Доспех духа. Ноналогия (СИ)

Для гостей из ВИП зоны организаторы предусмотрели шампанское, вино десяти разных сортов и даже что-то покрепче, но мы вместо этого пили прекрасный чай. Сестры Юй умудрились пронести термос и кружки прямо в зал. Они на полном серьезе поинтересовались, не хотим ли мы что-нибудь скушать. Я чуть не пошутил, что не мешало бы курочки поесть жареной или шашлыка, но сдержался. С них станется достать нужное и следующие поединки будут приправлены ароматными запахами еды. Даже представил, как администрация будет просить высоких гостей из Поднебесной прекратить это безобразие, и долго смеялся. Группа мужчин и молодых женщин, расположившихся недалеко от нас и важно распивающих шампанское, странно косились на большой термос в руках сестер Юй. Завидовали, наверное.
Предпоследний поединок, на звание чемпиона в среднем весе, мне очень понравился. С одной стороны, выступал крепкий боец из Восточной Европы, белобрысый и коротко стриженный, с другой — жилистый парень из Дагестана, лохматый и бородатый. По силе они были примерно равны, так как два раунда никто не мог получить преимущества. Белобрысому не повезло в третьем раунде, где он получил серьезное рассечение над левой бровью. Залил кровью и себя, и противника, и канвас. Дважды доктор прерывал поединок, замазывая рассечение, но остановить кровь так и не получилось. В итоге бой пришлось остановить, а судьи решили, что победил парень из Дагестана, набрав больше очков и проявив больше активности. В любом случае это были красивые три раунда.
Перед главным матчем паузу сделали немного больше, нагоняя интригу рекламными роликами и демонстрацией отрывков из предыдущих поединков соперников. Затем появились ведущие, рассказывающие об уникальном опыте боев среди одаренных. Насчет уникальности можно поспорить, вспомнив хотя бы Африку. Да и в Океании осталось несколько мест, где мастера могли подраться за деньги.
— Смотри, — я толкнул плечом Тасю, показывая на часть зала, где трибуны заняли представители благородных родов, поддерживающие Разумовских. Я их знал поскольку-постольку, и выделить мог только мэра столицы. — Великий князь появился, наконец. А тот здоровяк русоволосый, где-то я его уже видел…
— Лотер, — сказала Тася. — Немец, представитель посольства Германии и друг императорской семьи. Сестра его прабабки была супругой императора России.
— Ничего себе, — протянул я. — Он что, княжеских кровей?
— Княжеских, только не наших, а германских. Фон Лотер — наследник одной из семей курфюрстов.
— Кого?
— Вернемся домой — дам почитать умную книгу, чтобы не задавал глупых вопросов, — сказала она, следя за князем.
В кармане завибрировал телефон, высветив на экране имя Василия.
— Слушаю, — сказал я, виновато посмотрев на супругу.
— Хотел предупредить, по старой дружбе, — начал Василий, затем отвлекся на пару секунд. На заднем фоне слышались громкие голоса ведущих, значит, он был где-то в зале. — Не успел, наверное, но все равно. Ты ставки на сегодняшний поединок делал?
— Нет, — осторожно сказал я. — А что?
— Да просто слухи ходят, что Сорокин сегодня проиграет. Утром ставки обвалили, знаешь как.
— Слышал, что на американца все ставят.
— Вот-вот. Все вдруг на него ставку делают и это неспроста. Я узнавал, кто-то из наших, Наумовых, информацию раздобыл, что победа гарантировано будет у американца. И пока коэффициенты были высокими, наши много поставили на эту победу.
— Наши, кто?
— Да хотя бы те же Дашковы. Давид Карлович говорил про целое состояние. Я что звоню, ты с Сорокиным в хороших отношениях, поэтому хотел предупредить, чтобы не ставил на него. Мало ли. И хорошо что успел?
— Успел, — я рассмеялся. — Сам как?
— Не, я не азартный. Ставки — это зло.
— А Петр Сергеевич?
— Утром что-то ставил вроде.
— Спасибо, что предупредил.
— Не за что. Пока, — он первым повесил трубку.
— Вот так, — я улыбнулся, поймав взгляд Таси. — Дашковы болеют за Сорокина, а деньги ставят против него. Нехорошо. Десять тысяч поставил.
