Владыка (СИ)

— Забудем про мою трость, — встав напротив контрика, поднял пустые руки Алексей.
— А если я настроен решительно? — крепко стиснув рукоять револьвера и, напряжённо следя за движениями шпиона, усложнил задачу капитан. — И если мне живой шпион не очень–то нужен?
— Кабы хотел убить, то и говорить было бы уже не о чем, — усмехнулся Алексей. — Но повторюсь: мы с тобой не на фронте встретились. От меня нужно что–то, раз сразу из–за угла в спину не пальнул. Секретик какой–то выведать желаешь, или зря шуметь опасаешься. Вот отведёшь в глубокий подвальчик, там и шлёпнешь, подальше от чужих глаз да ушей. А ежели раньше рука дрогнет, так потом тяжеленный труп придётся самому на горбу туда тянуть. Говорю же: не на фронте воюем, где лишних разговоров не ведут. Подстрелить–то, в крайнем случае, можешь в любой момент, однако предпочтительно заставить меня выполнять твои команды.
— Разумно, — кивнул капитан.
— А у меня появляется шанс побороться за жизнь и свободу, пока ты будешь меня конвоировать до места плена или казни. И на пути у нас с тобой будут коридоры, где могут внезапно появиться люди, попадутся крутые лестницы, опять же тяжёлые створки дверей, которыми можно стукнуть по руке с оружием, да много чего ещё полезного может повстречаться. Ну ты, капитан, не тушуйся, давай уже, действуй.
Конвоир замешкался, размышляя, как лучше поступить с опасным пленником.
— А может я прямо здесь решу устр…
Договорить капитан не успел. Алексей молниеносно подшагнул к противнику и ударом ладони отвёл ствол револьвера в сторону.
Почти одновременно, но всё же через краткий миг, прозвучал выстрел, и пулька громко срикошетила от досок пола.
Ещё через долю секунды, Алексей сумел ловко вывернуть револьвер из рук конвоира и сразу же отскочил назад.
Капитан вскрикнул и испуганно схватился, почему–то, левой ладонью за шею. Затем, отведя руку, с удивлением увидел след от фиолетовых чернил на пальцах.
Зрители увидели на горле у капитана размазанную чернильную полоску.
— Я ношу в кармане наливную ручку, — держа револьвер в левой руке, Алексей правой показал модную перьевую ручку, со сброшенным колпачком. — Стоило мне чуть сильнее надавить стальным пером, и росчерк на горле капитана оказался бы красного цвета.
— Но я всё же успел выстрелить, — болезненно сморщившись и покрутив вывернутой правой кистью, похвалился «зарезанный» конвоир.
— В ближнем бою, нож быстрее револьвера, — подняв палец, назидательно изрёк мастер. — Но главная фишка не в замедленном срабатывании спускового механизма, а во времени реакции человека. Прежде чем начинать проведение приёма, необходимо отвлечь внимание противника. Человек не может долго находиться в напряжённом состоянии тела и психики, иначе очень быстро устаёт. К примеру, капитан, если бы мы с вами соревновались в скорости хлопанья в ладоши, но решение о начале упражнения принимал бы я, то у меня всегда маленькая фора во времени. Ну а если, при этом, я ещё отвлеку вас разговором, и вы задумаетесь над сказанными словами, или того хуже, сами решите поговорить, то вам потребуется ещё больше времени отреагировать на начало моих действий. В реальной схватке на мгновение отвлечь внимание врага может даже брошенный в сторону взгляд, или случайное появление постороннего шума. Хорошо владеть приёмами рукопашного боя важно, но не менее важно выбрать, или создать, момент для атаки.
— А если нет времени отвлекать разговором, то, как быть? — насупившись, упорствовал армейский офицер.
— Если противник угрожает холодным оружием, то можно отвлечь броском любого предмета в глаза, — пожал плечом мастер. — Но с врагом, вооружённым револьвером, лучше не делать в его сторону лишних движений. Однако даже возникшая в голове противника мысль, что же с вами делать дальше, отвлекает его от немедленного применения оружия, и даёт вам лишнюю долю секунды для неожиданной атаки. Если уж сдача в плен не выход, а лишь путь к мучительной смерти, то атакуйте в момент начала вдоха противника. Постарайтесь уйти с линии огня и первым ударом отклонить руку с оружием. Во время вдоха человек менее готов к физическим действиям.
