Бакалавр 4 (СИ)
Утром проснулась, кофейку попила. Может она теперь себе такое позволить, а давно ли жиденьким чайком пробавлялась…
Как в своё время её Тимофей Павлович шутил — чай «Байкал». Ну, очень такой прозрачненький…
Спасибо господину Мавроди. Хорошую вещь он придумал. Жертвуешь ему, немного денежек, а получаешь взамен сувениры. Билеты МММ. Они, что ни день, дороже становятся. Захотелось тебе чего-то вкусненького, сходила в офис и взамен билетика деньги получила. Всё честно и без обмана.
Сразу она как-то в МММ поверила, почти все сбережения в билеты превратила, а теперь и не бедствует.
Постирать с утра что ли? Не самой ведь это делать придётся, а стиральной машине. Она у неё хорошая, ещё с советских времён. «Вятка-автомат».
Загрузила машину, стиральный порошок засыпала. Включила. Водичка зажурчала — всё, как и должно быть.
Телевизор включила, а там — Мария. Глазам своим Ольга Александровна не поверила — это же Мария из «Просто Марии»…
Вместе с Ритой Голубковой из МММ Мария сидит. Рита ей о своем, о женском рассказывает. Малышовую одежду Рита Марии демонстрирует и спрашивает ещё — не завести ли ей ребеночка? Мария ей утвердительно отвечает, поддерживает Риту в этом начинании. Вот только одно Ольге Александровне не понятно — с кем она заводить ребеночка собирается? С Леней? Ещё с кем-то? Да, интрига…
Кстати, как-то странно с Марией Рита беседует — какой ты добрый, какой хороший, Мария. Так жена Лёни Голубкова Марии говорит.
Добрый, хороший… Мария — мужик? Вот это да!
Никогда бы Ольга Александровна сама об этом не догадалась, а ведь все серии смотрела не отрываясь…
Ну, Рита, ну молодчина! Расставила все точки…
С дивана даже Ольга Александровна вскочила, по комнате туда-сюда прошлась…
Вот, оказывается, что ещё за тайна в сериале таилась, а она и не знала…
Надо скорее Анне Васильевне об этом рассказать. Она то про это — точно не знает!
Не дошла она до телефона. Остановилась на пол пути.
Вот с кем! С Марией Рита ребеночка желает завести!
Капельки даже Ольге Александровне принять пришлось. Так она разволновалась.
Машина тем временем стирку закончила, нужными огоньками Ольге Александровне замигала.
Бельё развесила — всё, хватит на сегодня домашних дел. Завтра тоже день будет.
Можно сейчас и в офис МММ идти, пару билетиков на деньги обменять.
Шляпку новую на голову, зонтик в руку… Ничего не забыла? Память то совсем дырявая стала.
Ольга Александровна всегда в один и тот же офис продаж ходила. С возрастом поведение всё больше стереотипизируется, что-то новое с трудом дается. Вот и сейчас она на Ленина двинулась.
Три остановки на автобусе проехала, а ещё квартал пешком прошлась. Погода сегодня хорошая — можно и погулять… Ветерок листочками наигрывает, солнышко светит…
Что такое? Перед офисом народ мурашами табунится, гул стоит, люди не спокойны, некоторые руками даже размахивают.
В другой офис обратиться? Нет такого желания — далековато, да и интересно — что такое тут происходит?
— Гражданочка, что случилось? — к одной из стоящих немного в сторонке женщине она обратилась.
Так к Ольге Александровне не торопясь повернулась, перегаром от неё пахнуло. Знаком Ольге Александровне этот аромат. Её Тимофей Павлович тоже иногда позволял себе…
— Кинули народ. Облапошили как маленьких. Я ведь даже дом материн в деревне продала, а они… — начала она делиться своей бедой с Ольгой Александровной.
Ольге Александровне чужие проблемы были не интересны. На шажок от гражданочки она отодвинулась, так меньше плохим пахнуть будет.
— Работает ли сегодня офис? — ещё один вопрос женщине с помятым лицом она задала.
— Закрылись ироды, к себе не пускают. Деньги наши делят, — та зло Ольге Александровне ответила.
Ольга Александровна аж глазки свои подслеповатые широко разинула.
