Наречённая дорханца (СИ)

Дверь скрипнула, и я тут же повернулась обратно, чтобы поморщиться. Конечно же, у Мáрина на аудиенции был Дариан.
Дорханец расплылся в улыбке, заметив меня, и подошёл.
— Маленькая Сури.
— Дариан.
— Надеюсь, твой день проходит хорошо.
Я посмотрела ему в глаза, стараясь показать, что не боюсь его. Хорошо, что он не знал, что заставлял меня нервничать, что из-за него у меня потели ладошки и тряслись коленки. Этот мужчина умел вывести из равновесия.
«Я храбрая. У меня есть цель. И он не должен меня интересовать», — словно мантру повторяла я про себя, прежде чем ответить ему.
— Конечно, хорошо. Работы много.
— Отдыхать тоже нужно, маленькая Сури, а то так и заболеть недолго.
— Не стоит обо мне беспокоиться, Дариан. Со мной всё будет хорошо.
Его внимательный, слишком внимательный взгляд скользнул по мне, а потом он протянул руку и погладил пальцами меня по щеке.
— И всё же я беспокоюсь, маленькая Сури.
— Я этого не оценю, поэтому не стоит.
Он замер на мгновение, переваривая мои слова, а потом разразился хохотом.
— Ну и баловница же ты, Сури.
Подарив ему кривую ухмылку, я его обошла, направляясь к кабинету повелителя.
— Мáрин просил его не беспокоить, — услышала я голос Дариана.
Быстро оглянувшись на него и ничего не сказав, я вошла в кабинет.
Мáрин сидел в кресле за столом и что-то писал, потом зачёркивал и снова писал.
Откашлявшись, я поклонилась, когда он поднял голову и посмотрел на меня.
— Сури? Что-то случилось? Я просил меня не беспокоить.
— Простите, господин, я отвлеку вас ненадолго.
Он отложил перо в сторону и кивнул мне, чтобы я подошла ближе. Так я и сделала.
— Господин, я хотела попросить вас разрешить мне взять пару стражников.
— Куда ты собралась?
— В порт. Покои для Юлии практически готовы, осталось мелочь. Но хотелось бы завершить всё до её приезда.
— Конечно, я понимаю. Дариан, — крикнул он неожиданно.
— Нет, прошу только не… он.
Повелитель странно на меня посмотрел, когда мой протест вырвался у меня.
— Почему не он?
Я опустила голову, ругая себя.
— Ответь, Сури.
— Просто… — начала я, но тут зашёл Дариан.
— Господин, вы звали меня?
— Да, друг мой, звал.
Дорханец подошёл к нам и встал рядом со мной.
Я не смела посмотреть на него, так же, как и на Мáрина. Я сейчас просто сгорала со стыда.
— Я бы хотел, чтобы ты выделил для Сури сопровождение.
— Маленькая Сури куда-то отправляется? — удивлённо спросил мужчина.
— Да. В порт. Дорога туда не совсем безопасная. И долгая. Поэтому прошу тебя, Дариан, выдели ей в охранники самых лучших своих людей.
— Простите меня, господин, но боюсь, что я не смогу доверить никому маленькую Сури, кроме себя.
Я ожидала, что он это скажет и поэтому не смогла сдержать фырканье, которое, конечно же, привлекло ко мне внимание мужчин.
— Ты возражаешь, маленькая Сури?
К моему сожалению, я не услышала в его голосе нотки сожаления, будто он знал, что я стану противиться. От этого стало так противно, но всё же я нашла в себе силы, чтобы посмотреть этому наглецу в глаза.
— У вас и без меня много дел. И я бы не хотела отвлекать ваших людей от их занятий, какими бы они не были, — уже тихо добавила. — Я могла бы попросить кого-нибудь из местной стражи сопровождать меня.
— То есть их ты не боишься отвлекать от дел?
Я поджала губы от досады. Ишь какой умный. Если все дорханцы такие сообразительные, то понятно, почему их считали лучшими воинами.
— Боюсь, но я их хотя бы знаю, — попыталась оправдаться я.
Мáрин, который хранил молчание, с интересом наблюдал за нашей перепалкой.
— Вот как?
— Именно, — кивнула я и перевела взгляд на господина, надеясь, что он меня поддержит. Но тот не оправдал моих ожиданий.
— Я думаю, тебе стоит принять предложение Дариана. Всё же никто кроме него лучше тебя не защитит.
