Удачный брак
И все. Никаких объяснений. Никаких оправданий.
— Забыла? — переспросила Аманда.
— Да, — резко ответила Кэролин. — Я была занята. Я ведь работаю, помнишь?
— Просто я так о тебе волновалась. Перепугалась до полусмерти.
Да уж, не то слово. Аманда не могла избавиться от ощущения, что с Кэролин произошло что-то ужасное. Хотя Кэролин и говорила с ней по телефону, доказывая, что ничего не случилось.
— А еще… я хотела рассказать, что планирую последовать твоему совету. Я серьезно поговорю с Заком. Ты права. Нужно что-то менять. Мне не понравилась идея переезда Кейза и до сих пор не нравится. Я отправила его в этот идиотский лагерь, чтобы как-то загладить вину, а теперь меня мучают кошмары. Это смешно. И все потому, что я промолчала. Учитывая, что мой отец ошивается в районе, мне нужно… короче, я все скажу Заку.
Она ожидала, что Кэролин прокричит «ура-а-а-а!». А потом скажет, что Аманда просто умничка и прочие мотивирующие слова.
— Круто, — буркнула Кэролин таким тоном, будто ей плевать.
Гнев закипал в груди Аманды.
— Знаешь, мне кажется, отец следил за мной в парке, поскольку я там торчала, как дура, и ждала тебя.
— Правда? — Наконец Аманде удалось завладеть вниманием Кэролин, но подруга и не думала раскаиваться.
— Правда!
— Слушай, Аманда, — сказала Кэролин. — Мне нужно кое-что тебе сказать. Надо было раньше, но мне не хотелось тебя пугать. Такое впечатление, что ты уже испугана, поэтому…
— Что случилось? — Ладонь Аманды вспотела.
— Я думаю, я его видела. — Кэролин с шумом втянула воздух, словно бы задержав дыхание.
— Видела кого?
— Твоего папу. Когда я выходила из твоего дома.
— Что?! — У Аманды задрожала рука. Она попыталась сделать глубокий вдох, но грудь сжало в тиски.
— Через несколько домов от вас. Он сидел на крыльце, — сказала Кэролин. — Встал, когда увидел меня. Было темно, так что я не могу быть на сто процентов уверена. Но думаю, это был он. Он такой огромный, не перепутаешь.
Самое время ощутить новую волну ужаса, но что-то в словах Кэролин не сходилось.
— В каком смысле «темно»? — Кэролин ведь приходила рано утром. — Ты что, была у меня дома ночью?
— Ну, утром.
— Ты только что сказала, что было темно.
— Нет, нет, я лишь хотела сказать, что не разглядела его лицо. Вот и все. А с чего вдруг этот допрос? Я лишь пытаюсь помочь.
Аманда вспомнила слова офицера Карбона: стоит сосредоточиться на вопросе, как он вас нашел. Так как же отец выследил ее в Бруклине спустя столько лет?
— Ладно, — процедила Аманда. — Спасибо.
— Слушай, мне пора. — В голосе Кэролин снова слышалось раздражение. — Позвоню потом.
Но прошел час, а Кэролин так и не позвонила. Честно говоря, Аманда не была уверена, что хочет поговорить с ней. Что бы там ни происходило у Кэролин, у Аманды из-за этого неприятно посасывало под ложечкой.
Только в начале первого Аманда услышала наконец шаги мужа на лестнице. Пройдя в спальню, он разденется в их огромной гардеробной, как всегда делал, и потом тихонько проскользнет под одеяло на своей стороне постели, чтобы не разбудить ее. Будто это бомба с часовым механизмом, а не жена. Разумеется, спустя минуту он открыл дверь, потом переоделся в полумраке гардеробной и осторожно забрался в постель, не прикасаясь к ней. Прощение — побочный продукт любви. Что, если проблема именно в этом? Что, если ей нужно сильнее стараться, чтобы простить мужу его недостатки? У нее ведь тоже они есть, да?
Зак. Аманда воображала, как шепотом обратится к нему. Мне страшно. Но потом Зак тяжело вздохнул, как он часто это делал. Как будто пытаясь примириться с их невыносимой ночной близостью. Нет, Аманда ничего не скажет. Но папа-то будет подбираться все ближе. Заку нужно знать. Но для этого ей нужно побыть с ним рядом, чтобы улучить минутку и рассказать ему. Такая ерундовая просьба. Немного времени.
Аманда зажмурилась.
— Я хочу, чтобы завтра ты кое-что сделал, — начала она, а сердце зашлось в бешеном стуке в темноте.
— Да? И что же? — спросил Зак, словно бы для нее было абсолютно нормально что-то спрашивать посреди ночи.
