Моя Женщина (СИ)
В этот раз я не досчитался монеты на второй день. Мои взять не могли - знают, что за это будет, а кроме хозяина, что с дочкой приезжал обговаривать фронт работ, никого в доме не было.
Значит, маленькая чертовка утащила.
И мы провозились с колеровкой и покраской неделю. Хозяин был готов оплатить непредвиденные расходы по материалу, но не вышедшее за пределы договора время, и мне пришлось долго улаживать этот вопрос.
Ребята за спасибо работать не станут и из своего кармана оплачивать норма часы я тоже не собираюсь. В итоге, потеряв вагон нервов, сил и немного денег, я вернулся в город за три дня до Нового года.
Заварил кофе и открыл окно на кухне, чтобы покурить, когда увидел Веру с елкой в руках.
Ну, что за женщина! Неужели понесет сама на восьмой этаж?
Лифт работал, я это точно знал, но все равно бросил не докуренную сигарету в пепельницу и, накинув куртку поверх майки, как есть, побежал помогать.
То, что от помощи не отказалась, радовало. В дубленке и пушистой шапке, с ненавязчивым макияжем и поджатыми губами она напоминала мне нахохлившегося воробушка и я улыбался, как дурной, боясь засмеяться в голос.
Пока ехали в лифте, считал секунды до остановки. Может быть, в этот раз фортуна будет на моей стороне и мы застрянем? Вдвоем, я и Вера. И ель, колючки которой заставляют нас стоять так близко друг к другу.
Но лифт благополучно доехал до места назначения и я опять рискнул предложить Вере свою помощь. На этот раз она согласилась без долгих прелюдий. Даже тапочки вручила, чтобы босые ноги не застудил. Когда кто-нибудь обо мне так заботился?
Не вспомнил бы, даже если захотел.
Ель установил за минуту и, пока мыл руки, думал, что впервые за долгое время женщина командовала мной, а мне... нравилось. Не хотелось ни спорить, ни критиковать.
Это ведь хороший знак? Черт его знает!
Вернулся в гостиную и залюбовался тем, как задумчиво и спокойно она перебирала старые стеклянные игрушки. Как примеряла зайцев и грибочки то на одно, то на другое место, чтобы было красиво. Вера не торопилась, проживая жизнь в моменте, который мне нестерпимо хотелось разделить с ней.
Встретил взгляд карих глаз и завис.
Просто не долюбили Веру, крепко не долюбили, не додали заботы и чувства безопасности. Она не знает, что такое настоящее мужское плечо рядом. Вот и храбрится, когда на деле самая настоящая слабая маленькая девочка…
- Нужна помощь? - спросил, уже заранее зная ответ.
- Нет, спасибо, дальше я сама, - Вера постаралась улыбнутся, а я испытал горькое разочарование.
А сам-то, Баев, что знаешь о том, как быть этим крепким мужским плечом? Можешь ей его предложить? Тоже мне, нашелся защитник. Не от себя ли будешь защищать?
Настроение упало и, в последний раз приласкав Веру взглядом, я буркнул:
- Понял. С наступающим, соседка! - и вышел за дверь.
Соседка! Дернул же черт за язык!
Днем на объекте некогда было про Веру думать, но ночью… лежа на неудобной кровати в провинциальном отеле, я вспоминал ощущение от ее тела в своих руках и терял связь с реальностью. Уехал, чтобы забыть, а в итоге только сильнее впечатал ее образ на подкорку.
Вера…
Я мерил квартиру шагами, пытаясь успокоиться. Получалось плохо. Мысли водили хороводы вокруг Веры - потребность быть с ней, слушать ее, узнавать и защищать стала похожа на одержимость.
Вот всегда так со мной - если чего-то хочу, не успокоюсь, пока не получу. А с Верой так, как привык, нельзя. Не выдержит грубого натиска - стоит раз ошибиться и потеряю ее расположение навсегда.
А ведь она ко мне расположена?
Я откинулся в кресле и вытянул ноги. Спокойно, Игнат, выдыхай. Есть проблема, есть решение. Наверняка существуют вещи, которые Вера оценит. Нужно только их найти…
Зазвонил мобильный и я скривился, подумав сначала, что это Ведьма, но звонил Максим.
- Здорово, Игнат. Ты где?
- Дома, чего хотел?
- Место посмотреть договаривались, помнишь? У меня и снаряжение с собой, будем у тебя через полчаса.
