Талант новичка (СИ)

Дракон склонил голову.
— А как насчёт стакана? — я развёл руками. — Да вся моя жизнь — пустой стакан. Я, можно сказать, нахожусь в перманентном цейтноте.
— Но она тебе нравится. Особенно, помогать другим.
— Ну да... В смысле: если я могу кому-то помочь, я же не могу отказаться?
— Почему?
Я моргнул.
— Как это, почему?.. Глупый вопрос какой-то, уж извините, мессир.
Теперь дракон смотрел на меня так, словно ждал, что я заполню пустоту.
И я честно прислушался к себе. А потом изрёк:
— Самое трудное для любого существа — это познать себя. Философы, психиатры, гадалки — все бьются над вопросом: почему мы совершаем те или иные поступки? Жаль, что никто из них не догадался спросить меня. Потому что я знаю ответ. Точнее, ТРИ ответа: потому что так надо, потому что это правильно... И потому что ХОЧЕТСЯ. Или вы хотите сказать, что желание помогать ТОЖЕ заложили в меня ведьмы-крёстные?
— Нет, не хочу, — решительно помотал головой Князь. — Потомок Коммодов и Золотовых... — он возмущенно фыркнул. — Чтобы мой внук... — взгляд его выражал не то, чтобы презрение — нет. Скорее, жалость. Как к безнадёжно больному. — Чтобы мой внук бегал по парку, подсаживая в гнёзда выпавших птенчиков...
— А ещё я пацифист.
— Святой Люцифер!
— Я вам разве не говорил?
— Я думал, это шутка.
— Иногда люди всё-таки говорят серьёзно.
— Тогда, надеюсь, это лечится.
— А я надеюсь, что нет.
— Но почему?.. — Князь вскочил и воздел руки к куполу шатра. — За что это мне?..
— Ну почему же только вам? — я скромно потупился. — Думаю, это для всех.
— Да чтоб я лопнул!
— Простите, с этим помочь не могу. Я не волшебник. Я только учусь.
Дракон схватился за голову и рухнул обратно в кресло. На лбу его сам собой образовался холодный компресс.
Он немножко так полежал, пуская из ноздрей густой дым. Сначала к дыму примешивались язычки пламени, потом чёрная копоть.
Когда дым стал белым, Князь отбросил компресс и посмотрел на меня искоса, как большой недовольный страус.
— Ты знаешь, что твой дед Золтан выколол мне глаз? — спросил вдруг дракон.
— Сие событие запечатлено на гобелене, — кивнул я. — Который собственными руками вышила Аурика Коммод. Ваша...
— Дочь. Была дочерью, — Князь выпрямился и щелкнув пальцами, материализовал стакан с водой и бумажный пакетик. Развернув пакетик, он высыпал себе на язык белый порошок, кисло поморщился и запил лекарство водой. — Полюбив смертного, она отказалась от своей драконьей сущности. Ушла из Благора в Заковию, прожила... — он сделал ещё глоток воды. — Долгую, по меркам людей, жизнь... Но так как её избранник был смертным, приняла решение умереть вместе с ним.
— Она не захотела вернуться в Благор? Или... Вы её не пустили?
— Драконы — однолюбы, — Князь поморщился так, словно я сказал бестактность. — Аурика ВЫБРАЛА человека, и для неё не было пути назад.
— Она ушла... ДО того, как Золтар лишил вас глаза, или ПОСЛЕ?
— После. Точнее, во время, — дракон поморщился. — Это было во время нашего... Инцидента.
— Я знаю, что вы были союзниками, — вставил я. — Вы вместе воевали против гремлинов. Но... Что-то пошло не так, и вы поссорились.
— Поссорились? — фыркнул дракон. — Это была не просто ССОРА! Это было... — он замолчал.
— Что? — быстро спросил я. — Что могло стать краеугольным камнем распри, которая длится вот уже полторы тысячи лет? Не хотите отвечать? Тогда скажу я: НИЧЕГО. Пшик. Пустое место, — я взял драматическую паузу. А потом продолжил: — Но вы были слишком горды, чтобы признать: ваша ссора не стоит выеденного яйца. Только родственники могут разругаться на всю жизнь из-за того, что кому-то досталась чашка с отбитым краем. И раздуть из этого настоящую войну... Целые армии. Куча детей осталась без родителей. И знаете, что? Это неправильно! Некрасиво втягивать в семейную распрю ПОСТОРОННИХ.
