Проклятие рода

- Кому будем писать, ваше величество? Как обращаться, с чего начать? – Его голос напоминал мышиный писк.
- Очень просто! Начни так: «Дорогой госпоже Катарине Мансдоттер, вдове нашего усопшего брата короля Эрика!» Далее перечисли все наши титулы и отметь наши соболезнования и все прочее приличествующее случаю. Жалуем ей поместье Луиксиала на берегу озера Ройне.
- Это не по соседству ли с твоей прежней любовницей Карин Иоганнсдоттер? – Не выдержала Катарина.
Король ответил, пряча за улыбкой смущение:
- Дорогая, та, которую ты мне припоминаешь, уже второй раз замужем. Ее первый муж был моим пажом и погиб за меня в злосчастном 1563 году, их имение было разграблено. Нынешний муж Ларс Генриксон Хорделл – достойный человек. Он заботиться о всех ее детях. Я возвел его в дворянство в качестве благодарности. К тому же руки старшей дочери Софии добивается Понтус де ла Гарди. Я не хочу ему отказывать за все его заслуги.
При этих словах короля Клас Тотт отвел взгляд в сторону, резко обозначились скулы на его худощавом лице. Шиатгальтер чувствовал себя оскорбленным – какое внимание этому французу!
- Ну, если французу достаточно жениться на простой девушке в качестве награды… - Фыркнула королева.
- Сейчас она фрейлина принцессы Елизаветы. Ее родовое имя теперь Гюлленхейм. – Тихим голосом произнес Юхан.
- Вот как? У твоей сестры новая фрейлина? Интересно, за какие же заслуги? За то, что ты спал с ее матерью? – Катарину бросило в жар от негодования. Присутствие Тотта ее не смущало ни капельки.
- Дорогая…
- Довольно! На самом деле мне не интересны твои любовные похождения до нашей свадьбы. Ты прав, Юхан, твои дети – ты распоряжаешься их судьбой. Я довольна тем, что, наконец, Эрик мертв, его сын в надежных руках римской церкви, а его вдова с дочерью… Поступай, как знаешь. Дай ей неплохое имение, пусть даже рядом с твоей бывшей… - Королева не договорила. – Обе будут в Финляндии, подальше от нас, разводить коров и кур. Меня это устраивает! – Катарина резко повернулась и посмотрела на Клауса Акессона Тотта, который застыл соляным столбом в королевском кабинете. – Штатгальтер, что вы можете сказать о том поместье, которое король намеревается пожаловать Карин Мансдоттер?
Сухощавый, высокорослый рыцарь, еще более вытянулся перед королевой, но вместо ответа умоляюще посмотрел на Юхана. Король пришел ему на помощь, помахав в воздухе листком бумаги.
- Тотт мне уже все передал. Сейчас зачитаю, дорогая. – И Юхан отведя подальше от глаз бумагу, стал вглядываться в текст. – Итак, поместье Лиуксиала… дом в двадцать восемь комнат, хозяйство следующее: тридцать одна корова, столько же волов, три быка, девяносто овец, сорок девять свиней, телята, куры и прочая живность…
- Достаточно! – Прервала его Катарина. – Более, чем достаточно. Я оставляю вас с вашими столь важными делами. Не смею мешать, ваше величество. – Королева быстро удалилась.
- -На чем мы остановились? – Король был совершенно спокоен.
- На том, что ваше величество жалует госпоже Мансдоттер поместье… - Пропищал в ответ секретарь.
- Хорошо! – Юхан хлопнул себя по коленям. – Перечисли все имущество и скот, что относятся к поместью. Передай наши наилучшие пожелания ее дочери, как ее зовут?
- Сигрид, ваше величество. – Подсказал Тотт, который почувствовал себя намного лучше после ухода королевы Катарины. Словно с плеч свалился тяжеленный груз.
- Так и напиши «фру Сигрид Эриксдоттер, законной дочери короля Швеции».
- Но…, - еле слышно пискнул секретарь, - законная дочь короля… как бы принцесса.
- Ты меня плохо расслышал? – Пустые водянистые глаза Юхана уставились на несчастного, застывшего с пером в руках. – Я сказал «фру Сигрид Эриксдоттер», этого вполне достаточно. – В голосе прозвучала угроза.
- Да, конечно, простите, ваше величество, мою невнимательность, более такого не повторится... – залепетал секретарь и заскрипел пером, усердно склонившись над бумагой.
- Допиши в конце, что при написании сего присутствовал штатгальтер Финляндии Клаус Акессон Тотт, который вручит наше послание несчастной вдове и проследит за точностью его исполнения. Не так ли, Тотт? Не откажешь в любезности своему королю проследить за благополучием семьи моего покойного брата?
 
Рыцарь молча склонил голову перед королем, даже не предполагая еще, что Сигрид Эриксдоттер Ваза, которую сейчас король Юхан величал просто «фру», станет через два десятка лет его невесткой, правда, это случится уже не при его жизни.
Не ведал Тотт, что впереди Швецию ждут новые войны, в том числе и гражданская, где сын короля Юхана Сигизмунд пойдет на родного дядю герцога Карла. Не знал он, что имя Густава Эрикссона из рода Ваза, того самого мальчишки, внука великого Густава Ваза, отправленного к иезуитам волей мстительной королевы, в чьих жилах текла кровь злопамятных Сфорца, поднимут с самой неожиданной стороны – из Московии. Проклятия королевы Катариы Саксен-Лауэмбургской, матери несчастного свергнутого и отравленного Эрика, убитой собственным мужем продолжат сбываться. Сбудутся и проклятья Соломонии Сабуровой, заточенной пожизненно в монастырь – умрет царь Иоанн, убив своего собственного сына и наследника Ивана, недолго будет править другой его сын Федор, погибнет и третий Дмитрий. Так закончится род Рюриковичей. Московия все ближе и ближе будет подходить к Великой Смуте. Но это другая история.
Конец пятой книги.