Кара Господа (СИ)

— Умоляю, она ни при чем! — Соболев вытянул вперед руки в наручниках. Я почувствовал, как девушка в моих объятиях вздрогнула всем телом, увидев, что половина пальцев у него изогнута под неестественным углом. — Саяна ничего не знает. Отпусти ее, умоляю!
— Так это твоя сестренка? — рассмеялся мой подручный, хлопая себя по ляжкам. — Сестра за сестру, значит?
— Она ни при чем! — повторил Глеб.
— Катрина тоже ни в чем не виновата. — Парировал я. — Но тебя это не остановило.
— Я сожалею. Поверь, был бы шанс что-то изменить…
— Изменить ты уже ничего не сможешь.
— Ничего, сестренка твоя смазливая утешит Горана. На что-нибудь, глядишь, и сгодится. — Мужик хохотнул.
Саяна дернулась, что было сил. Если отпустить, перегрызет ведь этому идиоту глотку! Она даже не подозревает, что он хищник, который способен отнять ее жизнь одним прикосновением. Но я не позволю ему дотронуться до нее!
Внутри полыхнул гнев и… что-то еще. Понятия не имею, почему взбрело в голову защищать одну из Соболевых. Будто мало зла причинила мне их семья! Но руки сами сжались на талии девушки, не давая ей вырваться. А через секунду стало не до того.
Подручный внезапно замолчал и удивленно посмотрел на свой живот. По светлой рубашке стремительно расплывалось пятно. Я развернулся, спрятав Саяну себе за спину — побуду живым щитом, мне пули не страшны. Руки крепко стиснули ее запястья. Она попыталась вырваться, но быстро поняла, что я скорее поломаю ей кости, нежели отпущу. Вскоре девушка перестала шевелиться и словно даже забыла о том, что надо дышать. И мне было понятно, почему — потому что из тьмы вышла и медленно направилась к нам одна из Охотниц.
— Гуля! — потрясенно выдохнула в мою спину Саяна.
— Уходи! — крик Глеба разрезал воздух. — Гуля, не надо! Беги!
Я подхватил Соболеву на руки, быстро подошел к джипу, засунул ее внутрь, заблокировал двери и пошел навстречу Охотнице, нутром ощущая достойную соперницу.
Саяна
Как два опасных зверя, они медленно приблизились друг к другу. Мужчина атаковал первым. Молниеносный выпад, как бросок кобры. Но женщина была к этому готова и успела ускользнуть. Его руки встретили на пути воздух. А она уже находилась за его спиной. Но он словно этого и ждал. Хлесткий удар в корпус сбил Гулю с ног, но она тут же встала.
Я ахнула. Есть ли у нее вообще шансы? Горан вытащил меня со скалы легко, как котенка, одной рукой, не напрягаясь. Когда прижимал к себе, мог легко сломать позвоночник и не заметить. И то, уверена, в тот момент хорват контролировал свою силу. А сейчас?
Гуля держалась, хотя чувствовалось, что она слабеет с каждой секундой. А он, наоборот, убыстрялся. Их "танец" ускорялся, и женщина явно не выдерживала такого ритма. Пара обманных выпадов и вот уже Горан держит ее за шею.
Я думала, что поединок закончен, но вмешался Глеб. Мне не удалось увидеть, как он подобрался к ним, да еще и незаметно. Накинув руки с наручниками удушающим захватом на шею хорвата, брат оторвал его от хрипящей Гули, которая, едва освободившись, откуда-то вытащила нож и с силой воткнула его в грудь Горана. Мужчина рухнул на землю. Гуля упала в объятия Глеба, который сам не удержался на ногах — видимо, последние крохи сил ушли у него на этот рывок.
Движение у Форда заставило отвести от них взгляд. Говорливый мужчина и его напарник вставали на ноги, как ни в чем не бывало! Как это возможно? Я же сама видела, как Гуля в них попала! Ну не зомби же они!
Мне это снится. Сейчас проснусь, полежу немного, потом пойду собираться на работу. Я просто сплю. Щипок негнущимися пальцами за шею. Больно. Если все это не сон, то что тогда?!
Черт, "зомби" идут к ним, а Глеб с Гулей их не видят!
Я заметалась по салону и не нашла ничего лучше, чем засигналить им клаксоном. Моя рука била по рулю изо всех сил, пока мышцы не отказались повиноваться, а бинт на ладонях не окрасился кровью. Главное, они заметили.
Брат что-то кричал в лицо Гуле, пытающейся его поднять, потом с силой оторвал ее от себя и оттолкнул. Женщина отошла на пару шагов и замерла. Мотая головой, она что-то говорила ему, потом резко замолчала. Проследив за ее взглядом, я поняла причину. На нее медленно шел Горан. Ножа в его груди уже не было.
 
