Кара Господа (СИ)
— Birak[3], - Приказал я.
Зип послушно отошел в сторону и замер, не сводя глаз со своей жертвы.
— Ну, что, отпустим его? — посмеиваясь, по-английски спросил я.
— Конечно, не хочу полночи труп закапывать, как в прошлый раз. — Подыграла Саяна.
Мужик улепетывал с такой скоростью, что она едва успела крикнуть вслед:
— Передай Музаферу, что у меня нет желания играть в эти игры! — девушка погладила по холке Зипа, глубоко разочарованного таким исходом дел, и тихо спросила, — и что дальше?
— Теперь мне отчасти понятно, что ты чувствовала, не получая ответов, Саяна. — Я улыбнулся. — Прости, был не прав.
Она молчала, выжидающе глядя на меня.
— Обещаю, что исправлю свои ошибки.
— Ты все расскажешь? — будто не веря, переспросила девушка.
— Да. Честно и полностью. Прошу только об одном — дай пару дней. Поверь, это важно.
— Верю. Поэтому подожду.
— Спасибо. И, самое главное, ни одна дверь в этом доме более не заперта для тебя. Включая входную.
— Даже так?
— Надеюсь, ты не убежишь?
— Я подумаю.
— Саяна!
— Хорошо, не буду думать, уговорил.
— Что мне с тобой делать, а? — я расхохотался.
— Отвести домой.
— Домой? — сердце екнуло. — Приятно слышать! Пойдем.
[1] Охраняйте! (тур.)
[2] Взять! (тур.)
[3] Отпусти (тур.)
Глава 9 Слушаю свою душу
Поцелуй — это когда две души встречаются между
собой кончиками губ.
И. — В. Гете
Саяна
Всю дорогу до дома мы молчали. Будто случайно коснувшись моей ледяной ладошки, Горан спрятал ее в своей, как всегда, горячей руке. Когда вошли внутрь, он показал номер сигнализации и хотел идти вглубь дома, но я потянула его назад. Мужчина вопросительно посмотрел на меня. Я подошла ближе, прильнула к нему, встав на цыпочки, и обвила его шею руками.
— Какой же ты высокий!
— Что ты делаешь, Саяна? — хрипло прошептал он, тяжело дыша.
— Слушаю свою душу.
Его глаза полыхнули огнем. Мой любимый хорватский захват стиснул талию стальным обручем. И я совершенно не хотела из него выбираться.
Губы Горана тоже были горячими. Столько раз я гадала, какие они на вкус, стыдясь и отгоняя такие мысли! Теперь знала точно — у них привкус нежности и страсти. Они то мягкие, манящие и обещающие, то жесткие, настойчивые и требовательные. Как и он сам.
Никогда еще мой первый поцелуй с мужчиной не был таким. Доверчиво раскрывающим нас обоих друг другу, страстным, ласковым, сжимающим сердце в водовороте желания и сбивающим дыхание, которое теперь одно на двоих.
Моя куртка полетела на пол, как и его пиджак. Руки Горана на спине лавой обжигали кожу сквозь рубашку, словно он был грозным своенравным вулканом. Мужчина так крепко прижимал меня к себе, будто хотел сделать из нас одно существо. Его сбивчивое дыхание и сдавленные стоны сводили с ума. Я запустила руку в его густую шевелюру. От этой простой, безыскусной, но истинно женской ласки судорога прошла по телу моего и отныне только моего хорвата.
— Что же ты со мной делаешь, Саяна! — едва слышно выдохнул он. — Любимая…
Как мы оказались у лестницы, уже и не вспомнить. Я прижала Горана к перилам, и мы медленно сползли вниз. Мужчина сел на ступеньку, притянул меня к себе и помог расположиться сверху. Успев пожалеть, что надела джинсы, а не платье, я вновь обо всем забыла в его руках. Каждая клеточка тела жаждала прикосновений. Брать и отдавать, брать и отдавать, и снова, снова, всегда!
Горан оторвался от моего рта, и через мгновение его губы начали покрывать поцелуями шею. Я изогнулась со стоном, по лицу заскользила слезинка. Он обжег меня взглядом и слизнул ее. Больше терпеть эту сладкую пытку я была не в силах.
