Нийлас. Поцелуй тигра (СИ)

— А дейкосиане – грязные животные… Что еще преподают в сианских академиях? -  с вызовом бросила принцесса.
Динлис примирительно потерлась носом о ее запястье.
— Оставим эту щекотливую тему. Давай поговорим о более близких вещах. Амирхан устраивает тебя в постели?
— Я была с ним один раз. Мне понравилось, - скороговоркой ответила Лиша  и быстро спросила:
—   Хм… я думала, ты проведешь ночь с Тамилом.
— Он уснул прямо на связках топлива. Наверно, так успокаивающе действует на "тигров" песье молоко. Но мы наверстаем все упущенные возможности. Тамил великолепен.
— Вы стоите друг друга…
В эту ночь Алейше приснилась драконица с картины Амирхана. Только на чешуйчатой голове ящера у нее было сморщенное лицо старухи из селения Тач-Тары. Проводник кормил ее лепешками, размоченными в молоке, потому что беззубый рот уже отказывался принимать сырое мясо.
Выбравшись на рассвете из палатки Алейша увидела в двух шагах сгорбленную фигуру Проводника. Он ждал ее появления, держа на худых коленях охапку свежих цветов. На бледно-желтых лепестках ирисов и лиловых гиацинтах еще дрожали капли росы.
— Это все мне? – воскликнула принцесса. – Благодарю. Я хотела сама сорвать, боюсь они завянут до того, как мы попадем в Батрейи.
— Я проведу тебя самым коротким путем, Золотоволосая.
— Так лишь кажется на свету, мои волосы гораздо темнее, - засмеялась Алейша.
— Ты выглядишь, как настоящая тарсианка.
— Моя мать из системы Дейкос. Там ее планета называется просто  - Земля.
Проводник плотнее закутался в свое одеяние, будто от внезапного озноба.
— Я… слышал о Земле. Разве она еще существует?
— Надеюсь, - сухо ответила Алейша. – И я мечтаю побывать на ней. А также на Тарсин. Все возможно, если приложить усилия, вы сами сказали. Но иногда достаточно повзрослеть и стать сильнее.
— Ты не бывала на Тарсин? Как же…
— Я там родилась, но меня скоро перевезли на Яшнисс. Ничего не помню о том времени, была слишком мала.
— Яшнисс… Почему Яшнисс? Кто тебя увез? – еле слышно бормотал проводник, нервно сжимая  в синих руках хрупкие стебли.
— Так мама решила.
— А кто была твоя мать?
— Она и сейчас прекрасно себя чувствует, - со сдержанным холодком ответила Алейша. -  Когда мы двинемся в путь?
— Сейчас… Прямо сейчас… Чего ждать… Она и так долго ждет… Здесь осталось мало людей… Так ты возьмешь цветы?
Последнюю фразу он произнес неуверенно и почти заискивающе. Алейше стало жаль его, она опустилась на колени рядом, помогая собрать расссыпавшиеся ирисы.
— Зря вы отказались от осмотра. Мой друг разбирается в медицине.
— Ты добрая и красивая девочка. У меня тоже могла быть дочь. Или сын. Я все упустил.
Она едва не отшатнулась, когда сухая ладонь с черными вздутыми венами попыталась коснуться ее макушки. От Проводника остро пахло звериными шкурами и затхлостью давно не стираной одежды. Но еще горными цветами и влажным мхом.
  
Глава 19. Исчезнувшие
 
Когда резь в желудке отпустила, Тамил выбрался во двор, где попрятались любопытные мальчишки.
— Пошли прочь! Чего уставились, маленькие тупицы?
Женщина с ведром воды тоже прикрикнула на детей и осуждающе глянула в сторону Тамила, холодно пояснив:
— Они думают, что все чужаки несут зло.
— Напрасно! Я мечтаю скорее убраться отсюда. Харакас изводит меня с первого дня. Сначала плясунья с ядовитым пауком, потом ваше проклятое песье молоко… Я всю ночь мучился жуткой болью.
— Надо было раньше сказать вашему лекарю. Он ведь сразу тебе помог, - примирительно убеждала женщина, наливая в кружку родниковую воду.
— Все это нарочно подстроено, чтобы оставить меня в поселке. Братец только притворяется добряком, а на самом деле ждет удобного момента для подножки.
— Вот, выпей и огонь сердца затихнет.
Тамил уселся на соломенном тюфяке, прислонившись спиной к теплому боку хижины.
«Не-ет, Динлис может здесь хоть город основать, я не стану задерживаться и лишней минуты. Кучи белого навоза, лохматые собаки с отвисшими до земли сосками, куры, несущие розовые яйца – все это противоречит естественной природе.
 
