О чём молчали города. Мистические истории

– Прозаик? – ёрничал Пират. – Вы, извиняюсь, стихи пишете или сказки про детей?
– Мистику, в основном.
– А, Шекспир!
– Шекспир-то чем не угодил? – возмутилась актриса.
Мила решила прервать намечавшуюся ссору и обратилась к парнишке:
– А вы?..
Он оторвался от айфона:
– Максим, Макс. Просто интересно стало. Проверка на смелость, как будто, или игра онлайн.
Глаза самого молодого экскурсанта сохранили выражение невинности, и выглядел он довольно трогательно: высокий лоб, короткие рыжеватые волосы, чуть выдающиеся светлые брови, щёки с лёгким румянцем.
– Отлично! – пресекла Ирена очередную Лёхину остроту. – Сейчас я раздам экипировку по вашим размерам. Живенько идём переодеваться: комната мальчиков слева, комната девочек справа, туалет и умывальник – посередине. Есть несколько минут, чтобы покурить, в подземелье не курят в целях безопасности. Вопросы есть? Вопросов нет!
В комнате мальчиков на стенах висели фотографии призраков, взятые из инета. «Любопытно, – подумал Дмитрий, переодеваясь, – а у девочек в комнате – рисунки всяких мерзких чудищ, вроде Ктулху? Надо будет спросить как-нибудь». Он быстро надел на себя жёлтый комбинезон, потом – ботинки с толстым треком на подошве, и отправился на улицу – подышать на прощание свежим воздухом. Вместе с ним пошёл Лёха, а Макс остался в столовой с айфоном.
Перед домом уже стояла Дина и курила что-то дамское; Лёха достал электронную сигарету и поднял вокруг себя клубы пахучего пара.
– Видали?.. – он показал сигаретой на невредимый навес над крыльцом. – Дурят нас, как хотят.
Фредди как ни в чём не бывало сидел на завалившейся изгороди. Да, аттракцион с обрушением удался. Дмитрий отошёл в сторону и стал наговаривать на диктофон в мобильнике отрывочные зарисовки: все спутники показались ему занятными персонажами, и он решил сохранить первые впечатления о встрече.
Наконец все вернулись в дом, и вскоре за столом сидели пять жёлтых человечков и одна бирюзовая Ирена. Слово взяла сталкер Мила:
– Перед вами на столе лежит шахтёрская каска и аудиогарнитура, наденьте её, чтобы проверить. Для включения нажмите на кнопку, громкость регулируется бегунком.
Прибор смахивал на женский ободок для волос: с одной стороны крепился миниатюрный наушник, а с другой – микрофон, как у эстрадных певцов. Дмитрий услышал в своей голове голос Милы и чуть убавил звук.
– Теперь надеваем каску и проверяем работу фонаря: поверните фокус по часовой стрелке, и он включится. Только смотрите в сторону, чтобы не ослепить соседей!
Лёха, конечно же, сначала включил фонарь, направив его на Макса, а потом отвернулся; Макс тихо выругался. Всё работало.
– Выключаем фонари и на время экскурсии прощаемся с Иреной. Она нас встретит и поможет забрать одежду и добраться до метро.
Народ уже собрался выйти из дома, но мадам «Белый квадрат» с таинственным видом приподняла край паласа в комнате и продемонстрировала в полу большой люк с логотипом фирмы. Дмитрий и Макс подняли крышку люка за два кольца, и стала видна лестница, спускающаяся в чёрный подпол.
– Ох уж эти сказочники! – проворчал в микрофон Лёха.
Сразу отозвалась Мила:
– Спуск специально оборудован в этом доме, потому что существование подземных ходов является тайной для жителей Петербурга.
Люк над головами экскурсантов с грохотом захлопнулся, однако фонари неплохо освещали то, что могли выхватывать из темноты. Слабо светились голубым флюоресцирующие полосы на руках и ногах. Все крутили головами, поэтому картинка немного напоминала блуждающие в небе прожекторы во время ночной воздушной тревоги.
– Наше путешествие, как вы понимаете, связано с опасностью. Я не шучу. Поэтому вы должны подчиняться главному правилу: никогда и никуда не лезьте без моего разрешения! Шаг влево и вправо от основного маршрута считается нарушением. Основные команды выполнять немедленно и беспрекословно: «Стоять», «Бегом» и «Туда». Во время команды «Туда» все направляют свои фонари в ту сторону, куда я указываю рукой. Это может быть предмет для изучения и демонстрации, но может быть и опасность, которую следует распознать. Тренируемся! «Туда», – она вытянула руку.
