Владыка (СИ)

— Парагвайские торпеды оснащены не только электродвигателем с мощными литиевыми батареями, но и радиоуправлением, — похвалился новейшей разработкой владыка. — За торпедой будет тянуться на кабеле поплавок с антенной.
— Но издали, с борта корабля, торпеду не навести точно, — не согласился с эффективностью сверхдальней атакой адмирал.
— Не надо совсем уж издали, — продолжал удивлять новациями морской атаман. — Управлять ходом торпеды можно с поднятого в воздух автожира. Он подведёт торпеду к цели, сам находясь в не зоны досягаемости зенитного огня противника.
— Тоже далековато, — скривил рот адмирал. — Можно легко промахнуться.
— А чтобы не промахнуться, торпеда, при подходе к цели, разделяется на две части, скреплённые тонким тросиком, — поделился главным секретом Алексей. — С этого момента торпеда уже приближается к цели, словно раскинутая сеть. Поплавок с антенной отцепляется и, потеряв натяжение кабеля, открывается клапан, заливая поплавок водой. Со стороны это выглядит, будто бы стремительно атакующая подводная лодка убрала перископ под воду. А пара сцепленных торпед ловит корабль и, словно брошенное индейцем верёвочное боло, опутывающее ноги жертвы, закручивается вокруг корпуса. Притянувшись к бортам, торпеды прикасаются магнитными датчиками к металлу, и с небольшим замедлением подрываются. Задержка нужна, чтобы обе торпеды прижались к захваченной тросом цели. Атаковать противника можно в движении и с любой стороны. Торпеды подходят, прикрываясь толщей воды, и взрываются значительно ниже ватерлинии. Одновременное поражение с обоих бортов приводит к серьёзному повреждению корпуса корабля, а малотоннажный сразу разломит пополам.
— А если на море сильное волнение и автожир не сможет взлететь на поплавках? — начал искать слабые стороны плана Лебединский.
— На борту современных моделей «Летучих голландцев» имеется электрический вертолёт Сикорского, — напомнил Алексей. — Он взлетает прямо с палубы.
— Летающий кран–транспортёр хорош при доставке груза и десанта на необорудованное побережье, — склонив голову, признал достоинства воздушного тягача адмирал. — Но он привязан кабелем к электробатареи корабля.
— Новейшие литиевые аккумуляторы очень мощны и компактны, поэтому вертолёт может подцепить мобильный энергетический блок и вместе с ним осуществлять перелёты. Времени и дальности полёта будет достаточно, чтобы удалиться от корабля–матки на пару десятков километров и довести торпеды типа «Боло» до цели.
— Какова максимальная дальность возможной атаки торпедами «Боло»? — задумался над новой тактикой морского боя адмирал.
— Электрического заряда батарей хватит на пятнадцать километров экономичного хода, — довёл до адмирала технические возможности новой торпеды Алексей. — Ускоренный расход заряда начинается только после разделения корпуса на части и неуправляемой скоростной атаки. Однако при уходе от погони, для увеличения зоны действия торпеды, её можно сбрасывать за борт, словно морскую мину, и дожидаться входа противника в зону поражения.
— Не хотелось бы, чтобы противник узнал о торпедных аппаратах на борту мирных «Летучих голландцев», — тяжело вздохнул Лебединский.
— Спишем торпедную атаку на «неопознанную» подводную лодку, — улыбаясь, развёл руками Алексей. — Все приметы будут налицо. Кстати, Эдуард Петрович, парагвайским корабелам ведь не удастся скрыть от зоркого ока чужестранцев строительство подводных лодок на судоверфи Асунсьона?
— Да уж, конструкцию сохранить в тайне сумеем, а вот сам факт строительства субмарин будет не утаить, — с сожалением вздохнув, кивнул Кондрашов.
— В Парагвае будет создаваться подводный флот? — нахмурив брови, недовольно засопел несведущий о том адмирал.
— Считаю, что несколько малых подлодок казаки могут себе позволить, — сообщил Алексей. — Я собирался обсудить с вами, Алексей Ильич, эту тему чуть позже, когда в стране появится достаточно литий–ионных батарей и пройдёт обкатка технологий их производства. Сами понимаете, оснащать субмарину ненадёжными экспериментальными аккумуляторами опасно. Однако раз нужно как–то прикрыть действия дальнобойных радиоторпед, то можно начать строительство корпусов лодок заранее. А враги пусть думают, что самую первую лодку мы уже успели создать тайно. Уж на сей счёт, Эдуард Петрович сможет задурить мозги зарубежным коллегам.