Я люблю густую зелень листвы и шум морского прибоя. Вернувшись на Нийлас, я первым делом слетаю к священной реке и смою  с себя даже память о сегодняшних невзгодах. Я никогда в жизни не страдал расстройством желудка. Стоило связаться с негодным братцем, как начались проблемы. Зачем я только полетел за ними… Но меня будто ждала Динлис. Невероятная Динлис. Хорошенькая сианочка из рода Фалид с длинными ногами и необузданным нравом.  Может, она того стоила.
Погрузившись в эротические фантазии, Тамил растянул губы в улыбке и прикрыл веки, но через пару минут очнулся от дремы. Помимо стройной фигуры Динлис наяву обладала также достаточно громким голосом.
— Эй, тебе снова плохо?
— Мне почти хорошо, только тебя не хватает, любимая, - манерно растягивая слова, ответил князь.
— С нежностями придется подождать. У нас серьезные неприятности.
Ее взволнованный тон  заставил Тамила принять  сосредоточенный вид.
— Что там еще стряслось? У кого-то из экспедиции тоже несварение местной пищи?
— Сейчас со  мной связался офицер Макос. Он говорит, что Лиша с Амиром пропали.
— Ерунда! Наверно, спрятались за каким-то кустом, чтобы потискать друг друга. Или это последствия песьего молока…
— Хватит дурачиться! Их не могут найти, как и проводника. Личные вещи обнаружены  на краю обрыва.
— А я говорил… зачем их туда понесло… мне это сразу не нравилось.
Тамил вертел головой и озадаченно дергал ворот рубашки. На секунду в сознании мелькнула тоска о горячей ванне. Но почему Динлис бледная, как утренняя звезда…
— Милая, что такое?
Она опустилась перед ним на сбившийся тюфяк и грубо схватила в горсти одежду на груди.
— Ты ненормальный или у тебя плохо со слухом? Твоего брата и змеиную принцессу уже больше часа не может найти в горах группа сианских солдат. Фарсак требует сообщить о случившемся на базу, вызвать подкрепление, прочесать район. Ты понимаешь, что это значит? Нам придется уведомить тарсианскую сторону. И яссов, возможно… Больше десяти лет на нейтральной полосе близ Батрейи не было споров. А сейчас сюда слетятся представители трех держав. Возникнут неудобные вопросы.  И чем все закончится?
Динлис шумно сглотнула, а потом потянулась за кружкой, где еще оставалось немного воды.
— Полковника Хута обвинят в организации туристических групп. Это нарушение международных обязательств. А реакцию короля Уратос я и представить боюсь.
— Они же найдутся, милая, - неуверенно пробормотал князь. – Ведь ты сама говорила, здесь нет опасностей – ни зверей, ни террористов. Какая-то чепуха! Куда они могли деться при такой охране. Куда Фарсак смотрел? И этот ваш хваленый сианский киборг! Я всегда подозревал, что искусственному интеллекту нельзя поручать жизнь людей… Как угадать, что у него на уме…
Динлис пружинисто вскочила на ноги, принимая новый сигнал связи. Тамил перевел взгляд на мальчика, с ног до головы вымазанного в бурой глине так, что сверкали лишь белки глаз. Теперь он целился в князя из гладко выструганной палки, раздувал щеки, имитируя стрельбу. Рядом лежала горка камней  и навозные катышки для более массированной атаки.
— За что они нас так ненавидят, Динлис? Что мы им сделали?
— А за что ты ненавидел своего брата?
— О чем ты? – сморщился Тамил.
Он с удивлением заметил на ее восковом лице отвращение и поднялся во весь рост, желая успокоить.
— Я тебя не понимаю, милая.
Прежде чем ответить, она демонстративно потрясла перед ним переговорное устройство.
 
— Киборг проанализировал все разговоры и сообщения на модуляторе Амирхана. Неделю назад ты ему угрожал.
— Я?!
— «Если прикоснешься к Лише, я убью тебя» - это твои слова? Будь же мужчиной, Тамил, отвечай прямо.
Он хрипло засмеялся и стиснул зубы, чувствуя, как новая судорога пронзает желудок. Нелепое совпадение. Кругом творится нечто чудовищно неприятное. Гадкое. Снаружи и изнутри. И ванны нет и опытного массажиста. Невозможно расслабиться.