Сегодня ночь живых мертвецов?!
Гуля выхватила пистолет. Уверена, что она стреляла не менее пяти раз. Но он продолжал идти к ней, словно патроны были холостые. Женщина уронила оружие и начала пятиться. Глеб подполз, схватил Горана за ногу, но тот, не глядя, сбросил его руку.
За спиной Гули был обрыв. Она уже стояла на самом краю.
Не знаю, на что я рассчитывала, когда вновь начала безумно сигналить. Мыслей в голове на этот счет не было. Просто била по клаксону, не замечая, что он уже скользкий от крови.
Горан посмотрел в мою сторону и остановился. До него было далеко, но почему-то казалось, что мы глядим друг другу в глаза.
— Умоляю тебя, — сквозь слезы удалось прошептать мне. — Пощади! — это мгновение длилось вечность. Глаза неимоверно болели, словно в них насыпали соли, но я боялась даже моргнуть.
— Пощади, пощади, пощади… — Слова срывались с губ, как заклинание, как молитва, как последняя просьба.
У меня не было никакого права просить его. Особенно после того, что Глеб и Гуля сделали с ним. Но я умоляла. Не знаю, кто прав, а кто виноват. У каждого своя правда. Но сейчас это не имело ровным счетом никакого значения. Важным было лишь то, будет жить молодая женщина, стоящая в шаге от пропасти, или он толкнет ее в объятия смерти.
Горан сделал шаг назад.
Я протяжно выдохнула.
— Спасибо!
И в этот момент Гуля тоже шагнула назад. Мгновение — и ее тело скользнуло во тьму. Зачем?!.
Горан подошел к джипу и открыл дверь с моей стороны.
— Не плачь. Она сделала выбор.
Я коснулась своих щек. Да, он прав, по лицу текут слезы. Только сейчас заметила.
— Что теперь будет? — тихо спросила я, не глядя на него.
Молчит. Не хочет говорить или еще не решил? Какая, впрочем, разница?
— Вы убьете нас, так?
— Нет. Саяна, я… — Горан помолчал. — Я должен отдать твоего брата, чтобы мне вернули сестру, которую он пытался убить.
— Отдай меня вместе с ним.
— Нет.
— Он мой брат! Я хочу быть с ним, что бы там ни было!
— Ты не понимаешь.
— О. в этом ты прав! Я ни черта не понимаю! Сегодняшний день — это не моя жизнь! Я прилетела к Глебу, потому что выдохлась. Он — все, что у меня есть! Больше никого на всем белом свете! Так что это ты не понимаешь!
— Если кто-то и может тебя понять, то это как раз я.
— Тогда не отдавай его, пожалуйста! — мне удалось поднять на него глаза. Из-за слез все двоилось и прыгало. — Умоляю тебя. Горан!
— Я должен. Ради сестры. Ты сделала бы то же самое ради брата.
Так и есть. Сделала бы.
Мы молчали. Противное ощущение, когда воздух словно сгущается, время пробегает мимо, секунды утекают сквозь пальцы, а до того момента, когда все изменится безвозвратно, остается совсем ничего.
— Твои руки нужно перебинтовать. — Тихо сказал Горан.
Время истекло.
— Можно с ним попрощаться? — я изо всех сил старалась остаться спокойной, но легкие словно распирало изнутри. — Пожалуйста. — Из груди вырвался всхлип, и пришлось затаить дыхание, чтобы не впасть в истерику.
— Да.
— Спасибо. — Я проглотила горький комок, вышла из машины и сразу упала. Он попытался поднять меня. — Не надо. — Дрожащие ноги едва держали тело, которое трясло из-за нервного перенапряжения. — Дойду сама.
Глеб поднял голову, когда я подошла. Выражение этих глаз мне не забыть никогда. Сжать бы его в объятиях и никому не отдавать! Крепко-накрепко зажмуриться и усилием воли переместиться в детство, в наш маленький деревянный дом, сесть у печки, накрыться одной дедовой фуфайкой на двоих и смотреть на огонь. Наш крошечный мир, безопасный, уютный, только наш!
 
Я упала перед Глебом на колени и осторожно обняла. Он пах кровью. Волосы были покрыты засохшей коркой. Брат уткнулся лбом в мое плечо.