Бастион: поступление (СИ)
– Про номер вспомнил. Ну, – продолжаю я, – это безусловно приятно, такое обращение… просто необычно и неожиданно.
Вероника прыснула смехом и отвечает:
– Сейчас ещё всё успокоилось, раньше-то с родителями везде была – невыносимо! Узнают, кланяются, множество знакомых и пожеланий, каждый обязательно выскажет с десяток восхищённых эпитетов в мой адрес. Сплошное беспокойство…
– Понимаю, в Бастионе почти так же, – улыбаюсь я шуточным сетованиям.
– Но там я всё же отдыхаю, просто глоток воздуха какой-то, – возведя очи к небу, рассказала девушка.
Идём по дороге к вокзалу, еловый аромат чарует и провожает. Скамейки, парковые дорожки и декоративные светильники – образ атмосферы вечерних прогулок, он навсегда останется в памяти, с удовольствием скольжу по ним взглядом. На асфальте много сухих иголок, особенно ближе к бордюру.
Решил озвучить забредшую мысль:
– Почему же ты не отказалась от председательства, там ведь тоже сплошь беспокойство?
– Ты мастер вопросы задавать, – отвечает она, бросая ещё взгляд, но уже с огоньком. – Да и говорила, кажется, раньше – это интересно, важно и необходимо. Сейчас, после отдыха, чувство особенно сильно – хочу делать, творить, создавать.
Смотрю с восхищением во взгляде и показываю большой палец вверх, ведь прекрасно понимаю председателя, аж руки чешутся взяться за дела.
Мы почти подошли, почти не заметив расстояния, к станции уже режет воздух стрела состава. Яркой звездой сверкает носовая часть и это не утреннее солнце, в вокзальной суете не получается обсудить явление, оставляю вопросы на потом. Покидают Живицу не все участники Комиссии, во всяком случае на этом рейсе, всего около двадцати, остальные пассажиры – отдыхающие. Лица счастливые, подтянутые и даже те, чей возраст принято называть почтенным – выглядят бодро и молодо, сказывается целебная сила санатория.
На сей раз, оставшиеся два места оказываются занятыми – напротив сидит пара из старшей школы “Росток”, Карл и Лидия. Мы знакомы, хотя и не беседовали: темноволосый, с обычной стрижкой, коренастый парень занимает чин председателя, Лидия же из ученического совета – приятной наружности, светловолоса. Над губой справа – маленькая родинка, глаза цвета серой глины при небольшом аккуратном носе.
Взгляд Карла естественно суров, как и грубоватое лицо, но нрав добрый:
– Рад встречи здесь. Очень приятно познакомиться.
Мы отвечаем взаимностью.
– Знаете, – продолжает, – я сначала тоже хотел в Бастион поступать. Отец убедил всё же в Росток, сам-то его закончил.
– Это достойный выбор, – одобряет Вероника.
– Спасибо. Ну, Матус уже поведал о причинах выбора, а ты почему? – спросил он Веронику.
– Это моё решение, – спокойно пояснила она, – впрочем, интересам отца не противоречащее. Ты же второкурсник?
– Ага.
– А я на первом, – вступает Лидия.
– И я, – подключаюсь.
– Может расскажем кто в какие клубы вступил? – спросила Лидия.
Мы улыбнулись её предложению.
– С председательством совсем нет времени, – высказалась Вероника.
Отвечаю после:
– Я пока не определился, но скоро собираюсь.
– Ой, скорей надо, – оживлённо комментирует Лидия. – Мне сразу приглянулся волейбольный – очень люблю в него играть. А Карл тоже пока никуда не вступил, но я почти уговорила к нам.
– Это да, вот поистине “почти” и решусь, – парень широко улыбается.
– Бросай думать и пошли. Тем более, мы сможем больше проводить времени вместе, – раскраснелась собеседница.
Карл аж поперхнулся, тоже впадая в смущение.
– О, так вы пара не только по Комиссии? – удивлённо переспрашивает мой председатель.
– С недавнего времени да, – серьёзность ненадолго вернулась на лицо Карла.
Его девушка добавляет:
– Пришлось повоевать за сердце этого сверх популярного парня в Ростке.
От добродушной бесцеремонности Лидии мы грохнули смеяться. Стоило чуть успокоиться, как она продолжает:
– Ну, вы же тоже?
