Доспех духа. Ноналогия (СИ)

— Усилители — это дрянь не новая, но привозят ее мизер. Уколешь такую и еще минут тридцать можешь внутренней силой пользоваться, даже после полного истощения. Как последний аргумент, если очень хочешь забрать на тот свет обидчика. Стимуляторы пользуются большим спросом у тех, кому здоровья не жалко. Кто-то говорит, им помогло с первой ступени перейти на вторую. Поверь мне, химии у них много, и то, что в МИБИ попадает, это верхушка айсберга. Я когда-то каламбур придумал, Ледяные Берги. А успокоители применяют, когда мастер так разошелся, что остановиться не может. Самовозгорается или молнией бьет всех в радиусе пары метров. Эти таблетки действуют как наркотики, вызывают эйфорию, галлюцинации и жуткую ломку на следующий день.
— А что стимуляторы, действительно помогают прорваться на следующий уровень?
— Здесь все сложно, но есть хороший пример. Один парень, двадцати пяти лет, очень хотел стать мастером, но к своим годам едва добрался до первого уровня эксперта. Поэтому он на стимуляторы подсел. За полгода прыгнул до третьей ступени, попутно заработав цирроз печени. Ну и все, вместо исполнения мечты купил билет на тот свет. Употреблять химию, чтобы стать сильнее — это как отрубить ноги, чтобы стать выше.
— Дурак, — согласился я. — И что, эту дрянь покупают, учитывая такие побочные эффекты?
— Обычно ее берут мастера на первой ступени. У них и здоровья больше и химию они используют аккуратно. А беда в том, что тот парень приходил в клинику Бергов и его оттуда не выгнали. Хотя следовало бы палкой гнать, чтобы неповадно было. Ведущий специалист ему курс стимуляторов составил, как положено, на основании тестов крови и совместимости с ингредиентами. Предупредили, что возможны побочные реакции, даже если соблюдать дозировку.
— Кто-то из знакомых? — догадался я.
— Сын одного военного, который после этого случая резонно невзлюбил семью Бергов. Нет, он не причастен к покушению. Хотя влип в это дело по самые уши. Он хотел найти способ отомстить фирме и на свою голову вышел на наших конкурентов, которые возят химию для черного рынка. Это они хотели тогда и хотят сейчас всеми силами избавиться от семьи Бергов.
— Так, чтобы я не потерял нить рассуждений, в чем заключается наша проблема?
— В том, что фирму крышует одно из силовых ведомств. И мы планируем сорвать большую сделку по поставке серой химии. Там будет два мастера, один от фирмы, второй — силовик, ну и мой друг, про которого рассказывал. Мы могли бы справиться сами, но решили, что поддержка сильного мастера лишней не будет. Так что ты очень вовремя вернулся, прямо идеально.
— Если твой друг затаил обиду на Бергов, то с чего бы ему помогать?
— Одно с другим не путай. Торговцы серой химией убивают гораздо больше молодых парней и девушек этой дрянью. И их надо остановить. Он это понимает и сам меня попросил помочь.
— Ты бы предупредил, я бы еще одного мастера нам в помощь взял. Дальнобойную артиллерию, в лице Джима Рагера.
— Сделка пройдет в черте города, поэтому все нужно сделать без шума и взрывов. Если товар и человек из силовых ведомств просто исчезнет, то они начнут шевелиться и мы сможем их вычислить.
— Хорошо. Я не все понял, но пусть будет так, как ты решил. Но перед любой операцией нужно разобрать все детали.
— Все расскажу, — он отключил аварийную сигнализацию, и мы поехали дальше. — Химия приезжает в большом грузовике, вместе с лекарствами на один из складов…
Пока мы ехали Василий рассказал, что объемы торговли нелегальной химией постоянно росли и приносили огромную прибыль. Силовые ведомства, которые должны были бороться с этой дрянью, напротив, позволяли бизнесу расширяться. При этом Бергам государство доставляло немало проблем многочисленными проверками и требованиями. Часто нужный груз просто задерживался на таможне под самыми разными предлогами. Наумовым приходилось подключать связи и тратить время, чтобы протолкнуть товар дальше.
