Мотылек (СИ)

   — Я ужинал здесь. Что-то могу сделать для тебя, Рози? Я, видишь ли, немного занят.
   — Мне нужен план замка.
   — Зачем?
   — Я заблудилась, не могла найти дорогу и вышла к вашему кабинету совершенно случайно.
   — Для этого в замке полно слуг, они хорошо изучили все пути, поверь мне.
   Джаральд взял со стола маленький колокольчик и позвонил. Я отошла от двери, ожидая, что сейчас войдёт дворецкий или камердинер, однако никто не появился. Отчим нахмурился и поднялся из-за стола.
   — Ну и где все?
   — Полагаю, Катрин заняла слуг разбором вещей.
   — Она заняла слуг, а мне теперь никого не дозваться? — на этот вопрос я предпочла не отвечать, молча наблюдая, как он прошёл к книжным полкам, подвигал какие-то фолианты и, наконец, извлёк наружу длинный свиток.
   — Вот план замка, разберёшь?
   Я взяла свиток в руки, развернула, покрутила в разные стороны, пытаясь определить, где сейчас нахожусь.
   — Да, конечно, благодарю, — повернулась к двери, уткнувшись носом в свиток. Как-то сложно оказалось разобрать, что именно означали разные кружочки, прямоугольники и длинные чёрточки, да и сама схема была странной. План нашего поместья выглядел намного понятнее.
   «Наверное, мы сейчас вот здесь», — подумала, разглядывая один из квадратиков на первом этаже, заключённых в длинный прямоугольник, означенный как западное крыло. Может он нарочно дал мне такую странную схему, чтобы я никогда не отыскала дорогу? В этот момент, будто отвечая на мои мысли, граф отобрал план и открыл дверь, приглашая покинуть комнату.
   — Сам провожу, идём.
   Джаральд свернул налево, а я застыла у двери. Отчим обернулся и нетерпеливо поманил за собой рукой:
   — Идём же.
   — Давайте, по главной лестнице.
   — У тебя Розовая комната?
   Я кивнула.
   — Этот путь короче.
   — Там я и заблудилась, бродила полчаса, а сюда вышла, когда увидела девушку в длинном белом платье.
   — Рози, в моём замке очень мало девушек, не считая тебя и служанок, которые бы точно не стали бродить в данный момент в этом крыле. Ты сама сказала, что их заняла Катрин.
   — Там ещё лестницы странные такие, они скрипят сами по себе, и вздохи слышатся, тоскливые, будто кто склоняется к самому уху и стонет.
   Мурашки снова побежали по коже от вызывающих дрожь воспоминаний. Граф странно посмотрел на меня, подошёл ближе и положил руку на лоб. Я вздрогнула от его прикосновения, поднимая глаза на отчима и невольно делая небольшой шажок ему навстречу.
   — У тебя нет жара, Розалинда? Может дорога утомила? Идём, иначе простоим тут до самой ночи, — Джаральд развернулся и быстрым шагом пошёл вперёд, а я кинулась за ним, стараясь не отстать.
   Мы вернулись в тот освещённый луной коридор, откуда я вышла к кабинету, и здесь в стене граф отворил небольшую дверь, не замеченную мной ранее. За ней обнаружилась узкая винтовая лестница. Уверенно, без помощи светильника, довольствуясь лишь лунным светом, падавшим через узкие окошки, опекун пошёл вверх. Я так быстро побежала следом, что споткнулась на одной из ступенек и проехала на коленях вниз, стукнувшись спиной и затылком о стену.
   В глазах потемнело, и голова наполнилась шумом, вздохами и какими-то далёкими голосами.
   — Господи, Рози, что с тобой такое?
   Я открыла глаза, посмотрела на поспешно спустившегося и присевшего рядом со мной графа. Там, за ним, выше по ступенькам, где лестница делала изгиб, вдруг мелькнул в полумраке краешек белого платья.
   Я прижала к глазам ладони, в груди похолодело и дышать стало трудно.
   — Знаешь, милая Розалинда, что я думаю? — граф отвёл ладони от моего лица, — Ты слишком впечатлительная натура, начитавшаяся страшных сказок о древних замках.
   — Граф, — я понизила голос до шёпота, — у вас здесь есть привидения?
   — Конечно есть, как в любом уважающем себя древнем строении.
   — Тогда я их вижу.
