Доспех духа. Ноналогия (СИ)
— Золотое перо на красном фоне. Символично. Значит, хотите изучать укрепление тела? — спросил я.
— Хотим, — ответил за всех Кристофер.
— Кинетическую броню освоили?
— Еще до того, как Лу Ханя начал изучать, — ответил он. — Семьдесят пять минут, если очень постараться, могу удержать ее, — опередил он следующий вопрос. — Не практиковал давно. Разучился.
— Обед скоро, — я бросил взгляд на часы. — Технику, что я покажу после обеда, вы должны ее выучить. Причем быстрее, чем другие ученики из МИБИ. В моем клубе осталось три места.
— Это деловой разговор, — засиял улыбкой Кристофер. — Не буду мешать, пойду готовиться.
Троица, к большому облегчению Кати, удалилась.
— Собираешься их учить? — спросила она, усаживаясь в ближайшее кресло.
— Немного направлю. И без секретных техник можно стать мастером, — я покачал головой. — У них на лбу написано, что хотят совместить старую технику с правильным развитием, лишиться недостатков и обрести преимущество.
— А так можно? И что за техника?
— Можно, — покивал я задумчиво. — Защитная техника. Не для классических мастеров. Вот ты бы рискнула отбросить все, чему училась лет пять-десять, не имея гарантии на руках, что все получится? Может, они впустую потратят пару лет, поняв, что занимаются глупостью. Рискуют никогда уже не стать мастерами, упустив время.
— Во-первых, мне бы никто не позволил так рисковать, а во-вторых, если бы это предложение высказал ты… — она невинно захлопала ресничками. — Кстати, ты плохой! Плохой и злой. Почему не пригласил на свадьбу? Не говори, я знаю, что появление Хованских на таком празднике даже звучит как оскорбление. Я же не дура, сама бы не пошла. Но ты мог бы пригласить, — она сделала обиженный вид.
— Прости. Да, а где Таня и Марина? — перевел я тему.
— На разведке. Ты, наверное, в курсе, что Орловы хотят часть своих земель разыграть? Устроить турнир молодых мастеров.
— В курсе.
— Они планировали провести все за городом, на одном из своих полигонов. Но кто-то вмешался, и турнир пройдет на территории МИБИ. На здешних полигонах. И транслировать его будут широко. В столичных гостиницах уже свободных мест нет. Участники стягиваются со всей Российской Империи, а журналисты со всего мира.
— То, что на местных полигонах, это плохо.
— Почему? — не поняла она.
— Правил больше, безопасность лучше, никого случайно не убьешь. Не обращай внимания, — отмахнулся я. — За информацию спасибо.
— Ты телефон не берешь, я бы раньше сказала.
— Номер поменял, — я достал из ящика стола карандаш и написал строчку цифр на обложке книги. — И что девчонки разведывают?
— Список участников у нас есть. Приблизительный. А вот какой силой обладает тот или иной мастер мы не знаем. Я не могу забраться в кабинет отца, чтобы посмотреть. Он целыми днями дома, ведет подготовку к турниру. Отец Марины управляет делами рода Трубиных, и она говорила, что может попасть к архивным данным.
— Будет кстати. Когда начало турнира?
— Объявят послезавтра и еще неделя на подготовку. Отец говорит, что эта спешка очень подозрительна. Думает, что Орловы боятся появления кого-то очень сильного. Сестра обещала сразу сообщить, когда узнает кто это.
— Так, до обеда час, но есть хочется уже сейчас. Что, пошли обедать? Мне еще студентов озадачить надо и самому позаниматься.
— А что за технику хочешь показать им? — заинтересовалась она.
— Ты ее знаешь. У Трубиных показывал. Как бы ее назвать поглупее… вода в ладони… круглая капля?
— Точно, мне рассказывали, — вспомнила она. — Так и назови, «Капля в ладони». По-моему, хорошо звучит. А зачем эта техника нужна?
— Усердие тренирует. Неудача, раз за разом, когда ты почти сделал, но чего-то не хватает и все рушится. Через пару часов даже самый спокойный человек начинает ругаться матом и вести себя крайне неадекватно. И даже если понять принцип, нужно много часов, чтобы выполнить правильно. Можешь попытаться, если не лень время тратить, — я рассмеялся незамысловатой шутке.
— Я попробую, — серьезно сказала она. — И еще. Постой. Как плата сестре за информацию, — она смутилась, опустила ненадолго взгляд. — Кхм. Обещала ей, что скажу тебе. Скажу, что я дура.
