Доспех духа. Ноналогия (СИ)
Утро следующего дня я чувствовал себя гораздо лучше, но неприятное внутреннее опустошение не отпускало. В этот момент ощущаешь себя беззащитным и слабым, хочется побыстрее втиснуться в непробиваемый панцирь, отгородиться от опасностей мира. Это что-то из разряда психологической потребности. Как зуд или ноющая боль, от которой нельзя избавится и все мысли крутятся только вокруг этого.
— Тася, — я прошел в гостиную из спальни, увидел на столе ее сотовый, — я твой телефон возьму, Алене позвонить?
— Бери, — ее голос раздался со стороны ванной. — Быстрый набор — ноль четыре.
— Хорошо, — я удобно устроился на диване, включая сотовый. Тася, кстати, никогда не ставила на телефоне блокировку экрана. У Алены, знаю, был сложный пароль, как и у всех знакомых девушек. Катя, так вообще, пользовалась отпечатком пальца, чтобы никто, кроме нее не смог получить доступ.
— Я сегодня на обед не успею прийти, — снова послышался голос Таси. — Не теряйте меня.
В трубке раздались длинные гудки, затем послышался немного сонный голос Алены.
— Да, Тася я слушаю.
— Алена привет, это Кузьма. Я хотел предупредить, что на зарядку не приду. Дома немного позанимаюсь, а потом сразу на тренировку в зал. Буду примерно к девяти часам. Если успеешь раньше меня, то предупреди всех, чтобы подождали. Могу немного задержаться.
— Предупрежу, — голос Алены прозвучал как-то необычно холодно. Секунду назад он был мягким, а сейчас резко похолодел.
Я убрал трубку от уха, посмотрел вопросительно, словно надеясь увидеть лицо Алены на экране.
— Ты чего, обиделась?.. — спросил было я, но услышал короткие гудки. — Трубку положила…
— Убежала, — в гостиную вошла Тася, забрала телефон, убрав его в карман.
— А что с Аленой? — спросил я.
— А что с ней? — Тася на секунду остановилась в проходе коридора.
— Мне показалось, она на меня обиделась.
— С чего бы это, — Тася улыбнулась, помахала ручкой и умчалась.
— Действительно, — задумчиво протянул я. — Странно…
Скрестив ноги, я сосредоточился, создавая во внутреннем море водоворот. Получалось не очень. То ли силы еще не восстановились, то ли мысли посторонние мешали, но за полтора часа я почти не продвинулся. Извелся только, пытаясь поудобнее устроиться на мягком диване, но что-то постоянно мешало и отвлекало. В итоге плюнув на все, отправился на тренировку. Зашел по пути в комнату сестер Юй, но не застал.
— Могли бы предупредить, — проворчал я.
К моему и без этого хмурому настроению прибавилось пасмурное морозное утро. Зима скоро закончится, а погода и не думала проясняться. За все время я застал только один солнечный день, как раз перед снегопадами. А эта постоянная серая хмарь и холод только усиливают раздражение. Захотелось все бросить и уехать куда-нибудь, где тепло и солнечно.
— Кузьма Федорович! — отвлек меня от грустных мыслей взволнованный голос.
Со стороны центральной аллеи к входу в общежитие спешил мужчина лет тридцати. Что примечательно в простом пальто и без шапки. Светлые непослушные волосы всклокочены, красные от мороза уши и нос. Показалось, что головной убор он где-то потерял. А еще сложно было сказать, мастер он или нет. В нем чувствовалась сила, но очень слабая, еще не до конца сформировавшаяся.
— Я Вас сразу узнал, как увидел! — он подбежал, нацелился чтобы схватить мою руку. Я немного опередил его, протянув навстречу и он яростно затряс моей ладонью. — Вы точно такой, как в телевизоре, как в видео из интернета, только внушительней и сильнее.
Глаза у него были светло-голубые, а от обилия слепящего снега вокруг зрачки стали совсем маленькими. Необычная картина и немного отталкивающая. А еще лицо, совсем не мужественное, больше подходящее беспечному юноше.
— Новое поколение, новая сила! — выдал он, переходя на яростный шепот, крепче сжимая мою руку. Его словно распирало и требовалось выговориться, чтобы не лопнуть от переполняющих эмоций. — Империя снова возродится, станет сильной, заставит считаться с ее интересами. Мы отберем все, что отдали бесхребетные императоры…
— Ты что, пьян? — спросил я, выдергивая руку.
