Вкус ночи (СИ)

Меня разбудил тихий голос. Мой голос…
Я резко подскочила и, не успев протереть глаза, уставилась на Брендона.
Он взволновано смотрел на меня, поглаживая Мими, которая лежала у него на животе.
— Ты пришел в себя. — сказала я хрипло и очень тихо. — Как… как ты себя чувствуешь? Что-нибудь болит?
Он мягко улыбнулся, и у меня сжалось сердце. Грудь наполнилась теплом.
— Не в полном порядке, но помирать не собираюсь. Точно не сегодня. — его улыбка стала шире.
— Не шути так. — я поджала под себя ноги и уткнулась подбородком в колени.
Из-за его слов внутри растекся яд, а на глаза навернулись слезы.
— Ката..
— Я не хочу тебя потерять, Брен. — едва слышно сказала я.
Либо он не расслышал, либо не нашелся, что сказать. Я посмотрела ему прямо в глаза.
— Ты можешь возненавидеть меня, но я больше не могу это скрывать.
Я сделала глубокий вдох, приготовившись. Сердце билось так громко и сильно, что это было почти оглушительно и больно.
— Я согласилась выйти замуж за Кристиана не из любви. Я никогда его не любила… по крайней мере, как мужчину. Мы с Фло едва сводили концы с концами, из-за долгов ее могли упечь в тюрьму. Я не знала, что делать. Как выбраться из этого положения. Пока не появился Кристиан. Он открыто заявил о своем интересе ко мне, а после предложил сделку. Я согласилась.
Его — мои — глаза потемнели. Лицо, только-только обретшее краску, побелело.
Мой голос задрожал от страха:
— М-мое т-тело в обмен н-на его покровительство. Мне было плевать, что будет со мной, но я не могла бросить Флору. Она все эти годы спасала меня, жила ради меня, не знала другой более легкой жизни. Благодаря ей, я оказалась в академии и благодаря ей… я… я..
Я запрокинула голову и протяжно выдохнула. Слезы жгли глаза, но я не позволяла себе плакать.
Брен не требовал, чтобы я рассказывала дальше. И пока он молча ждал, я брала себя в руки.
— К-кристиан оказался другим. Не таким, как многие вампиры: жестоким, беспринципным, бесчувственным монстром. Он был осторожным, заботливым, терпеливым. Он избавил нас с Флорой от проблем, оплатил все задолжности, уберег ее от заключения и сохранил ее лавку. Позволил мне остаться в академии. Что самое главное, он не заставлял меня спать с ним. Только просил раз в неделю позволять питаться мною.
Брен судорожно выдохнул. Я метнула в него напуганный взгляд. Парень запустил пальцы в волосы и сжал их, глаза закрыл.
— Брен..
— Дальше, Ката. — сказал он твердо.
Я молчала слишком долго, потому что боялась сказать ему. Следующие слова могли перечеркнуть все. Если прошлые уже это не сделали..
Наконец, решившись, я продолжила:
— Я бы хотела, чтобы все было по-другому. Я бы хотела быть с тобой, Брен. Черт возьми, да я люблю тебя больше жизни! Но… но… я… не могу. Да и после этого..
Он уставился на меня, как на призрака. Его взгляд был наполнен такой болью, такой мукой..
Я больше не смогла сдерживать слезы. Задрожала, чувствуя, как разваливаюсь на части.
— Что? — жестко спросил он спустя долгую минуту.
А может, и больше. Я уже успела рассыпаться на мелкие частицы.
— Что, Ката?
— Ты не поймешь меня. — я отвернулась от него. — И не простишь. И возненавидишь..
— За что я должен тебя прощать? За то, что ты спасала свою единственную семью? За то, что пыталась выжить? Да черт бы все это побрал! Я не осуждаю тебя. Я не ненавижу тебя. Это попросту невозможно.
Смаргивая слезы, я повернулась к нему. Все внутри замерло, либо, чтобы взорваться, либо, чтобы наполниться теплом.
— Я люблю тебя, Веснушка. Ты лучшее, что случилось в моей жизни. До тебя я и не жил вовсе. Мир был бесцветным, ненужным, пустым. Только после встречи с тобой я увидел все то, что не замечал раньше. Отец настолько сломал меня, что… — он немного помолчал, не смотря на меня. — Ты исцелила меня.
Его слова, как лучи солнца, обогрели меня.
Однако, стоило вспомнить нечто важное, нечто что играло самую главную роль, как я снова лишилась необходимого тепла.
— Я дала ему клятву. Вот почему я принадлежу ему, Брендон. Полностью. Мое тело, душа. Кровь. Все его.
 
