Падение Рыжего Орка (СИ)

Невесту это не слишком смущает, и после долгой паузы она отвечает: «Да». Жених на аналогичный вопрос отвечает: «Ну ясен день согласен». Стиснув зубы, Валентина Васильевна принимает этот не соответствующий протоколу ответ. Такой ее уступчивости способствуют конверт с купюрами и бутылка отличного игристого, презентованные как раз стоящим рядом с женихом с самым благонравным видом свидетелем — расторопным молодым человеком по имени Ростислав.
— Подойдите к столу регистрации и своими подписями скрепите ваш семейный союз. Жених, прошу вас.
Вместо того чтобы сразу подписать документ, двухметровый оборачивается к свидетелю и громко спрашивает: «Слава, ты договор внимательно прочел? Точно можно подписывать?». Свидетель лицом и всем телом изображает утвердительную пантомиму.
— В полном соответствии с Семейным Кодексом Российской Федерации…
В этот момент жених не нашел ничего лучше, чем повернуться к свидетелю и спросить: «А у нее точно есть такие полномочия? Ты сертификат видел?». Лушина скрипнула зубами, но продолжила. Она профессионал!
— Согласно составленной актовой записи о заключении брака, скреплённой вашими подписями, ваш брак регистрируется. Объявляю вас мужем и женой. Ваш брак законный. Поздравьте друг друга. Жених, можете поцеловать невесту.
— Серьезно? Уже можно?! Ну наконец-то!
Жених подхватывает невесту на руки, целует ее. И под хохот гостей разворачивается и собирается покинуть зал для регистрации. Тут терпение заслуженного работника культуры и обладательницы двух почетных грамот лопается. Она топает ногой, а голос срывается на фальцет:
— КУДА?! А свидетельство?! А паспорта?! Что за цирк вы тут устроили?!
Не оборачиваясь, жених, а, точнее, уже новоявленный муж кивает свидетелю:
— Рося, разберись там. Если где надо — распишись за меня, ты же умеешь.
После чего эта невозможная пара все-таки покидает зал для торжественной регистрации. Гости принимаются поздравлять друг друга. Ростислав что-то проникновенно шепчет на ухо заслуженному работнику, придерживая даму за округлый локоть и обмахивая ее свидетельством о заключении брака между Варварой Самойловой и Тихоном Тихим.
И, в конце концов, все остаются довольны.
— Вот что ты натворил? — они стоят вдвоем в солнечном морозном январе, щурясь на солнце. Одна чисто белая вещь у невесты все-таки имеется — это расклешенная норковая шубка, белоснежная, заботливо накинутая на плечи законным супругом. Но Варя сейчас не чувствует холода. Счастья внутри греет похлеще печки. И он рядом. Муж. Законный супруг. И он тоже не чувствует холода в обычной рубашке на голое тело. Потому что рядом она — его законная рыжая ведьма.
— А что я натворил? Нас же объявили мужем и женой. Все. Дальше неинтересно.
— Тихий, ты сорвал церемонию, — смеется она. — Ты вообще не умеешь себя вести на свадьбах!
— Еще как умею. Главное — результат. Хотя… Тихая, я, если честно, до сих пор не верю, что я наконец-то дотащил тебя до ЗАГСа, несмотря на все твои капризы.
— Капризы? — она поправляет ворот шубки. — Не было никаких капризов.
