Благословленная (СИ)

— Ты точно не обижаешься? — Глухо поинтересовался единственный мужчина на кухне, которому прибавление в семействе стоило несколько сотен, если не тысяч, потраченных нервных клеток.
— Точно.
Я мягко улыбнулась, чувствуя себя всё ещё неловко. Но, тем не менее, обиды не испытывала совершенно. Мало ли что может произойти. Любому хочется покричать и высказаться, а у искусника и вовсе кажется, нервы сдали. Оно и не удивительно, если учитывать, сколько он со своей невестой отсутствовал. Да ещё и моё вчерашнее исчезновение. В общем, в основном сама виновата. А вот Ясина, она снова пакостливо улыбнулась. Меня передёрнуло от нехорошего предчувствия, но вмешаться я не успела.
— А вообще нас тут ограбить пытались. — Невинно заметила женщина, рассматривая свои ноготки.
Нет, она определённо ему за что-то мстит!
У Иулиана нервно дёрнулась щека. Он резко прищурил глаза и воззрился на сестру как на одного из всадников апокалипсиса. Ясина улыбнулась ещё шире и пропела, подходя к мужчине ближе.
— Я пыталась рассказать. Но сначала тебя ничего не интересовало кроме моего появления и исчезновения Лены, а потом когда я связалась с тобой и рассказала о том, что наша пропажа нашлась, ты был слишком обрадован, чтобы меня слушать! — Закончила она, направляя прямо на грудь искусника свой негодующий перст.
«То есть Ясина после моего возвращения уже с искусником связаться успела», — отстранённо подумала, наблюдая за невестой искусника. Маска невозмутимости всего на пару секунд треснула на лице Ангелии, показывая досаду и ещё какое-то непонятное чувство, но она слишком быстро взяла себя в руки, скрестила руки на груди и обвиняюще закричала, обращаясь к жениху.
— Я же тебе говорила! Это всё она!
У меня даже сомнений не возникло в том, кого хотят обвинить в неудавшемся ограблении.
Только вот вторую порцию разгорающегося скандала прервало появление охранника дома, которого Ясина почему-то отказалась отпускать, хотя хозяева уже вернулись, и больше особой необходимости в нём не было. Рестарх держал под руку щупленькую старушку в совершенно не подходящей её облику одежде. То есть старушка была совершенно обычная: абсолютно седые волосы, собранные в жидкий хвост, лицо, рассечённое глубокими морщинами, бледная обвисшая кожа. У меня возникло подозрение, что если охранник её отпустит, то она обессиленно упадёт, не удержавшись на ногах, а может и вовсе на тот свет отправится. Но вот её одежда была странной. И дело было не в том, что она была грязной и потрёпанной. Моё воображение представляло людей пенсионного возраста исключительно в длинных аляпистых платьях или юбках, но никак не в висящих кожаных штанах и белоснежной, а ныне замызганной и покрытой бурыми пятнами, рубашке. Если эту одежду отмыть, то я бы сказала, что она больше подойдёт девушке лет двадцати не больше, но никак не восьмидесятилетней, судя по виду, старушке. И эта странная, пусть будет леди, опасливо жалась к Рестарху и не сводила взгляда полного ужаса с Ангелии. А потом она всхлипнула, всё-таки пошатнулась и хриплым, словно сорванным голосом, позвала.
— М-мастер, — всхлипнула ещё раз и из её глаз покатились крупные слёзы.
На кухне поселилась пугающая тишина. Я обвела присутствующих ничего не понимающим взглядом и удивилась тому, насколько была разная реакция на лицах присутствующих. Ясина выглядела слегка заинтересованной появлением новой гостьи. Ангелия неотрывно смотрела на старушку и в её взгляде открыто читалась паника. При этом невеста искусника медленно шаг за шагом двигалась спиной в направлении выхода из кухни. Иулиан же хмурился, словно пытался что-то вспомнить или сопоставить какие-то детали. Только Рестарх оставался невозмутимым, он же и нарушил повисшую тишину.
— Нашёл эту, — лёгкий кивок головы на старушку, — пробирающейся ко второму входу. После задержания заявила, что ей больше податься некуда и ещё лепетала что-то про то, что она ваша помощница.
