Граф Суворов. Том 13 (СИ)
— Сколько меня не было? — спросил я, выйдя к остальным. — Судя по тому что вы перетащили сюда матрас и одело с подушками — долго.
— Пять дней. — ответила, устало улыбнувшись Ангелина. — Я так и подумала, что ты даже не вспомнишь как мы тебя кормили бульоном.
— Пять дней? — нахмурившись проговорил я, и выглянул в окно. — Что с топливом? Мы же висим почти на том же месте?
— Нет, пришлось отойти на двести километров к югу, и знатно по петлять, чтобы оторваться от настырной твари. — ответила Ангелина. — Но сейчас мы уже третий день висим на якоре, так что никаких проблем с топливом нет. А вот с вами, мужчины, у нас большие проблемы.
— С нами? Имеешь ввиду меня и Филарета? — уточнил я.
— Всех троих. — сказала Гаечка. — Четверых, если Змей — мужчина.
— Что с Максом? — спросил я, оглядываясь.
— Он объединил все защитные костюмы со своим экзоскелетом и сутками проводит в грузовом отсеке. — ответила Ангелина. — Вот и сейчас он там, что-то сваривает, пилит, переделывает. И это вися на страховочных тросах и возвращаясь, только чтобы перекусить.
— Вот как. — проговорил я, подходя к заднему смотровому стеклу. Судя по искрам Максим и в самом деле висел сейчас над одной из колонн, что-то переделывая. — Ладно, мне нужно часов шестнадцать… за это время я восстановлюсь. Если будет что-то срочное, или если Филерету станет хуже — будите.
— Обязательно. Но всё будет в полном порядке, не волнуйся. — с улыбкой проговорила Ангелина, и я, полностью полагаясь на любимую супругу, отправился спать. Запустил медитацию восстановления, чтобы срастить поврежденные меридианы, но заснул еще до того, как голова коснулась подушки. На лету.
—…вставай, дорогой. — казалось я только сомкнул глаза, но раз Ангелина так настойчиво меня толкает — значит произошло что-то опасное или важное.
— В чем дело? — спросил я, почти мгновенно выдергивая себя из глубокого сна. Нет, судя по расположению солнца прошло минимум несколько часов.
— Его святейшество очнулся. — проговорила с улыбкой Ангелина. — Требует своего спасителя. Говорит, что умирает. И должен тебе передать сообщение. Только тебе.
Глава 17
— Александр, пусть остальные уйдут. — прохрипел патриарх, лишь завидев меня.
— И вам доброго утра, ваше святейшество. — улыбнувшись ответил я, и проверив собственные меридианы в сетчатке и пальцах активировал истинное зрение. Мои труды не пропали даром, и за прошедшее время часть органов почти восстановила своё функционирование. Плохо, с перебоями, но работали. Действие диссонанса начало ослабевать и организм, подстегиваемый моими усилиями, начал регенерировать.
— Я должен, передать тебе… одному. — вновь, с явным усилием прохрипел патриарх. — Пусть уйдут.
— Мы над зоной, в крошечной гондоле воздушного шара. — ответил я, садясь рядом с кушеткой. — Так что им просто некуда уйти. Но вы можете говорить шёпотом, я всё расслышу.
— Но они… пусть уйдут. — продолжил настаивать Филарет. И я кивнул, попросив девушек выйти за шторку, отделяющую рубку от жилого блока. Патриарху потребовалось несколько секунд, чтобы отдышаться.
— Не спешите, ваше святейшество. — успокоил я его. — У вас достаточно времени чтобы собраться с силами и рассказать все что захотите.
— Нет. — покачал головой Филарет. — Нет времени… Ты слышал зов?
— Зов. — я напрягся, пытаясь понять, о чем именно говорит патриарх. — Если вы о страннике, он приходил ко мне последний раз сразу после инцидента с Екатериной.
— Нет. Его зов! — прохрипел Филарет, воздев скрюченный палец к небесам.
— Вы, кажется, забыли, что я, хоть и вынужден играть роль мстящего ангела, всё же им не являюсь. — с улыбкой ответил я. — Как вы сами цитировали мне когда-то: «Когда ты говоришь с богом — это молитва, когда бог говорит с тобой — это психоз».
— Да. Бог. — мрачно прохрипел Филарет. — Но не наш. Не христианский.
