о происшествии никому не станет известно, и донья Каэтана найдёт супруга! — про себя гость добавил: «Небрезгливого».
— Вы прекрасно подходите на эту роль, — невозмутимо возразил маркиз. — Вы небедны, но не очень богаты, по вашим же словам. Недурны собой, поэтому все решат, что ваш брак — не формальность. Получите должность в столице, я понял, что вы рассчитываете поступить на королевскую службу.
Разговор между хозяином дома и сидящим на дереве гостем выглядел, наверное, комично, но дону Стефано было не до смеха.
— Прошу вас, поймите меня как мужчина мужчину! — возопил кабальеро.
Неожиданное обращение рассмешило хозяина дома, в то же время вызвав сочувствие.
— Не хотите делить женщину?
— Ладно бы любовницу, но жену!
— Бьюсь об заклад, вы наставили немало рогов.
— Только чтобы узнать женские хитрости и в собственном браке их не носить!
Маркиз недолго подумал. В лунном свете было хорошо видно его круглое лицо и пухлые губы, которые интриган несколько раз вытянул и втянул, пока гость с замиранием сердца наблюдал за его размышлениями.
— Бог с вами. Я объясню племяннице, что если жених сбежал в дверь, есть надежда его вернуть, но если в окно… Слезайте.
Очутившись на земле и поправив камзол, дон Стефано почтительно поклонился. Он быстро овладел собой и стал думать о будущем: