Караул под «ёлочкой»
- Ну, в общих чертах... - Ахмад неопределенно пожал плечами. Он привык жить сегодняшним днем и его никогда не интересовали переменчивые ветры в высоких политических сферах. - Только причем здесь наше дело?
- Ты не понимаешь? - кустистые седые брови Махтари удивленно взлетели вверх. - К середине февраля следующего года войска шурави уйдут из Афганистана, Ахмад. Я не уверен, что без их поддержки Наджибулла удержит власть...
- Но у нас есть отряды цорандоя, есть армия, -робко возразил Ахмад. В его голосе послышались растерянные нотки. - Кроме того, если русские уйдут из Афганистана, Штаты и Европа наверняка тоже уменьшат помощь оппозиции...
- Неужели ты думаешь, что Вашингтон и его европейские прихвостни когда-нибудь согласятся с существованием нашего режима? - проворчал министр и скептически ухмыльнулся. - Но даже если власть в стране удастся удержать, наше с тобой дело все равно придется сворачивать. Друзья из советской армейской группировки окажутся по ту сторону границы. Мы больше не сможем получать оружие для перепродажи...
- Наверняка останутся советские военные советники, - было заметно, что прежняя уверенность оставила Ахмада. Как утопающий, который хватается за последнюю соломинку, он лихорадочно пытался отыскать хоть какой-нибудь выход из складывающейся не в его пользу ситуации. - Можно будет попробовать договориться с ними...
- Новые люди - это всегда новые проблемы, -Махтари устало взмахнул рукой. - И новые затраты... Ты прав, кого нужно из шурави мы бы, конечно, заинтересовали... Но дело еще и в том, дорогой мой Ахмад, что по московскому соглашению Горбачева и Наджибуллы поставки советского вооружения в Афганистан сократятся почти в три раза.
- Ого! - Ахмад ошарашено присвистнул. - Так мы ничего уже не сможем вытащить!
- Вот именно, что не сможем, - озабоченно пожевав губами, подтвердил Махтари. - Более того, окажется под угрозой и второй цикл нашего дела, Ахмад. Порошок, который мы покупаем на вырученные за оружие деньги, теперь не будет без препятствий попадать к нашим таджикским и узбекским друзьям. Количество военных авиарейсов после вывода войск шурави резко сократится. А обычные гражданские рейсы контролируются и пограничниками, и таможней. Твои парни когда-нибудь имели дело с советской таможней, Ахмад?
- Нужно что-то делать, уважаемый Махтари, -Нарханг пропустил язвительную реплику собеседника мимо ушей и упрямо тряхнул стриженой головой. -Должен же быть какой-то выход!
- Выход, выход, выход, - Шах Нур Махтари нервно забарабанил пальцами по столешнице, а потом раздраженно хлопнул ладонью по папке с оперативными сводками на краю стола. В последние несколько недель папка стала непомерно раздуваться от ежедневно поступающих новостей. Как правило, плохих. - Если не будет никаких изменений в существующей схеме переброски товара и его оплате - вот лучший выход.
- Все изменения в наших отношениях с шурави идут от Горбачева, помолчав, заметил Ахмад. - Если не будет Горбачева, не будет и изменений.
- Ты предлагаешь... - чиновник несколько секунд, не скрывая изумления, смотрел на Нарханга, а потом захохотал:
- Ты не в своем уме, Ахмад!
- Горбачев не нравится и самим шурави. Я знаю многих, кто недоволен им в армии и среди партийных работников, - Нарханг, казалось, не заметил насмешки хозяина кабинета и упрямо гнул свою линию. - Если его удастся ликвидировать...
- Хватит! - Шах Нур Махтари остановил его властным жестом. - Я реалист, Ахмад, а не фантазер. Нет, убрать Горбачева не в наших силах. Вынудить шурави отказаться от вывода своих войск и сорвать всю эту затею с переговорами - вот что нам нужно сделать!
- Русские откажутся выводить войска, если ситуация в Афганистане резко ухудшится, - размышляя вслух, Нарханг наморщил лоб. - Если, например, Раббани наплюет на договоренности, и отряды исламистов начнут новое наступление на Кабул...