Их брак был определенно недостаточно прочен, чтобы удержать Аманду на плаву. Но больше у нее все равно ничего не было. Не было другого выбора, кроме как протянуть руку и ухватиться за соломинку.
— Мне нужно, чтобы ты кое-куда со мной завтра пошел.
В этот раз голос звучал более раздраженно.
— Это куда?
— На вечеринку, — выдавила Аманда. — К моей подруге Мод. Она дружит с Сарой, которая работает в нашем фонде. Неловко, что ты никогда не принимаешь приглашения. Они обижаются.
— Это абсурд, — сказал Зак, словно бы это был научно доказанный факт.
— Нам нужно пойти. Поскольку ты мне там нужен.
Для нее это много значило. Они могли бы вместе прогуляться, и она бы рассказала про папу. Но разве нельзя было рассказать прямо сейчас? Можно. Она это правда понимала. Но рассказать не получалось.
— А кто еще там будет? — буркнул Зак.
— В основном родители детей из Грейс-Холл, как мне кажется.
— Ааа… — Он молчал бесконечно долго. — Тогда ладно. Но я не смогу остаться надолго. У меня работа.
После этого он повернулся на бок и уснул.
Лиззи
10 июля, пятница
Я вышла из метро на Седьмой авеню неподалеку от Флэтбуша и направилась к особняку Сары на Первой улице. У меня появились подозрения относительно Сары, хотя я не могла себе представить, чтобы такой миниатюрной женщине физически хватило сил убить кого-то клюшкой для гольфа. Но она же почему-то солгала насчет бухгалтера. Они с Заком могли быть в чем-то сообща замешаны, например, в махинациях с деньгами фонда или даже в смерти Аманды.
Учитывая, что платеж мне не светил, я покинула офис «Доказательной аналитики» без папки с данными, пообещав Милли:
— Я поговорю с Винни. Свяжемся. — Прости меня, пожалуйста. — Целая гора поводов для извинений. — Я понятия не имела, что у Зака так туго с финансами. Но я заставлю оплатить ваши услуги. У Зака остался еще особняк. Должно быть какое-то незаложенное имущество.
Милли упомянула, что можно остановиться на простом сопоставлении отпечатков, а это мог позволить себе даже Зак. Хотя Милли хотела совсем другого, но я прочла между строк: если я получу образец отпечатков Ксавье Линча и если эти отпечатки совпадут с тем кровавым следом на лестнице, оставленным в ночь убийства, это обвинения с Зака снимет. Тогда я буду свободна. Если. Сплошные «если».
Но у этого плана много сложностей. Начнем с того, что это все умозрительные заключения. А еще мне придется одной ехать в Сент-Коломб-Фоллс. Денег оплачивать других детективов у Милли нет, даже если бы я готова была ждать, пока кто-то не освободится. А ждать я не хотела.
Я перешла через Седьмую авеню и пересекла площадь Сент-Джонс-Плейс, и тут заметила рекламный плакат на противоположной стороне улицы: изящная меловая надпись на доске и кислотно-розовая роза в центре. «Цветы на Слоуп», — гласила вывеска над аркой, стрелочка указывала вправо. Я остановилась и порылась в сумочке. У меня была карточка из тумбочки Аманды. По крайней мере, можно зайти и спросить у продавцов, не опознает ли кто-то в Ксавье Линче человека, который отправлял цветы. Вряд ли мне это поможет сойти с дорожки, которая ведет к насильнику, но это может стать отправной точкой.
Когда я открыла дверь, звякнул маленький колокольчик над дверью. Бутик «Цветы на Слоуп» занимал узкое эффектно отделанное помещение, за прилавком стояла пожилая привлекательная женщина, волосы которой были собраны наверх и подвязаны шарфом. Она слегка выпятила верхнюю губу, сосредоточившись на букете из желтых цветов. Она что-то довольно мурлыкала себе под нос. При виде этой женщины меня охватило сожаление.
Я представила себя на ее месте: такая же счастливая, занимаюсь любимой работой, рядом со мной Сэм, и у меня кристально чистое прошлое. И вот она я настоящая: пишу одно за другим письма лучшей подруге по университету о том, в какой кошмар превратилась моя жизнь. Письма, которые мне слишком стыдно даже просто отправить. В глубине души я понимала, что все это — мои секреты, наш брак с Сэмом, несмотря на все его проблемы, даже то, что меня обманом втянул в это дело Зак, — никак не связано. Как только вся эта неразбериха с Заком закончится, нужно будет выбираться из собственной ямы и по крайней мере рассказать лучшей подруге по юрфаку про пьянство Сэма. Весьма рискованно жить, храня секреты. В конце концов, если бы у меня их не было, Зак не смог бы использовать их против меня.