Казалось, что абсурднее ситуации просто не может быть, потому что максимум, в чём могла помогать эта бабуля — это сидеть в кресле-качалке и вязать носки. Только вот искусник так не считал. Хмурые складки на лице разгладились, брови поползли вверх, и он неверующе выдохнул:
 
— Марьяна?
Гостья вымученно улыбнулась и таки потеряла сознание. То ли от облегчения, то ли ещё от чего, но если бы не вовремя среагировавший охранник, то столкновение с полом выбило бы из старушки последний дух. Вторым отреагировал Иулиан, громко закричав, чтобы срочно пригласили лекаря и вызвали его высочество. На затворках сознания закопошилась мысль, что происходит что-то очень и очень странное.
— А где... — начала Ясина, обводя помещение недоумённым взглядом.
Кого она имела в виду, я поняла сразу. Только вот мы, напуганные потерей сознания старушки, исчезновения Ангелии не только из кухни, но и из дома искусника, даже не заметили.
Лекарь появился спустя пятнадцать минут, а вот его высочество словно под дверью стоял и дожидался, когда же его наконец-то позовут. Впрочем, возможно я утрирую, и такие персоны как Витомир дэ Люрэк имеют не по одному камню переноса, и попасть в нужный дом для них не составляет труда. Меня окинули неприязненным взглядом, Ясине подарили ослепительную улыбку и нас без колебаний выгнали из комнаты, куда Марьяну успели перенести. Стало немного обидно, хотя бы потому, что можно было выпроводить нас и повежливей.
— Не очень-то и хотелось, — проворчала Ясина, складывая руки на груди.
Я тяжело вздохнула и неохотно призналась.
— Говори за себя. Меня любопытство просто раздирает на части. Может у Иулиана есть какая-нибудь штука для подслушивания? Всё-таки запёрлись они не в кабинете.
— Тебе утреннего скандала было мало? — хмуро уточнила она.
— Всё равно уже влетело, — я неопределённо повела плечами. Меня так и подмывало влезть в какую-нибудь авантюру. Видимо от пакостливого настроения Ясины и мне передалось. Наверное, только поэтому я прищурилась и тихо протянула. — А замок в мастерской уже сломан.
Сестра искусника сомневалась всего долю секунды, прежде чем согласно махнуть головой. Ещё минут пять мы потратили на то, чтобы сбегать до мастерской и вернуться обратно. И вот мы уже стоим перед запертой дверью, радостно улыбаясь и вертя в руках круглую деревянную конструкцию. Только вот то ли конструкция оказалась бракованной, то ли Иулиан её доделать не успел, но стоило нам было прислонить её к двери, как раздался знатный скрежет, от которого на пару минут заложило в ушах, а запертая до этого момента дверь распахнулась. Стоит ли говорить, что мы кубарём ввалились в комнату?
Видеть осуждающие взгляды не только Иулиана, его высочества и лекаря, но и пришедшей в себя старушки было несколько... совестливо. И в отличие от Ясины, которая поднялась, отряхнулась и приняла самый независимый вид, я так быстро справиться с эмоциями не смогла. Краснея, мне пришлось разглядывать деревянный пол, заламывая пальцы за спиной. Как-то о таком развитии событий я не подумала, а видимо зря.
— Леди, — издевательски протянул его высочество, — вы что-то хотели?
Хотели не то слово. Провалиться сквозь землю мы хотели! Только желания не всегда исполняются, поэтому пришлось набраться смелости и поднять глаза.
— Мы беспокоились, — взяла слово Ясина.
Иулиан приподнял брови, ожидая продолжение, и я не стала его разочаровывать. Врать так коллективно.
— Беспокоились, — повторила уверенно, не отводя взгляда, — за гостью. Мы хотели уточнить, вдруг мы с Ясиной можем чем-то помочь.
На лекаря я принципиально не смотрела, боясь, что снова зальюсь краской и опущу взгляд. Его высочество усмехнулся, ни капли нам не поверив, а искусник и вовсе не стал отмалчиваться.
— Подслушать вы хотели! — воскликнул он обвиняюще.
После этого я могла сделать только одно.
— Ну, мы пойдём? — подхватила подругу под локоток и тихонечко стала отступать в коридор.
—Никуда вы не пойдёте, — как-то совсем рассерженно проговорил искусник. — Знакомьтесь, это Марьяна. Моя подмастерья.