Доспех духа. Ноналогия (СИ)

— Слушай, Кузя, — Тася отпустила силу, и давление вокруг несколько спало, — мне страшно.
— Ага, мне тоже, — отозвался я, не спеша убирать защиту. — Этот китаец — уровня Бэра Пойзона.
— Того англичанина, со смешными усиками?
— Бэр в меня танк бросил. И не просто кинул, а метнул с такой силой, что я только чудом увернулся.
— Про танк ты уже говорил.
— А еще он мне ногу сломал, руку в двух местах и три ребра, одно из которых острым обломком наружу торчало. Пошутил бы, что в тот момент находился одной ногой в могиле, но это было бы преуменьшением. Меня уже закапывали, но я решил подать признаки жизни.
— И в прошлый раз травм было меньше, — напомнила она.
— Тебе всю правду рассказать? Видела же шрамы.
— А, так это все Бэр оставил? — удивилась она.
— Нет, Дед Мороз на Новый год подарил, — проворчал я.
Мы вот так беседовали только по одной причине. С мыслями собирались и пытались понять, что делать. Да и не так страшно, когда разговариваешь.
— Может, пора отсюда уезжать? — подала дельную мысль Тася. — Василий Иванович полный бак уже наверняка заправил.
— А завтра напишут во всех европейских газетах, что это мы их тут голыми руками прибили. Там же камеры кругом.
— Тем более, — она подтолкнула меня в спину.
По лестнице мы спускались осторожно. Из всех мастеров нашли только нижнюю половину одного из них. На стоянке и заправочной станции было на удивление тихо. Никого не беспокоило, что в смотровую площадку молния ударила. Какая-то группа туристов выходила из магазина с пакетами, шумно что-то обсуждая. Я услышал английскую речь и что-то про предстоящий турнир и студентов. Они ехали на микроавтобусе как раз в сторону Барселоны. Представляю, что будет, когда завтра на лестнице трупы найдут.
Делая как можно более беспечный вид, мы зашли в магазин, чтобы купить минеральной воды и конфет. Взяли дорожную карту Франции и неспешно поехали в сторону Тулузы. Заснуть только долго не могли. Даже когда встали на стоянку недалеко от города, почти до утра сидели в гостиной, разговаривая на отвлеченные темы. Только когда уже начало светать, сморило. Первой уснула Алена, удобно устроившись на диванчике. А затем уже и мы с Тасей уединились в спальне, задернув плотные шторы, чтобы рассвет не мешал.
Проснулся я часам к трем дня, почувствовав запах еды. С трудом продрал глаза, сел. Пару минут смотрел на щель в шторах, любуясь серостью январского дня. Потянулся за сотовым телефоном. Шестьдесят два пропущенных звонка и двадцать одно сообщение. Я уж подумал, что случилось что-то, но среди звонивших не было мамы или брата, поэтому успокоился. Начал с сообщений. От Мартины пришло одно, поздно ночью, на английском: «Call me». Остальные от братьев Наумовых и мастера Корицкого, отвечающего за группу МИБИ на студенческой конференции. Мастер Корицкий спрашивал, когда меня ждать, предупреждая, что я могу опоздать на регистрацию. Написал короткое письмо, что у меня все хорошо, я в Тулузе и направляюсь домой, так как со студенческого праздника меня благополучно выгнали. Выбрал всех, кто беспокоился и нажал кнопку: «отправить». Подумал, что не увидел сообщение от человека генерала Руднева. Полистал журнал пропущенных звонков.
— Странно, — протянул я.
— Что странно? — в спальню заглянула Тася.
— Пропущенных звонков всего шестьдесят. Думал, будет больше.
— Это все потому, что твоя супруга уже обо всем позаботилась.
— Да? — я недоверчиво посмотрел на нее.
— В том смысле, что успела всех успокоить. Сначала позвонила Анне Юрьевне, затем Петру Сергеевичу и Геннадию Сергеевичу. Все в курсе произошедших недоразумений и сейчас решают эту проблему.
— Ничего себе, недоразумение. Нас вчера едва не прикопали на холмике. Если бы не китаец, сегодня и холма бы уже не было.
— Однако, соглашусь, — она начала закрывать дверь, но остановилась в самом конце. — Одевайся и приходи обедать.
«Женщины», — вздохнул я.
