Доспех духа. Ноналогия (СИ)

— Доброе утро, — поприветствовал я ее. — Красивое платье, тебе идет. Зонтика только не хватает, бамбукового, с цветочками и птичками.
— Доброе утро, — Чжэнь немного смутилась. — Он в машине остался. Зонтик, с цветочками…
Алена и Катя сразу поняли, что я комплименты раздаю, и взгляд у них стал колючим и ревнивым.
— Ты сейчас чем занята? — спросил я, проигнорировав девушек. — У нас вечером занятие, не забыла?
— Я помню. Старшая сестра Сяочжэй просила тебя найти. Она сейчас дома и хотела бы встретиться.
— Вообще-то, я сам планировал с ней поговорить насчет тренировок. Прямо сейчас поедем?
Чжэнь кивнула и судя по виноватому взгляду, брошенному в сторону девушек, приглашали исключительно меня одного.
— Ален, — я оглянулся. — Со мной хочет встретиться Сяочжэй, поэтому я ненадолго уеду. Передай сестрам Юй, что наша тренировка сдвинется на пару часов. И еще Тасю предупреди, если я к обеду не вернусь.
— Так поедешь? — она показала взглядом на спортивный костюм.
— Да, надо бы переодеться…
Спустя двадцать минут у ворот института нас ждал представительский лимузин с дипломатическими номерами, две машины сопровождения, и как минимум пара мастеров. Странно, что китайцы так внезапно решили усилить охрану императорских особ. Мне казалось, что мастер Че с этой обязанностью вполне справляется, хотя иногда ему приходилось разрываться. Что касается квартиры, которую снимали принцессы, то она находилась совсем рядом, буквально в нескольких минутах езды от МИБИ. Вот и стоило ради такой короткой поездки задействовать столько сил? Квартира мне понравилась, много свободного места, минимум мебели. В центре просторной гостиной установили старинный деревянный столик, расставив на нем большой набор для чайной церемонии. Когда мы гостили в прошлом году в поместье супруги императора, мамы Соячжэй, они приглашали нас на подобное чаепитие. Довольно неспешный и медитативный процесс. Я не большой любитель чая, особенно когда его пили без сахара, меда или лимона.
— Доброе утро, — поздоровался я, прикидывая, что формально все еще было утро. Время постепенно приближалось к одиннадцати часам.
— Доброе утро, — на русском поздоровалась Сяочжэй.
В отличие от сестры, Сяочжэй была одета в традиционное красное платье с длинными рукавами и юбкой до пола. Золотая вышивка в виде феникса с пышным хвостом, расправившим крылья.
— Планируется что-то официальное? — спросил я.
— Нет, — перевела слова сестры Чжэнь. — Мы просто собрались, чтобы выпить чаю.
Сяочжэй загадочно улыбнулась, приглашая к столу.
— Мы достали чай, который ты искал, — сказала она, показывая взглядом в сторону кухни. На низком столике у двери лежали два круга с прессованными чайными листьями. Знак на этикетке в виде домика из красных линий и иероглифов по кругу.
Несколько минут потребовалось, чтобы заварить чай, разлить его по чашкам. Несмотря на рукава платья, Сяочжэй проделывала все уверенно, заливая горячую воду в маленький чайник, затем переливая в специальную емкость и разливая в чайную пару чашек.
— Как успехи у Чжэнь? — спросил я, пробуя чай на вкус. — Получается контролировать силу?
— Не получается, — ответила Сяочжэй. — Она уже сломала все ручки на дверях в доме, свернула кран в ванной и испортила два телефона.
— Знакомая ситуация, — я улыбнулся. — Нужна только практика, чтобы почувствовать силу. Если продолжит тренировки, то скоро освоится.
— Никаких подсказок? Может, есть хитрость или иной способ быстрее пройти этот этап?
— Увы, никаких хитростей, только упорство и практика.
Чжэнь вроде и не подала виду, но казалась опечаленной этим фактом.
— Неужто доставляет так много неудобств? Спасибо, — я принял из рук Сяочжэй вторую чашку. — Необычный чай, мне кажется я такого не пробовал раньше.
— Это редкий сорт, — сказала она. — В одном из буддийских монастырей осталось пять кустов, с которых собирают не больше четырехсот грамм листьев в год. После сушки остается совсем немного чая, который поступает в особое хранилище императорского дворца.
 
— Может, рассадить эти кусты, чтобы их стало больше?