Как я понял, Василий работал на семью Бергов и занимался как раз решением сложных проблем, в том числе и незаконной торговлей препаратами. Не знаю пока, что их связывало помимо бизнеса, но к Бергам он относился исключительно хорошо, а вот к химии — категорически отрицательно. Он давно занимался расследованием нелегального бизнеса и такими вот конкурентами, и благодаря старому ему повезло продвинуться так далеко. Только недавно он узнал, что упомянутый человек из силовых ведомств, носит имя Третьей Тени. И главная задача, которую Василий ставил перед собой — выйти на эту самую тень. Что касается операции, то она должна пройти на одном из складов, куда сегодня прибудет грузовик с товаром. Нужно только разобраться с двумя мастерами, не поднимая шум. Военный друг Василия обещал дать нам ровно минуту форы. Что он под этим подразумевал, я не до конца понял. Скорее всего, речь шла о какой-то технике, способной обездвижить противника на указанное время.
 
Минут через сорок мы миновали новостройки на юго-восточной границе города и свернули к промышленной зоне. Углубляться далеко не стали, остановившись у больших и темных ангаров. Несмотря на позднее время, в промзоне было довольно оживленно, особенно у дальних складов, работавших в полную силу. Пока мы выходили из машины, мимо проехало шесть фур в одну сторону и еще три в другую.
— А что там? — спросил я, показывая на терминал, куда причаливали грузовики.
— Продукты. Самое время, чтобы развести все по супермаркетам столицы. Днем везде пробки и не проехать, поэтому они работают по ночам. Это нам даже на руку.
Василий осмотрелся подозрительно, словно боялся вернуться и обнаружить ее без колес. Забрав с пассажирского сидения спортивную сумку, он показал в сторону прорехи в заборе, за которым едва просматривалась железная дорога. Небольшая пробежка по глубокому снегу вдоль железки вывела нас на пустую и темную дорогу. Василий неплохо ориентировался ночью, даже в отсутствии фонарей. В хитросплетении складов я бы потерялся уже через пять минут. Пару складов, где работали люди, мы осторожно обошли и в итоге добрались до высокого здания, больше напоминающего ангар. Этажа четыре навскидку и обледенелая пожарная лестница, по которой нам пришлось забираться на крышу. Здесь Василий немного заплутал, пока искал вход на склад. В итоге мы оказались на железной лестнице, перегороженной решеткой с огромным амбарным замком. Кто-то оставил замок не закрытым, поэтому мы легко прошли дальше, заняв удобную позицию над складом.
В огромном помещении было на удивление светло. В дальнем от нас конце располагалась площадка разгрузки, вдоль которой расставили пустые платформенные тележки и два электрических погрузчика. Рядом курит бригада грузчиков, что-то обсуждая. До нас долетали только неразборчивые обрывки слов. Ровно половина склада была заставлена сине-оранжевыми стеллажами, поднимающимися к потолку. Не знаю, что хранили в коробках, плотно замотанных скотчем, но их было много. И нам повезло, что стеллажи загородили лестницу, где мы притаились. Василий показал знаком, что надо подождать. Порывшись в сумке, вынул небольшой военный бинокль и протянул мне.
Ждать пришлось почти час. Удивляюсь, как много могут курить грузчики, когда у них нет работы. При этом один из них все время что-то увлеченно рассказывал, а другие благодарно слушали, коротая ночную смену. Даже появление нескольких охранников не отвлекло их от этого увлекательного занятия. Охранники неспешно прошли по складу и не думая забираться на крутую железную лестницу, где мы прятались. Василий неплохо скрывал силу и другому мастеру, чтобы почувствовать его, пришлось бы подойти почти вплотную. Я даже подумал, что он когда-то служил в разведке.
— Мой друг, — шепотом сказал Василий, когда двери на склад открылись, впуская мужчину в пуховике и вязаной шапке. Выглядел тот лет на пятьдесят, лицо хмурое, словно он не выспался как следует. Мужчина прошел вдоль погрузочной платформы, закурил. — Что-то не так. Это сигнал, что нужно уходить.
— В смысле? — не понял я.