— Нет, я как никогда трезв! — он улыбнулся и снова перешел на громкий шепот, как будто опасаясь, что его могут подслушать. — Сила, они только с ней могут считаться. Ее почитают, ей поклоняются! Школьник, студент, продавец в магазине, адвокат, полицейский, избивающий несчастного гражданина. Только сила может вести за собой, прокладывая путь. Вы! Вы мой учитель, наставник, мой гуру!
— Так, — протянул я, чувствуя, что либо у меня едет крыша, либо этот товарищ сильно не в себе. — Какая сила? Какой гуру? Ты, вообще, кто?
— Я? — он даже удивился такому вопросу. Выпрямился, внимательно посмотрев на меня. — Сейчас скажу кто я. Мудрец в панцире черепахи, высунувший голову в большой мир и прозревший. Сосуд, в котором томится идея, мысль и понимание!
— Видать, в желтом доме сегодня забыли запереть двери.
— Я не сумасшедший, отнюдь. Это раньше я был глупцом, неповоротливым бревном, плывущим вместе со всеми по реке, толкаясь и выбрасывая соперников на берег.
— А еще ты мастер странных аналогий. Пойдем, — я зашагал к центральной аллее института.
— Выслушайте! Я прошу лишь, выслушайте, — торопливо говорил он. — «Укрепление тела» — учение не про защиту, а про нападение. Кому, как не вам знать об этом. Беспрецедентное умение убивать одаренных. А значит, получать власть над ними. Стоит Вам только подняться на ступень Великого мастера и весь мир ощутит этот страх в полной мере. Школы! Нужно открыть как можно больше школ, чтобы подготовить армию последователей, открыть им истину силы и мир изменится. Россия изменится. Погрязшая в коррупции, мздоимстве, низости, подлости, жадности. Новая сила станет опорой Российской Империи. Великой, как при Иване Четвертом, решительной, как при Петре.
Так как я шагал довольно быстро, он иногда переходил на бег, чтобы поспевать.
— Сторонники, к нам примкнут все те, кто разделяет стремление России к величию. Их много, очень много. Даже если кто-то еще не осознал и не понял, как только они увидят пример, они последуют за нами. За лидером, за нашим богом, за Вами.
Мы свернули к дорожке, ведущей к выходу из МИБИ.
— Ваша дружба с будущим императором — это огромное преимущество перед теми, кто защищает старый режим и все то зло и мусор, что копится по темным углам придворной жизни. У Вас будет клан, великий, даже княжеские рода не сравнятся с ним. Не сразу, конечно, нужно время. Но именно время играет нам на руку.
Хотелось развернуться и отвесить ему оплеуху, чтобы привести в чувства, но я сдержался. Мы уже подходили к будке, где дежурил мастер из охраны. Я пару раз громко постучал в дверь. Дверь открыл знакомый подполковник, которого я встречал во время посещения дворца в Москве.
— Доброе утро, — сказал я, взял наконец-то замолкшего странного типа за плечо, подтягивая вперед.
— Здравствуйте, Кузьма Федорович, — кивнул мастер, узнав меня.
— Узнайте, пожалуйста, кто этот городской сумасшедший и кто его пустил на территорию МИБИ. Последнего — накажите, потому что он превращает закрытую территорию в проходной двор для опасных типов вроде этого.
Отпустив плечо странного типа, я повернулся и зашагал к учебным корпусам.
— Кузьма Федорович! — крикнул сумасшедший мне вслед. — Вы поймете, обязательно поймете меня. Признаете, что я прав! Главное, чтобы это не случилось слишком поздно…
— Придурок, — зло фыркнул я. Мне и раньше встречались сумасшедшие, но такие — впервые. Как он говорил, жарким и восторженным шепотом, меня даже передернуло. Пересеклись всего на пять минут, а из колеи он меня выбил на весь день.
Группа иностранных студентов, дожидаясь меня в спортзале, разминалась, разгоняя кинетическое поле и переходя к доспеху духа. Началось занятие, как всегда, с построения. Я посмотрел на Катю и Алену, расположившихся у левой стены. Причем сидели они друг друга не замечая. Алена, поймав мой взгляд, демонстративно отвернулась, а вот Катя, наоборот, улыбнулась и приветливо помахала рукой. От иностранцев такое поведение моей ученицы не укрылось. Как и мой вздох.