 
— Отработаем тему, — кивнул начальник разведки.
И казаки–анархисты поработали на славу, за год прибрали к рукам самую южную часть Бельгийского Конго. Пришлось, правда, немного поскандалить в Лиге Наций, куда на парагвайцев пожаловались обиженные колонизаторы. Однако президент Парагвая, Эусебио Айяла, важно раздул щёки и отверг все лживые обвинения. Конголезские повстанцы давно воевали за независимость страны, казаки лишь продали им оружие и не стали чинить препоны своим анархистам–добровольцам. Теперь Симон Кимбангу, глава республики Южное Конго, должен будет сполна рассчитаться с Парагваем за поставленное в кредит оружие. А про инцидент с потопленным сторожевым кораблём в нейтральных водах у берегов Анголы, казаки ведать не ведают. Но если кто–то вознамерится грабить торговые суда Парагвайской Казачьей Республики, то пусть пеняет на себя, ибо в Африке ещё много угнетённых народов, которые взывают к сердобольным интернационалистам–бессребреникам о помощи.
Связываться с сумасбродными парагвайскими казаками, из–за никому не нужного месторождения кобальта, колонизаторские страны не стали. Однако экономически начали гадить: препятствовать банковским операциям с казацким рублём и всячески ограничивать импорт парагвайских товаров. В начале 1934 года Алексей вынужден был собрать специальное совещание, на котором присутствовали: завсегдатай тайных сходок, начальник разведки, Кондрашов; казачий министр финансов, Вездельгустер, начальник артиллерии и инженерных войск, генерал–майор Беляев; и редкий гость казачьих заседаний, глава парагвайской православной епархии, митрополит Онуфрий.
— Господа хорошие, я вас собрал, чтобы обсудить проблемы экономики, войны и… православной веры на востоке африканского континента, — загадочно обозначил тему совещания парагвайский владыка.
— Самый крупный оплот православной веры на востоке Африки — Абиссиния, — сразу разгадал задумку атамана отец Онуфрий. — Последняя независимая страна на континенте, в которой почти половина населения добрые христиане.
— Абиссиния? — привстав с кресла, начал взглядом безуспешно искать на географической карте, разложенной на столе, затерянную страну недоучка Сёма. — Где это?
— На современных европейских картах она обозначена, как Эфиопия, — наклонившись, указал пальцем в сторону «Африканского рога» Алексей. — Абиссинская империя отделена от Красного моря Итальянской Эритреей, от Индийского океана — Итальянским Сомали и Британским Сомали. Выход к Аденскому заливу преграждает Джибути, занятое французами.
— И как же Абиссинии удалось сохранить независимость? — резонно удивился Сёма. — Ведь всю Африку колонизаторы на куски порвали.
— Русские православные братья помогли, — раскрыл секрет Кондрашов. — Царское правительство направило оружие, боеприпасы и офицеров русской армии на помощь войскам императора Менелика Второго. Ну ещё, французы тоже чуток подсобили в войне против извечных конкурентов. Итальянская агрессия была отбита, и с 1896 года, после сокрушительного разгрома колонизаторов, никто больше всерьёз не пытался завоёвывать Абиссинию.
— Я так понимаю, Эдуард Петрович, что итальянцы опять вознамерились прибрать к рукам бесхозный участок Африки, — догадался прозорливый отец Онуфрий.
— Премьер–министру Италии, Бенито Муссолини, не дают покоя лавры завоевателя, Юлия Цезаря, — кивнул Кондрашов. — Он хочет объединить территории Итальянского Сомали и Эритреи, за счёт захвата земель Абиссинии.
— А как на эти поползновения смотрят британцы и французы? — спросил Алексей.
— По данным из дипломатических источников, французы готовы отдать итальянцам двадцать километров прибрежной территории в районе порта Джибути, в обмен на более значительные их уступки земель в колониях северной Африки, — поделился разведданными Кондрашов. — Англичане же не рискуют конфликтовать с воинственной Италией и не станут препятствовать переброске войск на «Африканский рог» через Суэцкий канал.