— Тогда чай перестанет быть особым, — она улыбнулась. — К тому же важен не только куст, но место, где он растет, количество солнца и воды.
— Дорогой получается чай?
— Последний раз, когда его продавали, пятьдесят грамм обошлись коллекционеру в пятьдесят тысяч рублей.
Я едва чаем не подавился. Потратить полста тысяч рублей, чтобы три раза заварить чай — это много даже для очень богатых людей. Обычному наемнику полтора года нужно усердно работать, чтобы накопить такую сумму.
— Тогда мы никуда спешить не будем, — сказал я. — Давайте наслаждаться прекрасным чаем.
— Хорошая мысль, — согласилась Сяочжэй, рассмеявшись.
— И еще, чтобы не забыть, я хотел поговорить о технике духовного моря. Предыдущий этап я освоил и надо бы перейти к следующему, а то мне кажется, что оно начинает выходить из берегов.
Сяочжэй сказала что-то Чжэнь и та сходила в спальню, вернувшись с небольшой книжицей, страницы которой пожелтели от времени.
— Опиши, что происходит, — попросила она.
Пока я рассказывал, Сяочжэй задумчиво листала книжку, осторожно переворачивая хрупкие страницы. Остановившись ближе к середине, она прервалась, чтобы налить нам чай, затем снова углубилась в чтение.
— Прости, что не уделяю больше времени, — сказал я Чжэнь. — Проблем в последнее время навалилось столько, что не продохнуть. Только соберусь спокойно позаниматься, как что-то происходит.
— Я все понимаю, — она кивнула. — Мне сначала нужно справиться с текущим этапом. Но мне кажется, чем больше усилий прикладываю, тем хуже все становится.
Она и чашку с чаем держала очень осторожно, словно та была сделана из очень хрупкого фарфора.
— Могу посоветовать только спарринги с кем-нибудь из мастеров. Их вокруг вас толпа собралась, пусть помогают. Мне сражения всегда помогали что-то новое освоить. Мы с Аленой каждый день поединки устраивали. Ну а ты можешь мастера Че попросить.
— Я попробую, — сказала она.
— Нашла, — сказала Сяочжэй. — Следующий этап, после водоворота, называется «ледяной лотос».
— Повезло, что не нефритовый.
— Почему? — не поняла она, когда Чжэнь перевела.
— Помню те два справочника, что Вы давали, так там каждая третья техника — нефритовая. А остальные либо космические, либо сияющие. Не обращайте внимание.
Сестры Цао переглянулись, но что я имел в виду, не поняли.
— Что там с цветком? — напомнил я. — Делать что нужно?
— На самом деле я не знаю, полезна ли будет тебе эта техника, — сказала Сяочжэй. — В описании сказано, что она предназначена для мастеров, изучающих барьеры.
— Опять Лу Хань? Не сомневайтесь, я лучший в мире мастер по барьерам и защите, так что польза будет обязательно.
— Вторая причина в том, что это большой секрет нашего клана. Вот если бы ты… — Чжэнь остановилась, посмотрела на сестру и продолжила, — взял мою младшую сестру в жены, все было бы иначе.
— Мы уже на эту тему говорили, — спокойно сказал я. — Если это секрет клана, то просить раскрыть его не стану. Буду самостоятельно искать выход из сложившейся ситуации. Можно сказать, что я с самого начала, как стал мастером, только этим и занимаюсь. Мама знала первую часть техники развития и укрепления тела, поэтому мне пришлось вторую придумывать и дорабатывать самостоятельно. Справлюсь и сейчас. Давайте лучше вкусный чай пить, думаю, что на миллион мы уже выпили, надо еще на пару вашего отца разорить.
— Кузьма, не сердись, — в голосе Сяочжэй промелькнуло сожаление. — Я говорила с дедушкой, он категорически отказывается делиться этим секретом.
Она еще раз печально вздохнула, закрыв книгу и положив ее на край стола. Хитрая лиса, секретами делиться они не хотят, а книжку с собой взяла. Или она ее у родителей умыкнула?
— Хотя бы продемонстрируйте, чего я добровольно лишаюсь, — улыбнулся я.
— Барьеры, — Сяочжэй очистила чайник от листьев, положив их в продолговатую чашечку и поставила передо мной. — Они не похожи на то, что изучал Лу Хань и можно считать их уникальной техникой, доступной только нашему клану. Я почти не практиковала их, так как изучала защитное кинетическое поле. Но кое-что мне подвластно.