- Раббани не пойдет на срыв соглашений, - Махтари покачал головой. - Ему выгодно, чтобы шурави ушли из страны. Тогда ситуация резко изменится в пользу оппозиции. Это во-первых. Во-вторых, советское руководство начало стратегическую игру с Рейганом. Чтобы заставить Штаты отказаться от программы «звездных войн», Горбачев может пойти на любые политические жертвы. И Наджибулла, и Афганистан только разменные монеты в торговле Советов с Америкой... Это как турецкий гамбит в шахматах: жертвуешь одну фигуру, чтобы выиграть всю партию.
- Значит, им наплевать на судьбу Афганистана? -на щеках Нарханга вспыхнул гневный румянец. - А если исламисты перейдут границу и начнут войну на территории шурави? Одна - две диверсии где-нибудь в советской Средней Азии могут резко изменить положение... И зачем нам ждать, когда на это решатся исламисты? Мы можем поручить провести такие акции нашим людям. Естественно, никак не афишируя, что это наши люди...
- Гм, в целом предложение неплохое, - Шах Нур Махтари устремил задумчивый взгляд в окно. Порывистый весенний ветер кружил пыль и мелкий мусор над центром Кабула. - Хотя и не бесспорное...
- Если, например, взорвать что-нибудь в самом центре Москвы, скороговоркой продолжал Нарханг, увлекшись собственной идеей. - Или устроить шурави какой-нибудь новый Чернобыль...
- Нет, это не годится, - решительно возразил министр. - Слишком чувствительный удар только ухудшит общую политическую ситуацию. Я не исключаю возможность, что в этом случае русские могут вообще ускорить вывод своих войск... Нет, нет, удар должен повлечь минимум жертв, но быть очень чувствительным в политическом плане. Нам нужна громкая политическая пощечина Горбачеву. Удар в такой области, где Советы гордятся своими успехами...
- Гордятся своими успехами? - переспросил Нарханг и лукаво прищурился. - Уважаемый Махтари, кажется, этим летом афганец должен полететь в космос на советском космическом корабле?
- Да, где-то в конце августа. Только причем здесь этот полет? Хотя... Погоди-ка... - глаза Махтари удивленно округлились. - Так ты предлагаешь...
- Именно это я и предлагаю, - Нарханг весело засмеялся, довольный тем, какое впечатление его слова произвели на хозяина кабинета. - Если космического полета не будет... Вот, например, если ракета взорвется еще на старте вместе с русскими и афганским космонавтами, это будет двойная пощечина - и Горбачеву, и Наджибулле. Считайте меня идиотом, если после этого вывод советских частей не будет остановлен...
- Если бы ракета взорвалась... - губы Махтари тронула мечтательная улыбка. - Я бы первым поднял на заседании политбюро вопрос о продлении срока пребывания на нашей территории войск шурави... Молодец, Ахмад, какой ты молодец!
Чиновник окинул собеседника восторженным взглядом.
- Если чего-то ждешь, а это не происходит, нужно помочь ему произойти, - философски заметил Нарханг и пожал плечами. - Идею этой операции можно подкинуть нашей оппозиции... Кого выберем: Исламскую партию, клан Моджаддади, ваэзов? Или может быть, исмаилитов из общины Кияни?
- Ни в коем случае! - министр вскочил на ноги и нервно заходил по кабинету. - Диверсионная группа должна быть оппозиционной, но контролироваться нами по неформальным каналам. У тебя есть кто-нибудь на примете?
Махтари остановился около окна и прикрыл распахнувшуюся от порыва ветра форточку:
- Нас вполне устроит какой-нибудь из небольших отрядов сопротивления...
- Самый страшный враг - это бывший друг, -Нарханг усмехнулся, показав ровные белые зубы. - Что вы скажете о группе «Шолее джавид» Калакани, уважаемый Махтари? Они всегда ориентировались на Пекин и в свое время вышли из фракции «Хальк» НДПА...
- Калакани? - Шах Нур Махтари воззрился на собеседника с недоумением. - Но его ведь казнили еще лет восемь назад...
- Да, сам Калакани был расстрелян, - Ахмад наклонил голову в знак согласия, - Тогда же были разгромлены и все крупные военные формирования «Шолее джавид». Разгромлены, кстати, с участием советских войск... Но небольшие группы нам удалось сохранить...