Невеста вампира: между долгом и любовью (СИ)

Глава 15. Странный союз
Утром служанка обнаружила пропажу юной госпожи. Слуги обыскали весь замок и его окрестности. Милица как сквозь землю провалилась. Растерялся даже управляющий. Хозяев нет. Кто займётся поиском наследницы? Он запретил слугам болтать об исчезновении хозяйки.
— Владимир Алатырцев настаивает на встрече с госпожой Милицей — доложила управляющему служанка.
«Сам Господь привёл этого господина в столь сложный час» — обрадовался мужчина, вознося хвалы Богу.
— Господин Алатырцев, мы находимся в очень щекотливой ситуации. Пропала юная графиня. После смерти бабушки она стала единственной наследницей. Я надеюсь на вашу помощь в поисках. Пока никто не должен знать об исчезновении хозяйки.
— Почему вы скрываете смерть графини, а теперь и исчезновение внучки? Зачем вам это? Не проще сообщить властям и пусть они занимаются поисками. Для этого у следователей есть все полномочия.
— Нет, так нельзя. Войтовичи очень богатый род. Но всегда есть бедные родственники, которые мечтают урвать кусок пожирнее. После смерти графа Вацлава они уже обломали зубы о старую графиню. Уползли зализывать раны. А юную госпожу пустят по миру.
Владимира управляющий проводил в комнату графини. Ведун решил начать поиски с неё. Осматривая комнату, он обнаружил своё письмо. С каждой строчкой собственного признания в любви сердце мужчины сильнее и сильнее сжимали тиски отчаяния.
— Так вот кто похитил Милицу? — злорадно прошептал граф ведуну, вырывая письмо из его рук.
— С чего вы это взяли? И как очутились в комнате графини?
— Мне не нужно приглашение. Вы забыли кто я? А вывод, что вы замешаны в похищении Милицы, сделает даже ребёнок. Разве не вы выманиваете доверчивую девушку из замка?
— Если бы князь взял на себя труд изучить содержание письма внимательно, то обратил бы внимание, что почерк в письме разный. И я не зову девушку с собой, а объясняю, что наш союз немыслим.
— А может быть, вы господин Алатырцев намеревались жениться на графине с целью получить титул и её богатства.
— Князь, вы непохожи на глупца. Но сейчас несёте такую ересь, что даже мне стыдно за вас.
— Не увиливайте от ответа.
— Извольте. Я могу повторить всё то, что написал в письме Милице. Я ведун. Моя работа истреблять таких, как вы.
— Вряд ли даже вам под силу истребить меня.
— Не буду спорить. Тем более что пока вы не дали мне повода попробовать. Сейчас мы можем обвинять друг друга в корыстных намерениях и усложнить себе жизнь. А можем объединить усилия и найти того, кто намеренно сталкивает нас лбами.
Князь напоминал рыбу, выброшенную на берег. Он открывал рот, чтобы ответить ведуну и так и не проронив ни звука, закрывал его вновь.
— Зачем это вам, Владимир? — наконец-то, преодолев последствия шока, произнёс князь.
— Всё очень просто. Мы оба любим женщин, против которых затеяна эта игра.
— Я не люблю Милицу — холодно ответил князь, разочаровавшись в ведуне.
— Знаю. Вы любили графиню Бажену, а она любила вас.
— Я не любил графиню — брови ведуна поползли вверх от удивления. Надо же графиня ошибалась. — Я люблю её. До сих пор. Моя любовь не знает прошедшего времени.
— Тем более. Нас лишили тех, кого мы любим. Я уверен, что действовал не один человек. Во всяком случае у него точно есть помощник в замке.
— Да, Владимир, вы меня сегодня удивили. Надо сказать, что мало людей могут похвастаться этим. Я согласен объединиться. А как вы узнали, что Бажена меня любит?
— Она мне сама сказала об этом. И попросила присмотреть за внучкой.
— Уговаривала жениться на ней.
— Наоборот, уступить Андрию Самбирскому. Помочь ему жениться на Милице.
— И вы пообещали? — заинтересовался князь.
— Да, пообещал. Что я сейчас могу ей дать? Не буду скрывать от вас, я богат. Но у нашей семьи есть обязательства. И мне ещё долго скитаться по свету.