   — Рози, твои слова звучат слишком обидно для меня. Поверь, что привидения в моём замке очень воспитанные существа, они не являются к тем, кому не были представлены, и всегда следуют законам гостеприимства.
 
   — Вы смеётесь надо мной?
   Конечно, он смеялся, это было ясно по тону его голоса.
   — Встать можешь или нести тебя на руках?
   — Не стоит меня провожать, — я поднялась, опираясь на стену и игнорируя протянутую руку, — меня проводят ваши гостеприимные привидения. Раз уж вывели к кабинету, так до спальни точно доведут. А ещё есть ваш замечательный план, и теперь я точно не заплутаю.
   Я решительно протиснулась между графом и стеной, от обиды уже не чувствуя даже страха, и пошла наверх. На ногу было больно наступать. Кажется, я снова ударила уже пострадавшую однажды лодыжку. Ну и бог с ней, и с графом, и с его замком, и со всеми этими привидениями вместе взятыми!
   Прошла несколько ступенек, и спустя мгновение оказалась на руках Джаральда.
   — До невозможности упрямая девчонка! Сказал ведь, что провожу, — отчим прижал меня к себе и продолжил подъем.
   Поставив меня на ноги на самом верху, он провёл через дверь в небольшой закуток с маленьким слуховым окошком. Повернув за угол и проследовав немного вперёд, мы очутились как раз у дверей Розовой комнаты.
   — Ваш замок напоминает лабиринт, столько различных ходов.
   — На твоём месте я бы постарался поскорее запомнить основные лестницы. Жилая часть помещения в юго-восточном крыле, остальная часть замка закрыта.
   — Почему?
   — Строение огромное. Чтобы поддерживать весь замок в пригодном для жилья виде нужно слишком много средств. Какие-то работы проводятся периодически, но в нежилой части довольно сыро. Те комнаты открываются лишь в случае приезда большого числа гостей.
   После слов Джаральда я задумалась о том, какая это тягостная ноша — содержать в порядке фамильное гнездо. Вряд ли речь может идти о продаже столь великолепного места, но хотел ли сам граф жить здесь?
   — А куда поместили Агату и Рика?
   — Рик в моей комнате, а у пантеры своя. Как-нибудь отведу тебя к ней, а теперь спокойной ночи, Рози. Постарайся не бродить в темноте по замку, здесь хватает древних ловушек, в которые ты можешь ненароком попасть.
   Отчим отвернулся и пошёл в обратном направлении, а я проводила его взглядом и только после этого вернулась в спальню. Есть хотелось, но просить Джаральда отвести меня сперва на кухню, а потом в комнату я не могла. Оставалось надеяться, что усталость окажется сильнее голода и я быстро усну.
   Раздевшись и аккуратно сложив платье поверх старинного сундука, я расчесала волосы, переодела ночную рубашку и устроилась в постели. Дверь на всякий случай закрыла на ключ и задёрнула полог кровати. В моей прежней спальне такого не было, но так становилось даже уютнее, учитывая, что спать ложилась в новом и незнакомом для себя месте.
   Уснула довольно быстро, а проснулась резко и неожиданно от странного ощущения лёгкого прикосновения к моему лицу. Будто повеяло вдруг невыносимым холодом, от которого я мгновенно раскрыла глаза. Сердце пропустило удар, и от ужаса я оцепенела. Волоски встали дыбом на коже, и дыхание замерло в груди. Занавески полога колыхались на ветру, а между ними виднелось белое лицо девушки, которая смотрела прямо на меня. Руками лихорадочно нащупала подушку, отползая к самому изголовью, зажмурилась, закрываясь от чудовищного призрака. Тело била крупная дрожь, я хотела звать на помощь, но голос пропал.
   Несколько мгновений или минут прошло, пока ветер стих, а в комнате стало теплее. Я решилась поднять ресницы, вновь ожидая увидеть страшное лицо, но полог больше не колыхался, и призрак исчез. Дрожащими пальцами отдёрнула ткань и, сжимая подушку в руках, сползла с кровати. Оглядела комнату, затаив дыхание от страха, но она была пуста. Луна светила сквозь окно, а шторы были раздвинуты. Я подошла ближе, с дрожью прильнула к стеклу, выглядывая наружу, но мирный пейзаж не нарушала тень мрачного и чуждого этому миру присутствия. Вновь забравшись в постель, закуталась в одеяло по самую шею, обложилась подушками, сжала в ладони тяжёлый подсвечник, и до самого утра не сомкнула глаз.