Запрокинул голову - в попытке очаровать Веру я обо всем забыл!
- Жду, - ответил коротко и отключился.
ГЛАВА 27. Часть 1. Новый год
Утром тридцать первого декабря Вера уже была у плиты. Сыновья обещали прибыть к пяти и она собиралась восполнить все, что они потеряли, питаясь в столовой при училище.
По телевизору крутили Иронию судьбы и, потроша селедку, Вера в полголоса напевала любимые песни из детства. В ее семье Новый год всегда был особенным праздником. Важнее даже дня рождения, когда за большим столом собиралась вся семья.
Зазвонил телефон и Вера коротко ответила:
- Надь, давай быстро! Руки заняты.
- И тебя с наступающим! Ну, рассказывай?
- Чего рассказывать? - Вера сразу поняла, что сестру интересует, но предпочла притвориться уткой.
- Что с соседом? - заговорщически протянула она. - Ты уже заглядывала к нему... за сахаром?
Нет, Надь, - Вера улыбнулась. - Но он заглянул ко мне недавно, помог поставить елку.
Про танец на корпоративе Вера благоразумно промолчала.
- О! Вы будете отмечать Новый год вместе? - чуть не поперхнулась она.
- Нет, с чего ты взяла? Это был дружеский жест! Ко мне сыновья приезжают, Надь.
- Вера, какие сыновья! Ты с ними и так последние двадцать лет каждый Новый год - вот скажи, зачем молодым парням с тобой сидеть, а? Им что, больше делать нечего?
- Надь, я их четыре месяца не видела...
- Нет, вы только послушайте, у нее есть шанс встретить Новый год с мужчиной, а она приклеилась к сыновьям, между прочим, уже давно не маленьким! Помнишь - как Новый год встретишь, так его и проведешь!
- Новый год - семейный праздник, - бурчит Вера в трубку.
- Вот именно! Чем не повод стать членом семьи мистера Игната Батьковича? Ну, или на худой конец, принять его под крыло нашей, большой и дружной. Авось, такого красавца не обидим!
Надя засмеялась и Вера тоже не удержалась.
- Все, Надь, давай, я пошла. У меня еще три салата на очереди.
- Ты там роту кормить собралась? Надеюсь хоть голубка своего бывшего не позвала?
- Не позвала. И не мой он уже, я на прошлой неделе на развод подала.
- Ну, и правильно, - тут Надя не шутила и не смеялась. - Ладно, возвращайся к станку, рабыня! И, слышишь меня? Отпусти сыновей на праздник! И устрой праздник себе!
- Ладно-ладно, с наступающим! - и Вера отключилась.
Сама не заметила, как день перевалил за середину. Уставшая, но довольная, Вера осмотрела праздничный стол. Постаралась она на славу и приготовила все, что мальчики так любили. А кто будет потом это доедать, Веру не волновало - она хотела максимально окружить заботой и любовью взрослых и таких красивых сыновей.
Открыла дверь и расцвела, увидев перед собой бритые головы и красные с мороза носы. Поочередно обняла и поцеловала каждого, приняла из рук пакеты и цветы. Пашка поставил на стол торт в картонной коробке.
- С наступающим, мамуль! - Вера улыбнулась и велела обоим мыть руки.
Пока они галдели в ванной, переоделась сама, расчесала с утра накрученные в бигуди кудри, раскладывая пшеничные локоны по плечам. Выбрала любимое бордовое платье на запахе и вышла к столу.
Оба сына в парадной форме встали, освобождая Вере место и пододвигая стул.
Они ели и оживленно рассказывали о своей жизни в общежитии при училище, она улыбалась и в сердце щемило от тоски и безграничной гордости, приправленной бескорыстной материнской любовью. Ее сыновья, ее гордость! И, она была в этом уверена, опора на долгие годы.
- Мам, ты чего загрустила?
Вера махнула рукой.
- Пойду чайник поставлю, - и вышла на кухню смахнуть непрошеные слезы.
Мальчишки про Костю не спрашивали. Это Веру настораживало и пугало, но начать разговор первой она не решалась. Боялась, что не сможет подобрать слов, а увидеть разочарование на лицах сыновей было выше ее сил!
В дверь позвонили и Вера вздрогнула. Неужели Костю нелегкая принесла? Подошла к двери и замерла в нерешительности. Позвонили снова и Вера открыла.