Под нажимом моей руки Горан откинулся назад. Тугой пучок, скручивающий волосы, распустился, и они рассыпались по плечам, а потом накрыли мужчину водопадом. Жаркие ладони моего хорвата исследовали тело так, словно оно было ему хорошо знакомо. Мои желания он чувствовал еще до того, как я сама успевала осознать их. И даже такая первобытная гармония не удивляла, словно это предполагалось самим устройством мира. Но когда моя рука, проигнорировав пуговицы на рубашке, скользнула к его брюкам, Драган выплыл из нашего омута страсти и перехватил ее.
— Саяна, умоляю тебя, остановись.
— Почему? — прошептала я и прикусила мочку его уха. — Я хочу тебя.
— Чтобы услышать эти слова, готов глотку перегрызть кому угодно! Я тоже безумно хочу тебя, ты даже не представляешь!
— Так в чем подвох?
— Сначала ты должна узнать всю правду. Только тогда.
— Издеваешься? — промурлыкала я, ласкаясь к нему.
— Саяна, умоляю! — хорват зарылся лицом в мои волосы. — Дай мне… — Он с силой втянул воздух.
— Именно это я и пытаюсь сделать. — Со смешком вырвалось из моих губ.
— …пару дней. — Выдохнул мужчина.
— И опять, и снова.
— Если бы ты знала, — прорычал Горан, пытаясь отстраниться, — каких усилий мне стоит держать себя под контролем!
— Это мазохизм. — Я попыталась встать, но он вновь притянул меня к себе.
— Может, определишься уже?
— Извини. — Его руки разжались, но едва мне удалось подняться, как мужчина вскочил и обнял со спины.
— Драган! Прекрати уже!
Рыча, как Зип недавно, он отошел. Я молнией взлетела по лестнице, раздраженно смахивая слезы. Но когда подбежала к двери, хорват без труда догнал меня. Не рискнув приближаться, он выместил свой гнев на кодовом замке, снеся его ударом кулака.
Ну, уж нет! Так просто это не закончится! Не с первого раза, но мне удалось подойти к Горану. Тяжело дыша, он отступал до тех пор, пока пространства для маневра не осталось.
— Спасибо за это. — Я кивнула на останки пищащего отродья, провела рукой по колючей щеке мужчины, ощущая, как он тянется к моей ладони, изо всех сил сопротивляясь, поцеловала его и оттолкнула. — А это — чтобы ты помнил, от чего отказался. — мне удалось на негнущихся ногах войти в комнату и закрыть дверь на защелку под аккомпанемент сдавленного рычания за спиной.
Солнечное сплетение скрутило болью, из груди вырвались всхлипы — первые аккорды гимна жалости к себе, который будет звучать еще долго. Прислонившись к стене, я сползла вниз — и плача, и смеясь. Ситуация — жесть. Чувства, желания, обиды, сомнения и надежды перепутались в такой тугой комок, что мне вряд ли под силу распутать. Грохот в коридоре подтвердил, что наши эмоции схожи.
— Уходи! — закричала я. — Оставь меня в покое! Хватит!
Звенящая тишина взорвала комнату и мозг. Но, несмотря ни на что, было очевидно, что Горан не ушел, я чувствовала его. В эту ночь мы оба не будем спать — но совсем по другой причине, нежели та. на которую я недавно рассчитывала.
Часть 3 Сгореть дотла
…и ты похож на порох.
В груди пять тысяч солнц,
В глазах невероятный накал…
Искры летят от твоих прикосновений. Мощный заряд, он не знает направлений, Сметая на пути все то, что попадет под удар Город 312 "Территория"
Глава 1 Основной инстинкт
Саяна
— А зори здесь громкие! — пробормотала я, приоткрыв один глаз. Как же просыпаться не хочется! Кто там гремит в саду непонятно чем с утра пораньше?
В поле зрения попали часы на стене. Ничего себе! Полдень! Проспала так проспала! Конечно, после вчерашнего более чем фееричного дня, немудрено. Уснула под утро и попала, если так можно выразиться, в череду эротических кошмаров.
Приняв душ, я с чистой совестью забила на спорт и, помедлив на мгновение перед дверью, открыла ее. Отсутствие ненавистного писка, въевшегося в подкорку, звучало как музыка. Значит, это мне не приснилось. Остальное, увы. тоже.
Повторив вчерашний путь, только не перебежками и не оглядываясь опасливо по сторонам, я вышла из дома и остолбенела. Вот это и называется "движуха". Десятки людей хаотично сновали по саду. Сразу вспомнился фильм с уроков химии — про то, как увеличивается скорость движения молекул при нагревании воды. Только молекулы не таскают стулья, столы, столовые приборы и прочее, подготавливаясь, похоже, к грандиозному празднику.