 
Экскурсанты повернулись, но не сразу собрали лучи в один сноп света.
– Туда!
В этот раз вышло более слаженно.
– Туда, туда! – Мила махнула рукой два раза, и все почти успели вовремя направить свет на точки на пустой стене. А сталкер щёлкнула выключателем, и ряд лампочек под потолком показал направление движения.
– А зачем мы шляпы надевали? – пробурчал Лёха.
– Скоро всё узнаете.
Крымову показалось, что в её интонации проскочила усмешка.
Они прошли несколько метров, по всей видимости выбираясь из-под фундамента дома, и услышали предупреждение:
– Дамы и господа, внимание! Мы в круге первом, он называется «Сад корней». Идти по тропинке строго за мной.
В этот момент линия лампочек над головой закончилась. Дмитрий шёл третьим: впереди он видел небольшую фигурку артистки Дины, а за ним слышалось дыхание Макса.
– Охотники за привидениями, вперёд! – начал Лёха и тут же осёкся. – Чёрт!
Ахнула Дина.
Поразительные откровения 
Помня о долге писателя, Дмитрий Гримм старался запоминать во время экскурсии свои впечатления, поскольку надиктовывать во время ходьбы было неудобно. Его окружил запах сырой земли, и со всех сторон навалилась тишина; даже собственные шаги звучали как-то глухо. Он не сразу почувствовал прикосновение чего-то прохладного к голове и плечам, – каска и комбинезон защищали кожу, – но когда по его щекам прошлись чьи-то холодные пальцы, он вздрогнул и приподнял голову. С потолка подземного хода свисали тысячи корней, похожие на лапы, водоросли или корявые руки. Он понял, что Мила вела их точно за собой неслучайно: кто-то подрезал корни над тропинкой так, чтобы взрослый человек мог свободно пройти, и всё же их касание прочувствовал каждый. Дмитрий слышал, как Макс что-то промычал. Скорее всего, корни принадлежали деревьям, живущим на кладбище, поэтому через какое-то время все выбрались на импровизированную поляну, или место, где странный сад закончился.
Мила выстроила всех в шеренгу и известила, что группа подошла к входу в древнее подземелье, и он настолько широк, что все могут зайти в него одновременно, благо никаких ворот здесь нет. Дмитрий сразу почувствовал подвох, поскольку сама сталкер встала чуть позади шеренги, и двинулся вперёд с осторожностью. Медленно переставляя ноги, экскурсанты направились в кромешную тьму. Дмитрий сделал шагов семь и вдруг почувствовал, что ему трудно преодолевать пространство; остальные тоже замедлили шаг и задышали чаще. Что-то ощутимо удерживало их, но ещё усилие – и это «что-то» пропало. Народ остановился с недоумением, оглядываясь вокруг, а Мила шутливым тоном прокомментировала, что они только что порвали паутину подземного паука; она очень прочная, но не липкая. Сотников посмотрел под ноги и увидел обрывки странной паутины, развевающиеся возле ног.
– Дамы и господа! – раздался в наушнике голос сталкера. – Вы уже почувствовали непростой характер объекта, который мы исследуем. Знайте, что всё здесь самое настоящее, и мы больше не встретим аттракционов, подобных тому, что вы видели у кладбищенского домика. Ещё раз предупреждаю об осторожности: ни в одно из ответвлений главного хода заглядывать нельзя. А сейчас – наш первый экспонат. Туда!
Она показала направление рукой, и они подошли к большой серой плите, на которой были высечены непонятные буквы. Рядом с камнем землю выбрали так, что в стене образовалась ниша и длинная земляная скамья, на которую все, кроме Милы, с удовольствием сели.
– Перед нами – плита из серого гранита, на которой создатели катакомб оставили послание потомкам. Можно сказать, что эти подземелья заново открыл для нас советский филолог-славист Георгий Петрович Манычев. В 1967 году до него дошли слухи, что во время прокладки метро в районе станции «Василеостровская» обнаружены какие-то письмена. Манычеву удалось найти метростроевцев, видевших эти письмена. Ему рассказали, что однажды в туннель хлынули грунтовые воды, и когда их откачали, обнаружили подземный ход, заканчивающийся камнем с надписями, которые никто не может прочитать. Перед открытием станции стены туннеля предполагалось укрепить и заморозить, чтобы вода не могла просачиваться на рельсы. Скорее всего, Георгий Петрович дал кому-то из начальников взятку, чтобы добраться до странной плиты, и это ему удалось. Он срисовал то, что мы сейчас видим перед собой, и принялся разгадывать, что же это такое.