— Какой же вы глупец, Владимир. Прислушайтесь к моему совету. Как только появится возможность, расскажите Милице о ваших чувствах. Пусть она решает, связывать ли свою судьбу с вашей. Самбирские из тех людей, которые на чужом горбу в рай хотят въехать.
 
Слова вампира попали на благодатную почву. Владимир уже разобрался в подлинной сути своих родственников. Но он продолжал упрямиться не из вредности, а чтобы послушать доводы умудрённого жизнью вампира.
— Андрий любит Милицу. Они даже ночь провели вместе — рассказал то, что гложет его постоянно.
— Это ни о чём не говорит. Они, например, могли просидеть в библиотеке просто разговаривая. Я видел её после смерти Бажены и не почувствовал, что она была с мужчиной.
— Князь, дела не в невинности Милицы. Мне это не так уж и важно. Важно, что она предпочла другого.
— Владимир, я, конечно, слышал, что от любви глупеют. Но за тысячу лет вижу второй раз.
— А кто был первым — заинтересовался ведун.
— Я сам. Если бы Милица выбрала мальчишку Самбирского, то не побежала бы на встречу с вами на следующую ночь — ведун скептически смотрел на князя. — Да, очнитесь же, Владимир. Вы сейчас ведёте себя ни как мужчина, а как безусый юнец. Подберите сопли и боритесь за любовь. Выход есть всегда, даже когда кажется, что его нет.
— Благодарю вас, князь — ведун протянул руку для рукопожатия, которую, не скрывая своего удивления, князь пожал.
— Вы меня удивили дважды. Я уже начинаю чувствовать к вам симпатию. Не находите это чрезвычайно странным.
— Нахожу, но я чувствую то же самое — искренне улыбнулся ведун вампиру. — Я, пожалуй, пойду. Ещё слуг опросить нужно. Переквалификация в детектива мне бы понравилась, если бы не обстоятельства ей предшествующие.
Шум в гостиной заставил Владимира отвлечься от разговора со слугами. Он разговаривал с каждым наедине, стараясь найти ту крупицу информации, которая приведёт к разгадке происшествий в замке.
— Что здесь происходит? — ведун застал весьма нелицеприятную картину. Его дядя красный от злости орал на вампира, ни мало не беспокоясь быть высушенным.
— А вот и он! — торжествующе закричал кузен откуда-то из-за спины Владимира.
— Где она я тебя спрашиваю? Решил, что можешь перехватить у нас состояние Войновичей, мерзавец.
Кровь отхлынула от лица ведуна. Жилка забилась на виске Владимира с удвоенной скоростью. Сжав кулаки, чтобы унять бешенство, ведун закрыл глаза и стал считать до десяти. Дядя не унимался, поливая родственника оскорблениями. Князь уселся в кресло и стал ждать дальнейшего развития событий. Такое зрелище он не собирался пропускать.
— Сейчас же я связываюсь с дедом и отказываюсь от вашего дела. Неблагодарные торгаши. Правильно говорил мой отец: торгашество за титулом не спрячешь.
— Да, как ты смеешь молокосос! — брызгая слюной не унимался дядя.
Владимир перед носом разгневанного родственника демонстративно вытер лицо платком и брезгливо отбросил платок. Граф пошёл красными пятнами.
— Видите ли, граф. Назвать вас родственником язык не поворачивается. Милица пропала сегодня ночью. Все обстоятельства выясняются.
— Что там выяснять. Мы сегодня же заявим властям, что это сделал ты, незадачливый охотник за приданым.
— Не забывайтесь, граф. А то я не посмотрю на возраст и вырву ваш лживый язык.
— За лживый язык — ответишь. Ты уговорил Андрия остаться дома, пока сам обтяпывал свои грязные делишки. Не старайся так. Всё равно Милица тебе не сможет принадлежать. Андрий ввёл её в род. И она под защитой Самбирских.
Лицо Владимира стало белее снега и только глаза горели лихорадочным голубым огнём.
— Если всё, что вы сказали правда, то почему Андрий здесь? — спокойно спросил ведун.
— Мы приехали спросить с тебя за измену слову — встрял в разговор Андрий — Вместо того, чтобы защищать нас. Ты посягнул на мою невесту.
— Спросили? Теперь показывай, где спрятана Милица.
«Сколько же самообладания и силы духа в этом парне» — восхитился князь.
— Так откуда же я знаю — разнервничался молодой граф — ты украл, ты и показывай.