Шаманка. Невеста слепого мага (СИ)

Три дня после ритуала с Этаном и Фредерико я потратила на медитации. На их шаманский вариант. Входила в центрацию и ловила образы из поля. Они не менялись. Юрта, моя лежанка возле входа, баранина в миске. Дарга ел руками и кормил меня.
Совершенно особенное действие в структуре ритуала. Когда человек ест, он принимает энергию. Я благодарила убитого барана за то, что он отдал мне свою силу. Я благодарила брата за то, что положив кусочек мяса себе в рот, он отдавал мне его вместе со слюной. Кровь, слюна, слёзы, мужское семя — всё это метафоры энергии. Со мной делились силой и одновременно помогали вспоминать прошлую жизнь.
Было тяжело. Тело с трудом усваивало принятое. Я так часто бегала в уборную, что Хельда устроила слугам разнос за испорченные продукты в блюдах. Пришлось объяснять. Подбирать слова. Шаманизм не для брезгливых и уж точно не для слабонервных, но в рассказе “для обычных людей” определённые моменты желательно сглаживать.
— Хорошо, — вздохнула Хельда. — Поверю вам на слово, но кухню всё равно осмотрят. Им полезно лишний раз отчитаться, правильно ли хранятся продукты.
На обед мы ходили в большой трапезный зал. Столы здесь каждый день накрывали, как на праздник, а гостей за столом было раз, два и обчёлся. Только приближённые главы клана, члены совета и самые уважаемые воины. Местная элита. По большей части, раздражающе высокомерные. Но сегодня пришли на удивление приятные люди. Женщина лет сорока обаятельно улыбалась, а её брат веселил нас байками со службы. Даже голос переводчика из яйца не портил впечатление. Кстати, меня не спрашивали, почему я прикладывала его к виску. Командир боевых магов знал практически все особо ценные ведьминские артефакты.
— Линней у нас вообще золото, — махнула рукой его сестра. — С праздника инициации попал в отряд, в академии был лучшим на курсе. И при этом нос не задирает, нет. Дома всегда помогает по хозяйству. Что мать ни попросит, всё сделает. И кому такое сокровище достанется? До сих пор ведь не женат.
Я чуть вилку не уронила. Яйцо-артефакт привыкла держать крепко, а столовые приборы так и норовили выпасть из ослабевших пальцев. Хозяйственный мужик, да? Богатый, статусный, талантливый. И не женатый? Язык чесался обернуться к Хельде и спросить, уж не сватают ли меня.
Жена главы демонстративно опустила взгляд в тарелку и даже не пыталась остановить процесс нахваливания. Так, понятно. У неё с сестрой Линнея сговор. А что же сам жених?
Я в клане не воспитывалась, поэтому излишней скромностью не отличалась. Посмотрела на боевого мага в упор. Ну и какой там купец? С товаром-то я была знакома.
— Медея, не начинай, пожалуйста, — не слишком-то громко и строго осадил он сестру.
Весь обед меня разглядывал, а я и не подозревала, во что выльется любопытство. Списывала на интерес к загадочной кочевнице. Ага. Тут свадьбой запахло.
А он не так уж плох. Лет тридцать пять, высок, строен. Глаза голубые и волосы должны быть светлые, но он прятал их под чёрной шапочкой. Почему не снял в помещении — загадка. Демоны с ним, с этикетом. В Фитоллии он мог отличаться от земного. Но в трапезном зале банально жарко.
Язык продолжал чесаться. “Неужели ни одна женщина не угодила? Требования слишком высокие?” Так я под них не подхожу. Засидевшимся холостякам их мамы хотят в невесты юных нецелованных девственниц. Из хорошей семьи. И чтоб ни пятнышка на репутации. “Мой мальчик достоин самого лучшего”. А тут я. Хоть и без прицепа, но уже не то. Или чёрный уровень настолько много значит?
Злость никак не получалось успокоить. Я понимала, что Линней ни в чём не виноват. Он стал жертвой в общем-то искреннего желания двух женщин причинить добро. Хельда в открытую мне говорила, что самый простой способ остаться в клане — выйти замуж. Линней со всех сторон удачная партия. Холостой аристократ, командир боевых магов.
“А как же Франко? — напрашивался вопрос. — Его уже списали со счетов? Не мудрено. Забросал меня подарками, прислал бессалийского архитектора с расспросами о предпочтениях, а сам пропал на три дня. Вот мне и устроили смотрины”.
 
