Люся, которая всех бесила (СИ)

— Ну простите, — вяло огрызнулась Люся.
— Регулярность убийств: каждые два месяца. Но, судя по всему, на подготовку уходит куда больше времени. Нужно найти и обработать исполнителей, таких же мальчишек, как и твои дихлофосчики. Кроме того, маньяку нравится знать о приговоренном архе как можно больше. Это дает ему ощущение близости — такая извращенная у него потребность. Иногда он начинает переписку с кем-то из ближайшего окружения намеченной жертвы. У второго убитого это была жена — преступник познакомился с ней за полгода до убийства на форуме, посвященном орхидеям. Прикидывался дамочкой, помешанной на цветах. Мы читали эту переписку — он тонкий психолог, ловко втирается в доверие и подстраивается под собеседника. Не поверишь, но он даже утешал вдову после убийства. В четвертом случае наш маньяк флиртовал в приложении для знакомств с дочерью жертвы, и у него убедительно получалось изображать похотливого юнца.
— Жесть какая, — пробормотала Люся. — Хорошо, что я одинока.
— Завтра мы еще раз допросим всех твоих сотрудников. Вызовем Веронику, хотя я больше чем уверен: она знать не знает о том, что пригласила тебя сегодня на встречу. Номер, с которого ты получила сообщение, — одноразовый, такой можно получить в даркнете. Кто еще знал о твоем страхе перед человеком-невидимкой?
— Все знали! Любовники, собутыльники, знакомые и приятели. Я часто рассказывала об этом — что-то типа посмейтесь над своими страхами.
— Люсь, ты же понимаешь, что мне нужно знать о твоей семье? — с нажимом спросил Ветров. — В конце концов, это напрямую касается расследования.
— Моя семья тебя ни к чему не приведет, — разозлилась она. — Но ладно, ладно! Только поехали уже отсюда, здесь на стены лезть хочется.
— Поехали, — хмуро согласился он, — я отвезу тебя. Твоя машина останется у нас, наверное, до вторника.
— А телефон?
— И телефон.
— Бедная я, — совершенно подавленная, Люся встала на ноги, поморщилась от вспышки боли, натянула куртку. — Давай хоть новый по дороге купим, а то как я буду жить. Симку-то отдадите?
— Симку отдадим, а телефон тебе лучше купить кнопочный без выхода в интернет.
От такого кощунства Люся даже пошатнулась.
— Издеваешься? — взвыла она.
— Информационный голод тебя не убьет, — наставительно сказал Ветров, — а вот маньяк — может.
— Кстати, — вспомнила Люся уже дома. — А мой придурок из лифта? Очередной статист, нанятый анонимом в интернете?
Она уже запила пару таблеток вином и теперь натирала колено согревающей мазью.
Ветров, возлежавший на диване с видом отрешенного мудреца, только угукнул.
— Ты там медитируешь, что ли? — удивилась Люся.
— А ты ведь громко вопила? — невпопад спросил он.
— Визжала как резаная, — подтвердила Люся.
— И бабушка тебе ни разу не позвонила?
— Вот черт!
Люсю как ветром из кресла сдуло.
Как она могла забыть про старушку!
Торопливо нашарив тапки, она вышла на площадку и постучала в соседскую дверь. Разумеется, никто не отозвался — старушка очень редко открывала, и Люся воспользовалась своим ключом.
— Нина Петровна, я вхожу! — крикнула она. — Вы тут как? Сильно напугались из-за этого переполоха?
И замолчала, заглянув на кухню.
Нина Петровна и Великий Морж мирно пили чай, а между ними на столе стоял роскошный торт.
— О как, — совершенно ошеломленная, Люся тяжело оперлась на косяк. — Видимо, с вами все в порядке.
— Люсенька, — обрадовалась Нина Петровна, — а я и не слышала, как ты вернулась! Страсти-то какие! Олежка мне все рассказал. Как хорошо, что Паша нанял тебе охрану!
Великий Морж приторно улыбнулся. Никогда Люся не видела у него такой странной улыбки — будто он заискивал перед старушкой.
Люся даже головой помотала.
Такие чудеса не впихивались в поведение этого человека.
— Заходи, — предложил Великий Морж с таким видом, будто был хозяином этой кухни. — И не смотри так оторопело — мы с Ниной Петровной знакомы давным-давно.