— О, — я удивленно посмотрел на немного покрасневшую девушку.
— Дура, потому что когда мы целовались у пруда… Я должна была позволить тебе пойти дальше…
Сказав это, она развернулась и выбежала из комнаты.
— О, — повторил я. Посмотрел на забытую книгу с номером телефона. — Надо бы отдать. Да и не настаивал я. Так, целовались в темноте, как школьники после уроков под лестницей. Вот ведь, — рассмеявшись и подхватив книгу, вышел из комнаты.
* * *Никитина Ольга, полдень, комната дисциплинарного комитета
Быстро печатая текст на ноутбуке, Ольга сверялась с графиком дежурств, лежавшим рядом. Отчеты она не любила. Сводить в таблицу студентов, кто носил красные повязки на рукавах, делать по ним выборку и отмечать кто сколько работает, было самым нудным из всех возможных занятий. Может быть поэтому за отчет начисляли сразу три балла. Жаль, что сдавать его можно только два раза в месяц.
— Этих — долой, — красным Ольга пометила в таблице двух студентов с третьего курса, которые за прошлый месяц сделали меньше других. Даже дежурств у них было ровно столько, сколько положено. Ни одной переработки.
Отдельно и, немного поморщившись, она выделила зеленым цветом имена девушек с четвертого, которые старались, как будто им за это доплачивали. Одна из них буквально стелилась перед главой студенческого комитета, пытаясь всячески угодить. Одно его слово, и она будет голой вокруг скакать.
— Тьфу, — сдержанно сказала Ольга.
Вторая же была карьеристкой. Из захудалой семьи еще более захудалого рода. Метила на должность Ольги. При этом в глаза улыбалась, пыталась подружиться, но за спиной плела интриги и настраивала новичков против Ольги. Если бы должность главы дисциплинарного комитета была выборной, ее выбрали бы уже сегодня. И половину голосов она бы купила, не брезгуя и забраться в постель к кому-нибудь, чей голос имел значение.
— Никитина! — раздался почти над самым ее ухом голос Кравеца.
— Да, Артем Никитич! — подскочила она.
— Отчет пишешь? — он посмотрел через ее плечо на экран ноутбука. Отчеты мастер Кравец составлять не любил еще больше чем Ольга. А вот читать обожал. И требовал, чтобы каждый отчет был как можно проще и информативней. — Похвально. Но, скажи мне, чем сейчас Матчин занимается рядом со столовой? Почему там толпа студентов и что он им показывает.
— Понятия не имею. Пусть чем хочет, тем и занимается. И показывает, что… — последнее она пробурчала очень тихо, так как начальник сурово посмотрел на нее.
— А должна бы знать. И мне доложить, — голос его при этом стал командирским. Ослушаешься или сделаешь плохо, можно легко заработать пару десятков часов неприятных отработок и дежурств. — Ты за порядком следить главная. Поставлена тут, беги там.
Ольга только одного не понимала, откуда у ее начальника рождаются в голове подобные глупые шутки. Не просто глупые, а ужасные, от которых хотелось забраться под стол и плакать.
— Да, Артем Никитич, — вздохнула она. — Все узнаю и доложу.
— Постой, — мужчина протянул ей зачетку. — И подписи собери.
— Да, Артем Никитич, — еще один ответ.
Девушка открыла книжицу. Отсутствовала целая страница, обрезанная по специальной линии в два сантиметра от корешка. Вырывать пронумерованные страницы было запрещено, поэтому иногда страницу обрезали подобным образом. На оставшейся части стояли две подписи, Артема Никитича и ректора. Дальше же аккуратно заполненные строчки с баллами. Две последних гласили:
«За красивые глаза / 10».
«Честность и отвага / 50».
— Давай, ты у нас лидер по баллам, — махнул ей рукой мужчина, проходя к своему рабочему столу. — Тебе и карты с руками.
Выйдя из кабинета и тихо ругаясь, девушка прошла к окну, откуда можно было увидеть столовую. Действительно, на площади перед ней собралось довольно много студентов. Не меньше сотни человек. И на небольшом возвышении стоял Кузьма, жестикулируя руками. Девушке захотелось разрыдаться. Что она такого сделала? Или уж лучше спросить, откуда на ее голову свалился этот тип? С одной стороны, она была ему очень благодарна, что он свернул челюсть злобному хорьку. С другой стороны, если бы не он…