  
Глава 30. Последствия
 
***Брендон***
Я медленно открыл глаза. Рядом со мной, положив голову мне на грудь и обняв меня, спала Ката.
Губы растянулись в довольной улыбке, но она тут же погасла, стоило услышать запах крови.
Я медленно выбрался из-под Веснушки и, сев, осмотрел ее.
Миниатюрное тело любимой не было ранено, но ее кожа была совсем бледной. А ее запах… я его едва чувствовал.
Но кровь… Я мгновенно о ней забыл.
Резко взметнул руки к лицу, чтобы ощупать его. Колючая щетина царапнула ладони, которые через мгновение встретились с волосами. Короткими волосами!
Радость наполнила грудь, в которой, черт возьми, билось мое сердце. Мое! Все вернулось! Прилив сил едва не подорвал меня с места, но на голову будто кирпичи посыпались.
Я вспомнил, что пришлось пережить. Боль, ужас, отчаяние. Вспомнил, что было после. Слова Каты, ее признание, породившее надежду и безжалостно ее отнявшее.
Горло сдавило. Сердце билось медленно, будто совсем грозилось остановиться, пока я смотрел на свою пару.
Пару, которая принадлежит брату. Клятва не позволит Кате выбрать меня. Только если Кристиан ее не разорвет.
А он этого не сделает ни за что на свете. Даже если я заявлю, что Каталея — моя возможная кровная пара.
Кузен заставит меня пройти тестирование, и то обязательно подберет мне совершенно чуждую мне женщину. Я больше, чем уверен.
Найти пару можно самостоятельно, но это сложно. Придется перепробовать кровь всей республики, что вообще невозможно.
По закону вампиры могут питаться только теми, кто позволил это, не принуждая и не используя силу и воздействие. В большинстве случаев женщины нас не особо жалуют.
Короче, я в заднице… Девушка, которую я люблю и которая мне подходит, принадлежит кузену.
— Брен? — нежный голос Каты привлек внимание.
Мы смотрели друг на друга какое-то время. Ката ласково улыбалась мне, а я… Я не дышал, в голове звенел мой полный отчаяния крик.
Ката резко подскочила. Вытянув трясущиеся руки, она осмотрела их. И без того бледная кожа совсем побелела.
— Не может быть… — выдохнула она, ощупывая руками лицо, волосы, шею, грудь.
Легкие сжались, каждый вдох стал даваться с болью. Они будто наполнились стеклом. Я даже чувствовал привкус крови во рту. А-а, это я прокусил щеку.
Веснушка тоже радовалась недолго. Вспомнив, что произошло несколько часов назад, она вскинула на меня испуганный взгляд и чрез пару мгновений подскочила с кровати, чтобы броситься к зеркалу.
Я, как груда каменей, развалиной седел на кровати и смотрел на простыни. На них были капли крови. Вот откуда этот запах. Запах моей пары.
Дверь в спальню резко распахнулась и влетел злющий, как черт, Кристиан. За ним спешили трое перепуганных охранников, которых брат оставлял за «главных».
Заметив Каталею, кузен стремительно приблизился к ней, заставив ее вздрогнуть, и обнял ее. Из его груди вырвался облегченный вздох.
— Милая..
Я сжал кулаки, разрываемый от желания наброситься на него. Внутреннее чудовище жаждало его крови.
С возвращением кузена особняк подняли на уши, чтобы выяснить, как ублюдки-анимпы попали внутрь.
Перед отъездом Кристиан установил надежную систему безопасности. Каждый, кто приходил к нам, подвергался проверке, в ходе которой узнавали о мотивах прибывших.
Давно я не видел кузена в бешенстве. Вся охрана, что служила ему, едва не подверглась массовой расправе.
Ритуал перенесли на неделю, чтобы провести расследование и позволить Каталее прийти в себя и как следует набраться сил.
За пару дней выяснилось, как все же анимпы проникли внутрь. В основном пользу принес допрос Алиллы.