Это был коварный, хоть и не специально, вопрос, ощущения такие, будто уши сейчас заполыхают, взгляд тут же умчался прочь, в окно. Вероника наверняка ощущает схожие чувства и с большим усилием беру контроль над голосом:
– Н-нет.
Лидия исполнилась изумления и хочет вновь что-то спросить, хорошо Карл вступает раньше:
– Знаете, нам нужно укреплять взаимодействие между школами. Как насчёт матча по волейболу – спортивного и между членами ученических советов?
– Очень хорошая идея. Согласна организовать её у нас, – голос Вероники лишь чуть дал слабины.
– Замечательно, давайте решим со сроками, – обрадованно, ответил Карл.
Тем временем состав тронулся, между делом я снял эффект затемнения с окна и для благодарных взглядов открылась картина бескрайних лесов, с другой стороны прохода можно видеть начавший удаляться санаторий, навсегда поселившийся в сердце. Мы даже приостановили беседу и единодушно проводили взорами Живицу, но струнный рельс понес всё быстрее, и теперь только хвойная зелень плещет за окнами.
Глава 19
После обсуждение всех нюансов с матчем, мы ещё немного поболтали и вскоре перешли уже на парное общение. Лидия что-то показывает на смартфоне Карлу, и ребята тихо смеются или в удивлении вскидывают брови, мы тоже взялись обсуждать планы приезда и в частности школы. Позже сфотографировались, благо есть кому.
Я вспоминаю о явлении блеска:
– Слушай, ещё на перроне, когда состав только показался – носовая часть как-то необычно сверкала. Ты знаешь что-нибудь об этом?
Девушка на миг призадумалась и отвечает:
– Не так давно, в одном из наших исследовательских центров, была найдена, воссоздана технология, что в частности применяется в специальном покрытии. Называется Жидкими Электронами, хотя, по сути, – это не верно. Путём технологических приёмов, жидкая, холодная плазма наносится на специальный слой обшивки, когда состав ускоряется и трение о воздух поднимает температуру некоторых частей – плазма устремляется туда и за счёт свойств снижает практически к нулю сопротивление. В пределе, мы можем теперь перемещаться в средах на совершенно новых, высоких скоростях.
Вероника делает паузу и после нескольких секунд добавляет:
– Хотя, в плане струнного транспорта, это не сильно повлияло на затраты в преодолении сопротивления воздуха. Само устройство пути снижает этот коэффициент, по отношению к тому, что имеется при движении по полотну, в разы.
Я восхищенно слушаю, удивляясь вдвойне – самой технологии и познаниям Вероники, впрочем, вспомнилось, что семья Исинн руководит несколькими лабораториями и стал понятен истинный смысл слова “наших”, но к рассказу прислушались и попутчики. Карл сидит, удивлённо распахнув глаза, а Лидия вообще исток эмоций, тут же заявляет:
– Обалдеть, ты столько знаешь, Вероника… Круто!
– Спасибо, но право – это общеизвестно.
– Нет-нет, ты правда очень умная! Настоящий гений, – в святой простоте вещает Лидия. Впрочем, я готов подписаться под каждым словом.
– Я сейчас начну смущаться, прекращай, – осветилась улыбкой Вероника.
– Кстати, – добавляет Карл, – не сказать, чтобы я прям следил за открытиями в науке, но часто читаю сводки. Жидкие Электроны назывались перспективными, но нигде не было столь подробной информации и сведений о применении.
– Хм, – смутилась Вероника, – сейчас и не вспомнить где узнала.
Я улыбнулся в себя, понимая откуда дочь семьи Исинн знает подробности, но, тем не менее, возможности современной науки приводят в восторг. Порасспрашиваю потом Веронику о ещё каких-нибудь новинках.
* * *Поезд мягко причалил и выходя я вновь окинул взглядом СС-001 – предмет технического совершенства нашего времени, а после любований, настало время для дел. Как и хотели, мы собрались в ресторан над вокзалом, возникло два вопроса – багаж и новые друзья из Ростка.
С ребятами всё решилось быстро:
– Спасибо, но мы спешим, – тут же сообщил Карл. – Давайте как-нибудь в будущем встретимся в подобном месте?