Я успел одеться, умыться и выйти в гостиную в тот момент, когда заканчивали накрывать на стол. Со стороны водительской двери раздался очень специфический звук дверного звонка. Я вопросительно посмотрел на присутствующих. Остановил Василия, решив открыть дверь лично. В гости к нам заглянула пара жандармов в форме и один гражданский тип. Полицейский заговорил на французском, увидел непонимание в моих глазах, перешел на английский.
 
— Месье Матчин? — спросил он. — В базе числится автобус с этими номерами, принадлежащий ему.
— Все верно, — я не видел причин отпираться. Спустился, прикрыл дверь.
— Разрешите проверить Ваши документы? Можете не показывать, это просто стандартная процедура.
Я протянул ему международный пластиковый паспорт мастера.
— Спасибо за сотрудничество, — он внимательно прочитал данные, вернул документы обратно. — Вы вчера пересекали границу Испании и Франции по трассе А9?
— Пересекал. Заправлялся на развязке у платной дороги.
— Заметили что-нибудь необычно?
— Заметил. Группу мастеров, приехавших со стороны Испании. Они что-то не поделили с амбалом, — я поднял руку повыше, показывая рост, а затем ширину плеч. — У этого здоровяка был огромный двуручный меч, больше напоминавший шпалу. Я бы с таким ссориться не стал.
— Чем закончилась ссора? — спросил жандарм, достал небольшой блокнот и карандаш и принялся что-то писать.
— Понятия не имею. Мы уехали раньше.
— Вы хорошо запомнили этого… амбала?
— Нет. Ночь на дворе была. Но он довольно сильный мастер с низким очень грубым голосом.
— Он был рыжим? — спросил мужчина в гражданском костюме.
— Возможно, — я пожал плечами. — Да, похоже на то. Одет в черные штаны и черную куртку. Из особых примет — меч в его рост и в ладонь шириной. Он их этим мечом в соломку покрошил?
— Да, произошло убийство, — ответил мужчина.
— Ну, к тому все и шло, — я повторил жест, пожав плечами. — Что-нибудь еще?
— О чем они спорили, вы не запомнили?
— Я не говорю ни на испанском, ни на французском. Понятия не имею, что они не поделили.
— Последний вопрос, Вы планируете оставаться в Тулузе?
— Сегодня да. Завтра поедем на северо-восток к Лиону, а потом в Швейцарию.
— Если вспомните что-нибудь важное, — он протянул визитную карточку, — сообщите по этому номеру.
— Хорошо.
Не прощаясь, жандармы направились к выходу со стоянки. Я посмотрел на визитку: «Адриен Бонне, Капитан». Рядом подпись на французском: «Национальная жандармерия», и номер телефона.
— Что хотела полиция? — спросила Тася, когда я вернулся в автобус.
— Спрашивала, не видели ли мы что-нибудь странное вчера вечером, — я сел за стол. — И уточняла, куда мы поедем дальше.
— Кстати, какие у нас планы?
— Думаю заглянуть в город Лион. Читал в интернете, что там есть на что посмотреть.
— Студенческая конференция тебя уже не интересует? — она приподняла бровь. — Ты же говорил, тебя там очень ждут.
— Передумал. Мы им неприятны, они нас прогнали.
— Мне показалось, что Наумовы пообещали все утрясти. Ну не хочешь и не хочешь, — отозвалась она, пододвигая ко мне тарелку и хлеб. — Напишу Геннадию Сергеевичу, что ты обиделся.
— Добавь, что я планировал поделиться со всем миром особой техникой укрепления тела, — посоветовал я, принявшись за обед. Сегодня он был в любимом стиле Таси, больше разноцветных овощей и котлеты из белого мяса на пару́. — Пусть они на этой конференции активней бегают, от осознания, какой великий дар профукали. Я не злобный, но мне будет приятно.
— А ты планировал? — заинтересовалась она.
— Планировал. Чтобы отстали, наконец. Техника Кошачьих лапок, название сам придумал.
— В названии-то я не сомневалась ни минуты, но думала, очередная утка в интернете закрякала.
— М? — не отрываясь от обеда, поинтересовался я.
— На сайте торгового дома Драко появилась информация, что некий мастер по имени Матчин, планирует продать уникальную технику на предстоящем аукционе в Мадриде. Что-то для развития одаренных уровня эксперта.