Шаманка. Невеста слепого мага (СИ)
— Дай угадаю, — настроение у главы клана испортилось. — Хороша новость — младенец найден. Плохая — он уже у императора?
— Ты пессимист, — улыбнулась она, поглаживая живот. — Нет, хорошая новость состоит в том, что я делаю гениальные артефакты, даже когда пытаюсь сделать пустышку. Обсидиановая пара должна была продлить жизнь Синэрию и отвлечь его от обмана. Но сделанный для него артефакт сработал на двести процентов. Младенец из предсказания Эльвиры нашёл меня сам спустя двадцать лет. И вот тут должна прозвучать плохая новость.
У Кеннета волна холода прокатилась по спине. Он лихорадочно перебирал в памяти всех известных ему детей, едва вышедших из пелёнок. Ни одно ведьминское пророчество ещё не принесло Клану Смерти добра. Откуп Синэрию — маленькая Фрейя? Или сын Сокола и Амелии?
— Говори, — процедил он сквозь зубы. — Кем ты предлагаешь пожертвовать?
— Портнихой твоей жены, — ответила Стана. — Младенец вырос за время поисков. Риль — ключ к проклятию императора. Я берегла её для критической ситуации. На случай, если Сарвальд объявит войну.
От накатившего облегчения ноги стали слабыми.
“Старею, — мельком подумал Кеннет. — Уже не так хладнокровно переношу сюрпризы”.
— И почему новость плохая? Девушку ждёт смерть?
— Дело в очередном предсказании Эльвиры.
— У меня скоро глаз начнёт дёргаться от одного имени твоей сестры по кругу, — признался глава клана. — Что на этот раз?
— Она видела весы. На одной чаше — жизнь, на другой — смерть. Мы полагаем, что снять проклятие с Синэрия может только жертвоприношение. Поэтому я не спешила найти младенца.
Кеннет чуть не ляпнул: “В чём проблема?” Риль умирала от камнянки. Если бы не вмешательство ведьм, её дни и так были бы сочтены.
— Подожди, — нахмурился он. — Когда ты узнала имя младенца? До того, как Ведана привела из трактира Хельды её портниху или после?
— Когда Риль привели лечиться, тогда и поняла, что это она, — повела плечами Стана. — Мне кажется, камнянка — эхо проклятия императора. Мы замедлили его смерть, но болезнь не исчезла бесследно, а частично перекинулась на другую цель. Жизнь одного — смерть другого.
— То есть, он должен был сам исцелиться? Риль жила в Высоком квартале. Скиталась без дома и работала за еду. Хельда нарушила естественный ход вещей, забрав её в “Медвежий угол”? Нет, позже. Когда не захотела смириться, что тихая, работящая девушка угаснет к концу года?
— У твоей супруги редкий талант осложнять ведьмам жизнь, — съязвила бывшая Верховная. — Но на этот раз её чрезмерно деятельный характер можно использовать. Если ты сможешь забрать портниху из-под крыла Хельды и отправить на смерть к Синэрию, он приложит все усилия, чтобы излечить Франко. Мы получим драконов, а Фитоллия останется в прежних границах.
— Ага, кругом плюсы, — кивнул глава клана. — Кроме одного. Ничего не выйдет. Хельда не отдаст Риль.
— Именно поэтому я сказала, что новость плохая. Но других решений у меня нет, Кеннет.
— Я понял, — разочарованно выдохнул он. — Буду думать. Спасибо, Стана. Извини, что вместо дружеских посиделок у нас опять получились разговоры о Фитоллии.
— Не переживай, ты привнёс хоть какое-то разнообразие в день ленивой беременной женщины. Не представляешь, как я иногда скучаю по политическим интригам и прочим прелестям жизни Верховной.
— Ты хотя бы не кричишь на Дамиана: “Ты специально! Я только собралась выйти на работу!” — вырвалось у Кеннета.
— Надо было жениться на клановой клуше, — проницательность Станы делала ей честь. Она догадалась, о чём речь, и тут же расхохоталась. — Рожала бы тебе каждый год и радовалась, что такой муж плодовитый попался. А ты захотел бессалийку с почти ведьминским характером. Кушайте, уважаемый глава клана смерти, не подавитесь.
— Я счастлив, — искренне ответил он. — Иначе тоже маялся бы от скуки. Чаем угостишь?
— Есть осьминоги с морской капустой, — Стана облизнулась. — И какая-то утятина для Дамиана.