— Кто? — не поняла она.
— Не обращай внимания…
 
Мне стало интересно, кто же слил информацию о предстоящем поединке. Но предупреждать я никого не собирался. Ненавижу нечестную игру. Да и поздно предупреждать, участников уже объявляют. Один из ведущих, как это принято, рассказывал об американце, перечисляя его титулы и победы в карьере. Затем громко объявил, растягивая имя. Зал встретил чернокожего мастера одобрительными криками и гулом голосов. Тот появился в красном шелковом халате с капюшоном, изобразил пару боксерских ударов и зашагал к клетке. Вторым приглашали Максима, которого зал встретил с большей теплотой и поддержкой. Я отметил, что у бойцов отсутствовали перчатки и даже бинты на руках, к тому же оба решили драться босиком. В качестве рефери поединка выступил мастер от федерации, который и должен был следить, чтобы участники не нарушали правил и ограничивали силу, как бы странно это не звучало.
Начало поединка вышло скандальным. Максим протянул руку, чтобы поприветствовать соперника, но тот демонстративно отвернулся, словно и не заметил этот жест. Зал взорвался неодобрительным гулом, криками и свистом. Судья дал отмашку к бою, и татуированный негр бросился в атаку, собираясь задавить соперника грубой силой. Только как Макс и говорил, он был медленней. Для обычного человека его удары могли показаться быстрыми, но для мастера, умеющего входить в «режим», уклониться не составляло труда. Плохо, что клетка была маловата, и преимуществом в скорости особо не воспользуешься. Удары у Мясной машины были прямолинейны, короткие джебы и размашистые крюки. На одном из таких Макс его подловил, контратаковав точно в челюсть. И этот удар чернокожего потряс. Тот на секунду даже растерялся, чем воспользовался Максим, перейдя в яростную атаку. Затем случилось то, ради чего зрители пришли на это представление. Мастера в одно мгновение перешли в «режим», резко ускорившись. Начать первым означало потерять инициативу, но у чернокожего уже не было выбора. Размытым силуэтом он сместился назад, влипая в жесткую сетку. Макс не отстал, бросившись следом и сумел нанести три или даже четыре удара в голову. Последний удар я не разобрал, вроде бы он приложил его локтем. Голова чернокожего бойца дернулась, едва не оторвавшись и он грузно рухнул на настил, орошая его каплями крови из глубокого рассечения на скуле.
Судья бросился к бойцам и своим телом накрыл чернокожего, не давая Максу его добить. Замахал руками, показывая, что бой окончен и зал потонул в радостных криках. Понадобилось несколько секунд, чтобы на экранах под потолком показали замедленную съемку обмена ударами в «режиме». Сорокин умудрился нанести не четыре, а пять ударов, точно в нос, в скулу и не очень удачно попав в лоб. Было видно, что кулак мастера движется быстрее, чем капли пота и крови разлетаются в разные стороны. Зная, что драка будет проходить на повышенных скоростях, организаторы подготовились, установив несколько особых камер, не пропустивших ни одного удачного момента. Пока к побежденному выбежала группа врачей, показали повтор удара локтем. Красивый рубящий удар. Без подготовки я бы таким бить не стал. Немного не рассчитаешь силу и вывихнешь сустав, а может, и руку сломаешь.
— Хороший бой, — кивнул я улыбаясь.
Максу понадобилось меньше тридцати секунд, чтобы отправить противника в нокаут. Он действительно был талантливым мастером, умудрившимся освоить серьезную технику ближнего за такой короткий срок. Пусть освоил не до конца, но это ерунда. Зато следующий поединок закончится еще быстрее, может быть, одним ударом.
— Кузьма? — произнесла Тася с очень знакомой интонацией.
— А что, Кузьма? — не понял я, встрепенувшись. — Я ничего не делал, и вообще, они сами виноваты.
— Если ты в чем-то… Знаю я эту самодовольную улыбку, — она вздохнула. — Не вздумай никому ничего рассказывать, а если будут спрашивать, делай удивленное лицо, прямо как сейчас. Хорошо?
— Хорошо, — согласился я. — Вообще не понимаю о чем ты.