 
— Да, на вдохе никто не бьёт, — почесал затылок капитан, очевидно уже имеющий достаточный опыт в рукопашных схватках.
— Только, господа шпионы, в пылу борьбы постарайтесь всё же не забывать о достижениях цивилизации, — усмехнулся добрейший батюшка Алексей. — Ковырять пальцами в глазницах противника некультурно. Воспользуйтесь карандашом, заколкой для галстука или хотя бы спичкой. Да и горло врагу лучше располосовать пилочкой для ногтей, маникюрными ножничками или, на худой конец, подобранным осколком стекла. Оглянитесь, господа, вокруг нас столько полезных предметов: почему бы не использовать стул, его ножки бодают не хуже оленьих рогов, стеклянный графин — кладезь острого стекла, ребро и угол толстой книги не на много уступает в твёрдости кастету, да и в карманах у каждого найдётся уйма ударно–колющих предметов: ключи, расчёска, портсигар. Ну а уж на улице, вообще, оружие прямо под ногами валяется. Заверните увесистый камешек в платок, ведь с кистенём гораздо действеннее удастся отбить охоту навязчивым типам преследовать вас в подворотне. Господа преподаватели, курсантам надо доходчиво объяснять, что наличие даже примитивного оружия уже сильно отличает цивилизованного человека от животных, которые за ним охотятся в каменных джунглях городов. Развивайте у курсантов творческий подход к вопросам выживания. Тогда изучение рукопашного боя сведётся к овладению простыми, самыми эффективными, приёмами, не требующими долгой отработки и особой физической подготовки. Уделяйте больше внимания изучению болевых точек на теле противника, а также работе с подручными предметами в обороне и нападении. Ну а кадровым офицерам старой закалки настоятельно советую не забывать наработанную технику фехтования и обзавестись прочной тростью. Кстати, многофункциональные складные ножички тоже сегодня в моде.
— Господин Ронин, благодарю за весьма полезный урок, — щёлкнув каблуками, кивнул офицер и, круто развернувшись, строевым шагом отправился на место.
— Генерал, приобщите полезную вещицу к учебному процессу, — подойдя к первому ряду парт, передал Кондрашову пневматический револьвер Алексей. — Вообще, скоро во всех учебных заведениях должны появиться стрелковые тиры с пневматическим оружием: пистолетами, ружьями и даже пулемётами. Также будут организованы секции по рукопашному армейскому бою, и ещё по различным видам единоборств. Как уже догадались, господа шпионы, отыскивать мастеров по всему миру тоже придётся вам.
— А не слишком ли много задач на голову наших выпускников? — раздался недовольный голос из рядов преподавателей.
— Резонное замечание, — кивнул Алексей и, заложив руки за спину, начал барражировать перед аудиторией. — Мы пока готовим слишком мало курсантов под те грандиозные задачи, которые предстоит решать разведывательной службе. Даже с учётом того, что училище вскоре сможет выпускать по тысяче шпионов в год — всё равно мало.
— Парагвай что, собирается опутать шпионской сетью весь мир?
— Именно так, — маятником продолжил вышагивать владыка Парагвая. — Пока главное поле нашей деятельности это советская республика. Основные человеческие ресурсы мы будем получать из неустроенной, разорённой страны советов, ибо через несколько лет эта лавочка закроется.
— Вы думаете, что большевики перегрызутся и развалят страну? — с надеждой озвучил всеобщую мечту белогвардейцев пожилой офицер.
— Комиссары укрепят власть и закроют границы, — отрицательно покачав головой, разочаровал публику пророк. — Тогда нашим агентам придётся только созерцать и осторожно плести шпионскую сеть, изредка вылавливая «золотых рыбок». Вся деятельность вынужденно переместится в страны Европы и Северной Америки. Русских эмигрантов мы к тому времени всех выгребем, останется только добывать технические и военные секреты. На этом этапе появятся некоторые сложности с внедрением в иностранную языковую среду, но первые выпуски разведучилища будут сплошь из бывших офицеров. Надеюсь, господа, вам неплохо преподавали иностранные языки в царской школе, кадетском и юнкерском училищах. Впрочем, время подучить языки у вас будет, да и русских эмигрантов в развитых странах осядет уйма, можно легко среди них затеряться. А вот в государствах Южной Америки, Китая и Японии у нас, господа, работать некому. Почему в ваших рядах я не вижу ни парагвайцев, ни азиатов?