Свадьба по приказу, или Моя непокорная княжна (СИ)

От тихих признаний, от чуть хриплого голоса мурашки пошли по коже.
— Мне нравится твой непокорный нрав, нравится то, как ты готова защищать тех, кто находится рядом, даже если эти люди на самом деле тебе чужие. Я бы очень хотел начать все сначала и никуда тебя не отпускать. Очень… Но и неволить не имею ни права. Не могу заставить тебя остаться. — Он грустно улыбнулся и добавил: — Могу лишь надеяться, что ты сама захочешь быть со мной рядом.
Андрей замолчал, и тут, как назло, карета остановилась.
— Приехали, барин! — зычный голос возницы разрушил очарование момента, я больше не тянулась за поцелуем. Но точно знала, что у нас будет еще немало таких моментов. И…
Немало поцелуев.
— Мне пора, — сказала я и потянулась к дверце экипажа. — Спасибо тебе, Андрей. За то, что поверил, и за то, что готов начать все сначала. Для меня это важно.
Из кареты я вышла решительная и независимая, но в храм мы вошли вместе. Андрей при всем желании не смог бы остаться в экипаже, не бросил бы меня и сейчас. Судя по хмурому, если не сказать убитому выражению лица, он явно готовился встречать жену номер два. Софью в оригинале, которая точно была бы в шоке от своего возвращения к уже неродным пенатам.
Мне хотелось ему признаться, что тоже полюбила. Так горячо, так сильно, что уже точно решила остаться. Но не сейчас… Начну говорить о любви — и может не отпустить. Одно дело проводить древний и, возможно, опасный обряд, чтобы вернуться домой, к своей семье, и совсем другое — рисковать собой ради существа, которое сегодня он увидел впервые в жизни.
Я примерно представляла реакцию мужа, а потому пока молчала.
В столь поздний час в храме было пусто, но, к счастью, двери его оказались не заперты. В молчании мы подошли к алтарю, освещенному пламенем множества свечей, и Андрей тихо, с явным усилием проронил:
— Нужна помощь?
Я покачала головой.
Мы много раз проговаривали с Четом, что должна буду делать, чтобы воззвать к своей силе и соединить ее с магией Многоликого. Сейчас я ощущала его могущество каждой клеткой своего тела. Светлую, живительную энергию, которой был пронизан каждый камень, каждый уголок этого священного места.
Итак! Для начала надо успокоиться и сосредоточиться. Это основа основ.
— Соф… Маша, — исправился Андрей и напряженно поинтересовался: — Ты точно знаешь, что нужно делать?
— Точно, — ответила ему, мягко улыбнувшись. — Будь спокоен.
И мне тоже стоит расслабиться, настроиться, раскрыть свой дар. В теории — элементарно, а на деле все куда сложнее.
Глубоко вздохнув, стала взывать к своей силе. Тихо, осторожно, мягко, стараясь ощутить малейшее ее проявление: нарастающее внутри тепло, будто солнце в груди начинает сиять, тихая пульсация в сердце, легкое покалывание в кончиках пальцев и первые, рассыпающиеся по коже искры…
Закрыла глаза, погружаясь в эти ощущения, не позволяя себе усомниться в своих возможностях ни на мгновение.
У меня все получится. Не может не получиться.
Из Чета вышел отличный учитель.
Не знаю, сколько прошло времени, но, когда открыла глаза, совсем не удивилась прекрасному цветку, сиявшему в ладонях, — чистая магия огня и равновесия.
Восхищенный вздох мужа вызвал на губах улыбку.
Да, мои дары красивы.
Но не отвлекаемся, продолжаем…
Теперь нужно возложить руки на алтарь и представить то место, куда хочу направить силу, переплетя её с магией Многоликого.
Все получится, Маша! Ты сможешь!
Образ, который Чет передал мне прежде, чем исчезнуть, мгновенно возник перед глазами. Словно наяву я видела сосуд, похожий на бумажный китайский фонарик, только меньше размером и выполненный из камня и металла.
Где бы этот дрянной горшок ни прятался, магия найдет его. Найдёт и уничтожит!
Когда меня окутало божественным светом, ударившим в самое сердце, я пошатнулась и едва не отняла руки от алтаря. Этот поток чистейшей силы можно было сравнить с штормовой волной: своенравной, буйной, непокорной…
— Помоги, — зашептала, зажмурившись. — Помоги, не противься…
Божественная магия словно только того и ждала, присмирела, притихла, неторопливо закружила вокруг меня, оплетая своей мерцающей вуалью. Согревая и успокаивая.