Я положила яйцо-артефакт на стол и глубоко вздохнула. Уйти нельзя, но продолжать слушать разговоры я не обязана. Да, я уже понимала много слов и без переводчика. Однако общий смысл фраз ещё ускользал.
— София, ти эжине? — спросила Хельда.
Я качнула головой, что всё хорошо. Передохну немного, поем. Салат вон какой аппетитный. Мои любимые свежие помидоры среди листьев, белого сыра и красного лука. Масляная заправка чудесно пахла специями. Я наколола вилкой тонкий ломтик и положила в рот. Отчётливый вкус гнили оказался сюрпризом.
Сморщиться я не успела. Взяла салфетку со стола и сплюнула в неё непрожёванный кусок. Бывает. Попался помидор с мятым боком, а повар не заметил. Второй ломтик я выбирала тщательнее. Осмотрела его со всех сторон, вдохнула аромат. Нормальный. Спелый, свежий. Ни следа гнили. Положила в рот и снова не смогла съесть.
“Мертвечину ешь, — раздался голос в голове. — Из рук мертвецов принимаешь”.
Аппетит резко пропал. За столом стало тихо, все смотрели на меня. Конечно же, послания из поля больше никто не слышал. А я не могла понять, кто со мной говорил? Духи-помощники звучали по-другому.
— София? — позвала меня Хельда. Пришлось вернуть яйцо-переводчик к виску. — С едой что-то не так?
— Нет, всё в порядке, мне показалось.
Со мной что-то не так. Спелый помидоры пахли, как спелые помидоры, и выглядели также, но, попадая ко мне в рот, становились гнилыми. Мозг искажал информацию.
Пару мгновений я сидела в недоумении, а потом поняла. Вернее, вспомнила. И чуть не завыла. Ко мне вернулась шаманская болезнь.
  
Глава 13. Письмо
 
Со всех сторон неприятная штука. Да, я в курсе, чего от неё ждать и буду осторожна, но общение с Даргой и образом принцессы придётся на время прекратить. Тело и психика синхронно не справлялись с нагрузкой. Меня ломали, перестраивали, перекраивали, переделывали и переформатировали под новый мир. Абсолютно нормальный процесс. Коротко и размыто он назывался трансформацией. Считалось, что шаманы проходили его один раз в жизни. Видимо, мне “повезло” вляпаться во второй раз. А может, первый был такой длинный. Да, скорее всего. Я ведь до сих пор не знала, в чём мой основной дар. Уже понимала, что его нужно забрать из прошлого воплощения, но легче не становилось. “Шаманка”, как называли болезнь, изрядно портила жизнь. Искажение вкуса — первая ласточка. Дальше будет больше, разнообразнее и с нехилой выдумкой. Конечно, если психика не уйдёт в глухую оборону. По молодости, испугавшись процессов трансформации я на три года решила, что сошла с ума. Нормальные люди голосов не слышат. Меня заберут в психушку! И рядом не было никого, кто мог хоть что-то объяснить. Я страдала, молчала и пряталась.
— Пос эйсай сто палати? — спросила Хельда, уводя разговор в сторону от моей персоны.
Палати — дворец.
— Эльвира экане ти вивлиофики анапода, — ответил Линней и робко улыбнулся.
Вивлиофика — библиотека. Значит, ведьма Эльвира обратилась к местному гуглу и копает, что кочевники могут знать о драконах. Или какую-нибудь пакость затевает. Я не забыла её угрозу забрать меня из Клана Смерти.
Кстати, мне тоже нужны книги. Вряд ли я найду готовый рецепт извлечения памяти из прошлой жизни, но вдруг часть культуры местных кочевников дошла до потомков? Риль сшила прекрасный костюм. Она точно знала, что делала. И с самой швеёй надо поговорить. Послушать сказки и легенды её народа. Раз уж я ограничено трудоспособна из-за “шаманки”, то буду читать.
Разговор за столом продолжался, как ни в чём не бывало. Я честно досидела до конца трапезы, снова приложила яйцо-артефакт к виску и успела поучаствовать в ритуале вежливого прощания.
Брат с сестрой выглядели слегка расстроенными. Однако на вопрос Хельды придут ли они на следующей неделе ответили утвердительно.
— Тёмных ночей, лина Делири, София, — поклонился боевой маг и увёл сестру.