— ЭТО БЫЛА НЕ ССОРА, — прорычал дракон. Во время моей длинной тирады он только втягивал носом воздух и темнел лицом. И теперь его прорвало. — Золтар повёл себя нечестно. Он первый начал!
 
Я закатил глаза. Как это по-взрослому! "Он первый начал"... Сколько конфликтов начинается именно с этих слов?
— Когда выиграл у вас в карты? — невинно спросил я.
Князь Драконьего двора поперхнулся.
— Что?.. Но как ты...
— Об этом он ТОЖЕ написал в своей книге, — сказал я. — На самой первой странице. Вы играли в карты, и так как оба изрядно набрались, то вы — в шутку — предложили поставить на кон свой глаз. "Да я скорее лишусь глаза, чем проиграю" — это, я так понимаю, цитата. Золтан поддержал. Высокие отношения, что уж тут уж... Мой дед выиграл, и когда вы захотели отыграться, он предложил поединок. Точнее, военное противостояние.
— Он оскорбил меня трижды, — пыхнул дракон.
— Выиграл в карты, предложил решить спор на поле боя, и отнял самое дорогое, что у вас было... То есть, глаз. Аурике было так за вас стыдно, что она решила изменить историю. Похоронить байку о карточном проигрыше. И создала великолепное полотно, под названием "Инцидент", глядя на который любой дурак поймёт, что война между людьми и драконами началась из-за честной, благородной причины, а не на пустом месте, — я осуждающе посмотрел на дракона и поцокал языком. — И после этого вы обвиняете меня в глупости. Ай-яй-яй... Как не стыдно?
— Я — Князь Драконьего двора! Я — Истина в последней инстанции. Мне не может быть стыдно.
— Это до тех пор, пока широкие массы не узнают, из-за чего весь сыр-бор, — рассматривая ногти, произнёс я.
— Чего?
Теперь дракон походил на быка. Которого несправедливо обидели киянкой по голове.
— Скажите, мессир. А много людей СЕЙЧАС знает, из-за чего вы воюете вот уж полторы тысячи лет?
— Хватит это повторять, — рявкнул Князь. — Я и сам прекрасно помню, сколько прошло времени. Я там был!
— И всё-таки?..
— ЛЮДЕЙ знает немного. Только ты, если подумать... — и он воззрился на меня так, словно прикидывал: а много ли будет хлопот, если меня убрать по-быстрому?..
— Ну, исходя из новейшей истории, я не совсем человек, — сложив пальцы домиком, я опёрся локтями о каменную поверхность стола. Ух и холоднючая! Как надгробие. Тьфу, тьфу, тьфу... — А во-вторых, я имел в виду и драконов тоже.
— Но ты сказал: людей, — угрюмо буркнул дракон.
— Это фигура речи.
И тут Князь Драконьего двора сделал то, чего я от него совсем не ожидал. Он закатил глаза.
А потом расхохотался. Шатёр наполнился густыми клубами сизого дыма и запахом тухлых яиц. Снова.
Я морщился, но стоически терпел.
— А ведь я был к этому не готов, — сквозь смех и дым выдавил дракон. — К тому, что простая беседа с внуком может свести с ума.
— Опять же, выражаясь исключительно фигурально, — мягко заметил я. — Чтобы выбить из колеи такое древнее существо, как вы, Князь, понадобится нечто покруче, чем простой студент экономического факультета.
— Ты — принц Золотов, — строго поправил дракон. — А не какой-то там студент. Помни об этом. Всегда.
— Боюсь, даже если я и захочу забыть, мне этого не позволят, — я вздохнул. — Обязательно набежит толпа родственников, начнёт давить на моральную мозоль...
— Есть Право, — кивнул Князь. — Оно уравновешивает Обязанности. Вот почему ты не можешь пройти мимо, и не оказать помощи. В тебе говорит твоя кровь. Кровь прирождённого правителя.
Я фыркнул.
— А знаете, мой папаша, в ту нашу единственную встречу, говорил то же самое. И кстати: не знаете, куда он подевался?..
— Эхх, — дракон выдохнул ещё один клуб душного дыма. — Скольких проблем мы бы могли избежать, если бы Зиня не пропал...
— Зиня?..
— Ну да, Зиня. Мой пра-пра-пра... в общем, внук. С ним всегда можно было договориться.
— Особенно, если речь шла о военных действиях, с огромными выплатами по ставкам.
— И далась тебе эта война.
— Не мне. Вам. Я-то как раз хочу всё прекратить.