— Чем я хуже Великого инквизитора? — приосанился Кеннет. — Согласен на утку.
— Ничего вы не понимаете в высокой кухне, господа маги! — вздохнула она и махнула рукой. — Садись, я велю накрывать обед.
Глава 33. Обед-эксперимент
Анри встретил меня перед дверью столовой и предложил прямо здесь завязать глаза. Отрез шёлка, сложенный в несколько слоёв, приятно холодил кожу. Я не собиралась жульничать и подглядывать, но с повязкой было надёжнее.
Первые несколько мгновений темнота воспринималась с интересом. Даже подобие азарта охватило. Что сложного в том, чтобы поесть? В кабинете невролога я спокойно закрывала глаза и дотрагивалась пальцем до кончика носа, неужели ложкой мимо рта промахнусь? О, нет, я справлюсь. Сегодняшний обед — просто очередной тест. И, как бывшая отличница, я собиралась сдать его на высший бал.
— Уже можно?
— Да, госпожа София, — прозвучал спокойный голос Анри.
Он стоял рядом и не двигался. Я ощущала его присутствие так, как умеют шаманы. Словно рыба колебание воды. Тело расслабилось и стало мягким, текучим. Я не боялась во что-то врезаться. Заранее настроилась огибать все препятствия. Вытянула руку и без труда нащупала стену.
Так, теперь нужно найти ручку двери. Зрительная память подсказывала, куда идти. Шаг, второй. Шершавая краска под ладонью сменилась гладким полотном дерева. Сейчас медленнее, спокойнее…
— Госпожа, вы отбираете мой хлеб, — шутливо возмутился Анри. — Все двери в особняке открывают слуги. Позвольте.
Мелочь, мгновение, но я сбилась. Потеряла ориентацию в пространстве, и времени на вдумчивое исследование мне больше не дали.
— Нам пора, — шёпотом скомандовал помощник Франко. — Обед стынет. Держитесь за моё плечо. Обнять или донести на руках, простите, не могу. Не поймут. А хозяин ещё, чего доброго, приревнует. Ох, ладно.
Пока я тянулась к нему, старик сам развернулся и нырнул под мою ладонь. Ещё одна потеря в пространстве. Я почти запаниковала. Ноги путались в длинной юбке. Мы торопились, и я боялась упасть. Позорно растянуться на полу под ядовитые смешки Вивьен. Боже, ещё и слуг полная столовая! Как я могла о них забыть?
— Стул, — тихо подсказывал Анри, — я должен отодвинуть его для вас. Стоим. Шаг в сторону. В другую. Стул. Слышите ножки? Немного вправо и садитесь.
Мою врождённую женскую грацию ветром сдуло. Я согнулась в три погибели, отклячила зад и по-крабьи, боком, кое-как уселась. Естественно, скатерть вместе с юбкой окончательно спеленали мои ноги. Пришлось ждать, когда Анри расправит складки. В тишине. В полном недоумении, есть ли за столом кто-то ещё. Шаманская сверхчувствительность от страха отказала. Да и стол большой. Так далеко людей я в принципе не чувствовала.
— Можно подавать, — с облегчением выдохнул Анри.
О, нет! Я же не спросила, что сегодня в меню. Не положила салфетку на колени. Если принесут суп, я обляпаюсь им, как в детском саду, с ног до головы.
— Рубленые овощи с сыром в пряной заправке, — объявила повариха где-то за спиной.
“Дай бог тебе здоровья, добрая женщина”, — мысленно поблагодарила я.
Шансы аккуратно донести еду до рта резко возросли. А почему остальные жильцы дома молчат? Где они?
Тарелка бесшумно опустилась передо мной. Я с величайшей осторожностью нащупала керамический борт, но потом долго вспоминала, где лежит вилка для салата. Какого чёрта в доме слепого мага так тщательно соблюдали этикет? Я даже зрячая считала его издевательством. А с завязанными глазами хотелось выть.
И Анри не помогал. Надеялся на мой проигрыш в споре. Увы, господин помощник, так быстро я ещё никогда не сдавалась. Буду есть ближайшей попавшейся вилкой. Не ложка, и то ладно.
Собственное тело я чувствовала хорошо. Мастерски донесла до рта столовый прибор, но губы сомкнулись на пустых зубцах. Без зрения непонятно — зачерпнул ты еду или нет. Мелко нарезанные кусочки овощей веса практически не имели. Я честно колола их вилкой, как трезубцем, но пряное масло свело мои усилия на нет. Еда соскользнула.