 
— Спасибо, — выдохнула я, но расслабляться не стала.
Рано еще.
В голове вдруг четко прозвучал старческий голос:
— Решилась? Уходишь?
«Нет, — ответила мысленно. — Остаюсь с мужем, но хочу помочь другу».
Я сразу узнала этот голос. Голос нищенки, с которой повстречалась на следующий день после своего появления в новом мире. Да и как не узнать? Мне кажется, я его на всю жизнь запомнила, как и страх перед неизвестностью и тревожным будущим.
— Хорошее дело, и решение верное, — в голосе, как оказалось, псевдонищенки послышалось удовлетворение. — Показывай, что сделать собралась, — помогу.
Показывай… А как? Разве что мысленно еще раз представить злосчастный артефакт и то, как он разрушается, освобождая Чета от власти хаоситов.
— А чего один? — тут же отреагировала невидимая собеседница. — Зачем мелочиться? Тебе сил на все хватит, девочка…
— На все? — Сиюминутное удивление сменилось радостью и предвкушением большой такой подлянки, которую я собиралась устроить этим гадам. Чет ведь говорил, что он не единственный узник хаоситов. — И правда, не будем мелочиться! Все так все!
— Тогда держись, девочка. Будет немного больно!
И не солгала ведь! Или не солгал… Больно было. И не немного! Сначала жаром обдало ладони, потом опалило предплечья — я едва удержалась от того, чтобы не отдернуть от алтаря пальцы, но вместо этого еще сильнее к нему прижалась.
Вскрикнула от напряжения, от болезненных ощущений, краем сознания отметив, что Андрей рванулся ко мне, но приблизиться не смог — не пропустил мерцающий полог. И правильно, что не пропустил! Сейчас муж бы только отвлек и тем самым усложнил мне задачу.
На этом «немного больно» не закончилось. Жар распространился выше по телу, заставляя делать жадные вдохи и выдохи. Колени дрожали, ноги казались ватными. Мелькнула мысль, что упаду, не выдержу, но каким-то чудом все-таки устояла.
Когда в голове первый раз полыхнуло, я не сразу осознала, что происходит. Но когда за одной вспышкой последовала другая, а за ней третья, четвертая, пятая… голова загудела, казалось, готовая взорваться. Тут уж сообразила, что это уничтожаются артефакты.
Открыв глаза, едва не вскрикнула от удивления: в паре шагов от меня появилось существо, отдалено похожее на аджана, весело мне отсалютовало и стрелой полетело куда-то ввысь. За ним был еще один, и еще, еще…
В глазах рябило, но я продолжала держаться за алтарь, смотрела на появляющихся из ниоткуда диковинных созданий, чувствовала их радость, их благодарность, и улыбалась. Вымученно, с усилием, потому что все тело болело так, как никогда в жизни, но искренне. Вот только… С каждой минутой магии становилось все меньше, а Чета все не было!
Во рту появился солоноватый привкус. Кажется, я прикусила губу и даже не сразу заметила. В то время я уже держалась на чистом упрямстве и желании увидеть своего несносного чертяку.
— Где же ты… — пробормотала, проводив взглядом еще одного обретшего свободу хранителя.
— Здесь… Машка, я здесь! Я свободен!
Я застыла, не веря своим глазам. Того роскошного аджана, великолепного чертяки, которым его помнила, больше не было. Чет как будто стал в два раза меньше, съёжился весь. Хвост поджат, шерсть в подпалинах, а в глазах…
А в глазах радость.
Из моих же хлынули слёзы.
— Чет, миленький, что они с тобой сделали? — Божественная магия медленно меня покидала, а с её уходом ещё сильнее ощущалась усталость.
— Не реви, Манюня. Как же ты это любишь… Я быстро восстановлюсь! — Хранитель приблизился и осторожно прижался ко мне, повторив: — Не реви, моя хорошая. Наоборот, радуйся! Ты спасла меня… Нас! Я свободен и могу вернуться в родные чертоги. Это прекрасно!
— Я буду по тебе скучать, — призналась, помнимая, что не буду вести себя как эгоистка и просить его остаться.