— Так. — я сосредоточился, использовав истинное зрение на мозге патриарха. Теоретически изменения, вызванные диссонансом можно было отследить, возможно даже исправить. Но сейчас я не видел никаких опухолей или рубцов. Пожалуй мозг — единственное, что сохранилось у патриарха почти без изменений. Но это не гарантировало отсутствие психических нарушений.
— Вы говорили с чужим богом, я верно вас понял, ваше святейшество? — уточнил я. — И что же он сказал?
— Нет. Не говорил. Слышал… зов. Оно становится всё сильнее, всё настойчивей. — ответил патриарх, с заметными перерывами между словами. Ему нужно было время, чтобы отдышаться и собраться с силами.
— Зов? Пожиратель позвал вас? — осторожно спросил я.
— Не меня. Нас. Всех нас. Всех, кто услышит. — проговорил Филарет. — Я должен был попытаться их остановить. Кого смог.
— Остановить тех, кто мог слушать пожирателя? — то о чем рассказывал патриарх больше походило на бред сумасшедшего, начиная от зова, заканчивая множество тех к кому он якобы был обращен. — Ваше святейшество, я не пытаюсь вас оскорбить, но в Тунгусской зоне полно животных, если бы нечто могущественное могло приказать им явиться к центру, сейчас туда двигалось бы всё, включая деревья и камни.
— Разум. — покачав головой прошептал Филарет. — Оно жаждет разума.
— Мы за прошлую неделю посетили две деревни местных жителей, и у них никакого желания срываться в поход к центру зоны я не заметил. — возразил я. — Даже если одну из них защитили обелиски, а вторая полна искаженными людьми, и они явно были подвержены диссонансу, но никуда не спешили.
— Я… не знаю. — нехотя признал патриарх. — Я его слышал. Я видел людей что идут к центру, и я пытался их остановить.
— И где они сейчас? — спросил я.
— Они, они погибли. — проговорил Филарет, стараясь не смотреть мне в глаза.
— Ладно, бывает. Всех не спасти. — успокоил я его. — Отдыхайте.
— Постой. — патриарх успел схватить меня за руку, когда я начал подниматься. — Останови их. Ты должен.
— Я очень постараюсь. — ответил я, аккуратно высвобождаясь из хватки крючковатых пальцев и кладя ладонь мужчины на кушетку. — Вы обязательно поправитесь. А теперь — отдыхайте.
— Смерть близко. — простонал Филарет, закрывая глаза. Увы, он был слишком слаб, и его мучала боль, где-то острая, в других местах противная и ноющая. Так или иначе, он заслуживал покой, который я обеспечил, влив чуть энергии и облегчив спазмы и отеки. После чего вернулся к девушкам.
— Как он? — спросила Гаечка.
— Плохо, хотя удивительно, что вообще очнулся и начал говорить. — ответил я, присаживаясь. — Скорее всего у него галлюцинации и бред, вызванные искажением организма, обширными болями и повышенной температурой. Но в текущих условиях вылечить его полностью… я могу, но это займет от пары месяцев до года. Если быстро найдется донор для замены поврежденных органов и конечностей.
— Не думаю, что для патриарха это станет проблемой, истинно верящих людей, людей жертвенных, в империи всегда хватало. — заметила Ангелина. — Достаточно сказать, что ему требуется, как появится достаточно добровольцев.
— Возможно, хоть и подойдет не каждый. — сказал я, задумавшись. — Всё же его слова меня несколько настораживают. Зов пожирателя…
— Пожиратель? Что ещё за тварь? — спросила Гаечка, и я поморщился, понимая что девушка вообще не в курсе обстановки.
— Тварь за гранью, можешь считать её чем-то вроде аналога Сатаны, что желает пожрать не только наши души, но и тела. — попытался я кратко объяснить основные моменты. — Она насылает на нас искажение, прорывы, тварей диссонанса и прочее.
— Антихрист? — не слишком уверенно проговорила Гаечка.
— Нет, что ты. — отмахнулся я. — Просто монстр. Мы с ними боремся на рубеже, просто тот крупнее и за гранью. Вообще, раз уж я проснулся, могу подежурить, а ты иди отдыхай. Как Макс вернется я тебя разбужу. Договорились?
— Отдыхать? Но я же, много дел… — с каждым словом девушка зевала всё больше, так как её начало клонить в сон. Не без моего вмешательства. — Да, наверное. Пойду… разбудите потом.