Да быть такого не может! Её, Ольги Александровны деньги да делить…
От похмельной дамочки к двери офиса продаж Ольга Александровна рванула. Откуда что и взялось. Мимо кого-то проскользнула, кого плечиком худеньким отодвинула.
Миг, второй и она там куда шла. За ручку подергала — заперто.
Тут как что-то нашло на Ольгу Александровну. По двери офиса зонтиком своим она со всего маху стала бить, выкрикивать что-то обидное для его работников.
Дверь даже не шелохнулась.
— Мужики, поможем бабульке, — в толпе вдруг чей-то басовитый голос раздался.
— А, что не помочь — подсобим, — опять кто-то из стоящих тут мужчин ответил.
— Ну ка, бабушка, отойди в сторону. — за плечо Ольгу Александровну высокий худой гражданин тронул.
Оттолкнули Ольгу Александровну в сторону не знакомые ей люди, в дверь ногами пинать принялись. В зарешеченные окна офиса одновременно с этим камни полетели…
— Поберегись! — здоровенный парень с урной из бетона в руках сквозь толпу пробиться к двери пытался. Перед ним расступались, освобождали дорогу…
Глава 33
Глава 33 Штурм
— Нонна Вениаминовна, открываться то сегодня будем? — Юра на свою начальницу вопросительно посмотрел.
Той у себя в кабинете что-то не сиделось, по операционному залу туда-сюда как курица бегала…
Вчера после обеда уже не работали, а сегодня тоже ничего не прояснилось…
— Регионального на месте нет, московский офис не отвечает… — развела руками Нонна Вениаминовна. Пару секунд на месте постояла, а затем опять по паркету её туфельки зацокали.
Молодец Бакалавр… Слинял вовремя…
На улице перед офисом продаж народу становилось всё больше, в дверь время от времени стучали, дергали её как ненормальные…
Девочки за стойкой сидели бледные, милиционеры время от времени к окнам подходили, наружу выглядывали.
Прислали, блин, защитничков. Хоть бы автоматы какие им дали, да и в кобурах то у них тоже ничего нет…
Так. Опять за дверью возня какая-то началась. Пару раз дёрнули, затем быстро-быстро, как дятел, чем-то застукали… А, вот и пинать её принялись — звук уж очень характерный. Дверь, конечно, не фанерная, но на долго её не хватит… Надо было больным сказаться, не ходить сегодня на работу…
— Нонна Вениаминовна, позвоните ещё раз, может что и скажут? — Юра опять тормошить начальницу принялся.
Та в кабинет свой убежала, но быстро вернулась. Глаза дикие, вот-вот на пол вывалятся.
— Девочки, беда. В Москве всё прикрыли, Мавроди арестован… — голос у Нонны Вениаминовны трясется, вот-вот заревёт.
— Нам то что делать? — Юра с места своего вскочил. — Разорвёт нас народ на мелкие кусочки. Вчера то хоть по тысяче за сто билетов давали, а сегодня — вообще ничего?
Тут в дверь офиса как стенобитное орудие какое ударило. Она бедная даже треск из себя извергла, задрожала как припадочная.
Девочки, что вместе с Юрой работали, завизжали, Нонна в свой кабинет прятаться, наверное, бросилась, милиционеры лапать свои пустые кобуры принялись…
Юра, в который раз уже за нынешний день, пожалел, что в МММ работать устроился.
Ещё три удара чем-то тяжёлым и дверь не выдержала.
В зал народ стал проталкиваться. Все злые, на адреналине, сейчас что-то плохое учинят, а потом сами удивляться будут — как такое и отчебучили?
Милиционеры для вида попытались свой профессиональный долг выполнить, но их толпа к стене сразу же оттеснила. Да, они, честно говоря, особо то одно место и не рвали. За чужие грехи по башке получить у них желания большого не было.
Часть прорвавшихся в операционный зал сжимали в кулаках билеты МММ, а кое у кого руки и другим были заняты.
Юрины коллеги-девицы в угол забились и звуки как поросята перед смертью издавали. Нонны за запертой на три оборота ключа дверью не было слышно — может померла там уже от страха? Единственный мужчина в офисе на растерзание толпы остался. Милиционеры не в счёт. Они как мышки тихохонько по стеночке к выходу проталкивались. У них дома семьи, МММ им никуда не уперлась…