Доспех духа. Ноналогия (СИ)
— Рассаживайтесь, — я жестом показал на пол. — Начнем тогда заново. Не хотите учиться, будем топтаться на месте. Мне все равно.
— Мы тренировались, — сказал Кристофер, добавляя в голос нотку позитива. — Сложное очень умение.
— Там, — я показал на дверь, — все просто и понятно. И результаты соответствующие. А здесь все по-другому. Как у взрослых. Если не получается, значит либо недостаточно усилий прикладываете, либо это просто не ваше. Это Алену я могу направить, держа за руку, провести через все сложности, расширить границы. Потому что готов тратить на нее свое время. А вы должны дойти до всего сами.
— Парная культивация, — немного оживился Морока. — Мы слышали. Вы же нас научите, это не секретная семейная техника?
Я чуть дар речи не потерял, не зная, то ли матом крыть, то ли спросить от кого он подобное услышал.
— Вот как нормальный одаренный может до подобной чуши додуматься? Какая парная культивация? Кто тебе такое сказал?
— В институтском сообществе пишут про это, — ответил он. Вынул из кармана телефон, принялся листать сообщения. Мне тоже стало интересно, поэтому я ждал. — Ага, здесь.
Он протянул телефон. На экране был открыт чат. Тема насчитывала почти семь тысяч ответов и называлась: «Парная культивация». Денис выбрал сообщение какой-то девушки: «Точно говорю, все сходится. Я лично видела. Они с Соломиной запирались в классе и оттуда стоны были слышны. А потом она внезапно на соревнованиях ногами вперед всех вынесла. То в третьем бою сливалась, а то прошла через всю элиту института, заканчивая бой одним ударом. Такого не бывает! Отец говорит, он книжку китайскую видел, где такой способ тренировки описывается». Ниже кто-то из парней поставил смеющиеся смайлики и подпись, что он бы с автором поста парной культивацией позанимался. Она же ответила, что, если он секрет техники знает, пусть приходит.
— Это ж сколько идиотов набралось, — удивленно произнес я, протянул телефон Алене. — Ты читала?
Она пробежала глазами по тексту, задумалась, пожала плечами и вернула телефон Мороке. Я только сейчас обратил внимание, что пары из разных стран состояли из парня и девушки. «Нет, нет, вряд ли бы из-за подобной чуши, — подумал я. — Их кураторы же не дураки».
— Не верьте, — подытожил я. — Пусть недалекие студенты думают что хотят. Без упорных тренировок и таланта никакая парная культивация не поможет стать сильным. Если кто-то придумает, как совместить приятное с полезным, сам буду в первых рядах на раздачу. Давайте тренироваться. Так, что у нас было? А, точно, первый шаг к укреплению тела через развитие доспеха духа. Давай, Кристофер, показывай, что освоил и что не получается…
Несмотря на утренние неприятности, оставшийся день прошел тихо и без спешки. Как и следующий. Я все еще пытался восстановиться, замечая, что после пары истощений процесс движется существенно быстрее. Вернулось старое чувство, когда тебя переполняют силы и начинаешь думать, куда бы их выплеснуть. Физические упражнения не помогают, а усталость делает это чувство невыносимым. Помню, маялся в старшей школе, ломал мебель и ручки на дверях простым прикосновением. Мама говорила, что так всегда происходит, когда тело пытается подстроиться под силу мастера. Только началось это как-то неожиданно рано.
Сидя на диване в комнате, листал одинаковые тетрадки с ровными и не очень строчками. Можно сказать, утолял любопытство, так как ничего особого не видел. Денис и Тамара ни к какому роду не принадлежали, выходит, работали на военных. Занимались самбо и боксом, писали о стрелковой подготовке. Зачем, спрашивается, они про умение палить из любого оружия упоминали? Испанцы относились к радикальному и очень воинственному клану. Хотя в Каталонии всего было два клана и друг от друга они практически не отличались. Одинаково не любили Испанию, занимались контрабандой оружия и всего, что пользовалось спросом в Южной и Северной Америке. Арабы выходили из знатного рода шейхов, но это ни о чем не говорило, так как таких родов у них пара десятков. Все знатные, все друг друга люто ненавидят. Но деньги у них водятся и детей они могут отправить учиться в любую точку мира. Корейцы удивили. Точнее, парень, Юн Хонг, оказавшийся сыном Юн Сони. Подруга Индры носила имя Лина и ту же самую трудно произносимую фамилию, что и у парня. Может сестра, надо будет уточнить.