— Олеженька был адъютантом моего покойного мужа, — сказала Нина Петровна, — Дима ведь тоже служил…
 
Отец вороватого губернатора, снятого за коррупцию, относился к эфэсбэшникам? Что ж, это объясняет веру их семейки в свою безнаказанность.
Однако Люся четко помнила, что Великий Морж охотно позволил утопить Виктора Ветрова и даже подкидывал редакции компромат на него.
Интересно, знала ли об этом Нина Петровна?
— Я… — тут Люся поняла, что у нее вот-вот взорвется голова, и трусливо отступила. Сейчас ей хотелось покоя, а в хитросплетениях этого странного знакомства она потом разберется. — Я пойду лягу, день был тяжелым.
— Передавай привет Пашеньке, — пропела Нина Петровна. — Подожди! Я положу тебе торт. Сегодня можно позволить себе сладкого, да?
— Да, — в упор глядя на Великого Моржа, машинально повторила Люся.
Тот беззвучно произнес, одними губами: потом.
Потом так потом.
Сейчас у нее есть дела поважнее — торт!
Ветров так и лежал на диване, в той же позе.
— Там Великий Морж! — поделилась с ним Люся, прошла на кухню, взяла ложку и вернулась в гостиную. — Кыш с моего дивана, мне нужно лечь!
Ветров текуче скатился на пол и растянулся на ковре, закинув руки под голову.
— Кто? — спросил он.
— Китаев! Пьет чай с твоей бабушкой!
Она устроила контейнер с тортом на своем животе и зачерпнула большой кусок.
— А, ну да, — без всякого интереса отозвался Ветров. — Он же работал с моим дедом, я его с детства помню. Поэтому ваши отношения никак не бьются в моей голове — вы же из разных эпох, блин.
— А я-то все гадала: почему он выдернул сюда именно тебя. Дал отдел, пообещал повышение.
— А ты одну ложку принесла?
Люся молча наклонилась и сунула ему в рот торт со своей ложки.
— Подозрительно все это, — сообщила она, — такое ощущение, что вокруг меня плетется какой-то заговор.
— С моей точки зрения все строго наоборот, — парировал он и облизнулся, — это ты все время лезешь в ветровские дела, хотя тебя никто об этом не просит. Так и роешь носом землю вокруг! Отцепись уже от моей семьи и начинай рассказывать про свою. Хватит тянуть время.
Торт был вкусным, диван удобным, квартира — запертой на все замки, таблетки подействовали, больше нигде не болело, так что Люся вроде как была готова к неприятным воспоминаниям.
— Моя сестра Катька — взбалмошная ярила, тебе бы понравилась, — начала она решительно. — Она меня младше всего на пару лет, но почему-то вечно мне приходилось спасать ее от неприятностей, еще со школы. То она попрется с незнакомыми мужиками курить за гаражи, то напьется в плохой компании, и вечно одно и то же: ой, Люська, приезжай, ой, забери меня отсюда, ой, мне страшно. В двадцать два она выскочила замуж за яга, представляешь себе?
— Ты поэтому так зациклена на ягах? Соревнуешься с сестрицей?
— Я тебя пну, — флегматично предупредила Люся. — Брак продержался около полугода, потом Катька обвинила своего мужа в том, что он ее избил. Пришла в полицию вся в синяках, ужас. Я как раз раскручивала свой портал, только-только наняла Носова, и мы с ним сильно переругались из-за этого. Я потребовала придержать инфу, а Носов вопил, что я не хочу трясти семейными простынями. На самом деле мне не верилось, что яг, чья прошивка — защита, способен был напасть на женщину. Остальные СМИ били во все колокола, моя сестра раздавала многочисленные интервью, изображая невинность, Носов бесился, а я активно копала, пытаясь понять, что случилось на самом деле.
Катькин муж говорил, что они поругались и моя сестрица свинтила из дома, а он лег спать. Когда проснулся, то обнаружил, что с ним в постели дрыхнет жена, покрытая синяками, и от нее воняет перегаром.
Ему никто не верил: ссора, муж, побои — стандартная же фигня. А то, что выпила, так это от стресса.
А я пошла в гости к родителям, где отлеживалась наша страдалица, стибрила ее телефон, списала все номера, с кем она созванивалась в ту ночь. Так вышла на таксиста, который забирал Катьку, уже побитую, из ночного клуба.