Я открыла рот, чтобы опровергнуть его слова, но Мáрин жестом приказал мне замолчать.
— Что ж, решено, сопровождай её, Дариан. Но помни, что ты должен вернуть её в целости и сохранности. Считай, что ты сопровождаешь меня.
 
— Будет исполнено, мой господин, — поклонился Мáрину дорханец, и мне пришлось последовать его примеру.
А потом Мáрин начал нас выгонять и нам ничего не оставалось, как подчиниться.
— Когда выдвигаемся, маленькая Сури? — спросил меня Дариан, как только мы оказались в коридоре.
Я тяжело выдохнула, призывая всё своё спокойствие, которое у меня осталось. Мне нужно было ему ответить, но при этом не накричать на него. Во-первых, я не имела на это право. Во-вторых, не хотела позорить его пред его людьми. И в-третьих, не хотела его злить. Хотя насчёт последнего я преувеличила. Позлить я его хотела. Хотела, чтобы он побыл в моей шкуре.
— Чем быстрее, тем лучше, — спокойным голосом ответила я, что даже сама удивилась.
— Тогда бегом к себе, маленькая Сури, собирайся.
— Я сама знаю, что мне делать. Спасибо, — ответила я и поспешила к себе под громких хохот мужчин.
Давно я не сидела так долго в седле. В последний раз это было, когда я навещала своих родных. Тогда дорога тоже была неблизкой. Но тогда меня не пытался разговорить раздражающий дорханец. Его даже не остановило то, что я сильней натянула на лицо капюшон.
— Так что же ты собираешься приобрести в порту, маленькая Сури?
— Это неважно, — устало ответила.
— Как же так?
Уве, который ехал впереди нас, обернулся. Похоже, ему тоже было любопытно узнать, зачем мы отправились в порт. Эти дорханцы были любопытны. И чтобы проверить свои подозрения, я оглянулась назад на двух всадников, что замыкали нашу колонну. Эти тоже навострили уши.
— Любопытство не порок, — пробормотала я себе под нос, сдаваясь. — Юлия искусно играет на флейте. Как я слышала. У меня был приказ от господина обеспечить её всем, вот я и занимаюсь этим.
— Но почему порт, госпожа Сури? — полюбопытствовал Уве.
— Там есть одна старинная музыкальная лавка. Удивительно, но инструменты из этой лавки звучат иначе, чем другие.
— Как это? — донёсся до меня вопрос из-за спины.
— Я не знаю, — пожала я плечами, — но это правда.
— У тебя был какой-то инструмент из этой самой лавки? — спросил Дариан, улыбаясь мне.
Я глянула на него и тут же отвернулась, стараясь сосредоточиться на дороге.
— Так что, маленькая Сури, я прав?
— Не у меня, — улыбнулась я, вспомнив, как Давид играл на флейте, когда мы были детьми, — у моего старшего брата.
— Он играл?
— Да, и тоже на флейте.
— Это не сильно-то помогает мужчине в жизни, — отозвался Уве. — Главное, чтобы мужчина мог держать меч для защиты.
Я не ответила. Ни согласилась, ни опровергла, потому что мне неожиданно захотелось расплакаться. Это не осталось незамеченным мужчинами.
— Что с тобой, маленькая Сури?
— Я тебя расстроил, госпожа?
Вопросы посыпались на меня, и я видела, что они заволновались, но лишь покачала головой.
— Нет, всё хорошо.
— Тогда, почему ты плачешь?
Я непонимающе посмотрела на Дариана, и он провёл пальцем по моей щеке, а после показал, что он мокрый.
— Ох, — только и смогла я выдать.
Какой позор. Я расплакалась и даже не заметила. И расплакалась перед кем? Перед ним. Позор на мою голову.
Я вытерла лицо рукавом и тихо извинилась, но, похоже, Дариан не собирался от меня отставать.
— Так почему?
— Потому что я вспомнила брата, — призналась я.
— И?
— Его больше нет с нами. Его забрали боги.
— Сколько ему было?
— Одиннадцать. На нашу деревню напали. Мужчины сражались. Был хаос. В наш дом ворвались враги. Отца не было, он был на поле боя, и Давиду пришлось сражаться. Он так и не подпустил их к люку в подвал, где мы сидели. Он погиб, защищая нас. Он был храбрым мальчиком.
— Он был храбрым мужчиной, который выполнял свой долг, — сжав мою руку, сказал Дариан.