— Кузя, привет, — в комнату вошла Таисия, подошла, чмокнула в щеку. — Как прошел день? И почему входную дверь не запираешь?
— День прошел… обычно, — оторвавшись от тетради, ответил я. — А насчет двери, то это для сестер Юй. Они обещали подать ужин через полчаса. Днем все уши прожужжали, что в столовой плохо готовят.
— Да, слышала запах еды на лестнице, — сказала она из спальни. — Еще подумала, что кто-то до нашей кухни добрался. Кстати, ты слышал, что говорят в институте?
— Смотря о чем ты. Неужто заметили, что у меня появились слуги?
Пару минут слышался шорох одежды, затем Тася вышла, упала рядом со мной на диван.
— Знаешь, Кузьма, я так и не поняла, зачем тебе это. Какой-то бессмысленный, но наверняка коварный план, который должен вызвать у кого-то изжогу, так?
— Все так. Я за их обучение возьмусь, чтобы они любого благородного студента за пояс заткнули. Пусть от изжоги страдают.
— Это ты про свою новую группу или про всех? — она посмотрела на меня, вздохнула. — Ты как маленький.
— Это многоуровневый, долгоиграющий план. Потом будешь мной гордиться.
— Уже горжусь. А вот студенты обсуждают на своих закрытых форумах, что ты сбежал с войны. Говорят, испугался и тому подобное. Сегодня у меня на занятиях об этом спрашивали. Представляешь?
— Надеюсь, эти негодяи еще живы? Чтобы лично с ними успел поквитаться, — я рассмеялся, взял ее ладонь. — И что ты им ответила?
— Сказала, что ты не мог сбежать, так как по закону тебя там вообще не должно было быть. Многие удивились.
— Ай, — я отмахнулся. — Завтра придумают для себя какое-нибудь оправдание, что я или сам напросился, а потом сбежал, или меня долго уговаривали и все в том же духе. Это лавина, которую так просто не остановить. Нужны кардинальные меры.
— Деканат эти меры уже принимает. Сегодня трех студентов отчислили, за то, что слухи про тебя распространяли. Я своих предупредила, а там пусть думают.
— Всех не отчислят. Да и меры эти глупые. Мне кажется, так только хуже будет.
— Как посмотреть. Для многих учеба здесь это отличный шанс завести нужные связи, попасть в богатый род. А для благородных это как обязательная ступень. Чтобы потом за спиной не говорили, что он мастером не стал, только потому, что учиться не захотел.
— Если они нашли в себе мужество ссориться со знатным родом, то отчисление им не страшно. Меня все это совсем не интересует и не напрягает. Я думаю о том, что сейчас творится на островах, — нахмурился я. — В новостях говорят, что с двух островов Японцев выдавили в океан, там потопили корабли, здесь разбомбили аэродром. Одни успехи кругом. А число погибших не объявляют. Осташкову позвонить?..
— Зря переживаешь, — она полезла обниматься. — Мне знакомая звонила, говорит, что мастеров на восток отправлять не спешат. Войска не усиливают. Одно из двух, либо сдаются, либо побеждают. И в том и в другом случае потерь не должно быть много. Но, чтобы тебе спокойней было, я завтра позвоню кое-кому, уточню кое-что, — она рассмеялась тому, как прозвучали слова.
— Ты не распаляйся, — я поймал ее руки, стягивающие с меня рубашку. — Сейчас сестры Юй придут и застукают нас за парной культивацией.
— За какой культивацией? — не поняла она.
— Ты еще не слышала? — я рассмеялся. — Это вообще нечто…
Глава 13
Четвертого ноября в Москве пошел снег. За окном спальни кто-то додумался установить большой термометр с крупной каплей красной ртути. Я вставал часа в три ночи, Тася разбудила, на улице показывало почти пятнадцать градусов мороза. От окна заметно тянуло холодом, но тяжелые чугунные батареи справлялись и в комнате было довольно тепло, я бы даже сказал, жарко. Тася говорила, что в прошлом году в этот день была плюсовая температура, а снег начался только к концу месяца. Там, где мы жили в Японии, снег тоже сыпал, правда таял через пару часов.