Капризов и в самом деле не было. Сначала был сильный токсикоз — такой интенсивности, что Варе пришлось идти на больничный, потому что она реально не могла в первой половине дня ничего делать — тошнота и слабость жуткие. И почти два месяца такой котовасии. Как только прошел токсикоз — возникла угроза прерывания. Не то, чтобы серьезная — начал немного болеть живот и появились слабые выделения. Черт Варю дернул сказать об этом Тихону. На следующий день она уже лежала в роддоме на сохранении. Потом, когда она выписалась из роддома, начался рождественский пост, во время которого нельзя венчаться. Да и Варя после всех приключений с токсикозом и роддомом не могла на себя в зеркало смотреть. Она осунулась на лицо и вообще, на собственный взгляд, выглядела ужасно — куда с таким лицом замуж? Надо хотя бы немного в себя придти. Для Вари такое непростое протекание беременности стало неприятным сюрпризом и тяжелым испытанием. Она грешила на перенесенный трихомониаз и с легкой завистью вспоминала, как всю беременность проскакала козой Любава. Варе было до такого далеко. Ей хотя бы время суметь выбрать для бракосочетания — чтобы не тошнило, ничего не болело и не отекало, и чтобы она выглядела прилично. Такое время нашлось только к шестому месяцу беременности. Когда, словно по мановению волшебной палочки, у нее прекратились все проблемы со здоровьем, которые принесла беременность. Когда все, наконец-то, сложилось. И они с Тихоном поженились.
 
— И вообще, ты же знаешь, — он плотнее запахивает на ней шубку, пытается застегнуть нижний крючок, но живот мешает. — Я, когда нервничаю, всегда веду себя как идиот.
— А ты нервничаешь?
— А то!
— Ну ты нахал… — качает головой она. — Вообще, это невесте положено нервничать! Особенно в моем положении. И если кто и имел права устраивать цирк из церемонии бракосочетания — то это я, а не ты!
— Я думал, тетку в шторе хватит удар, — ухмыляется он.
— Какая еще тетка в шторе?!
— Ну, которая объявила нас мужем и женой. По-моему, она была завернута в штору. Не?
Варя вспоминает темно-зеленое бархатное платье регистраторши и смеется.
— Колоритная дама. Слава на нее явно запал.
— Думаю, у него нет шансов.
— Слушай, у меня гениальная идея! Давай разведемся, а? И поженимся еще раз! Дадим Славе второй шанс. Заодно во время второго раза цирк могу устроить я — для ровного счета. Например, начать рожать прямо во время регистрации. Здорово придумала?
— Отличная попытка, Тихая. Но — шиш тебе, а не развод. Ты вляпалась в меня всерьез и на всю жизнь.
Она снова смеется. Даже предположить не могла, что после стольких испытаний последних месяцев она будет так смеяться на собственной свадьбе.
— Наконец-то! — комментирует ее муж появление из дверей ЗАГСа их друзей и родных. — Ну что, Варвара Глебовна, поехали в кремль?
— Поехали, — она вкладывает свою руку в его ладонь. — И познакомь уже меня с князем Дмитрием Донским.
__________
Венчание, состоявшееся на следующий день, прошло тихо и скромно. На нем присутствовали только члены семьи.
© http://lady.webnice.ru [135927.31.135.77.128.491.5f6d4c87e101d2880490860d654f0eff]
PoDarena 12.03.2016 15:34» По битым стеклам, оскирькам (от Dawn)
По битым стёклам, оскирькам
Я шёл, надеясь возвратиться.
Ваш блудный сын стремился к вам.
Он умер, чтобы вновь родиться.
Осколки прошлого впивались,
Как будто мстили мне за то,
Что я с судьбою развлекаясь,
Когда-то в хлам разбил её.
По битым стёклам, оскирькам
Я шёл, надеясь возвратиться
К той, что и такого приняла,
Да разглядела в Квазимодо принца.
Как склеить эти оскирьки?
Стекляшки, что дороже злата?
И есть ли клей специальный для души,
Стирающий следы ошибок разом?
Что было, то уж не вернуть,
Впилось, вросло тебе под кожу.
Начать лишь можно новый путь.
И стёкла новые ты береги, прохожий.
Автор: Dawn © http://lady.webnice.ru [135927.31.135.77.128.887.5f6d4c87e101d2880490860d654f0eff]
PoDarena 13.03.2016 17:10» Эпилог. На сцену выходит какой-то мужик в простыне…
Эпилог. На сцену выходит какой-то мужик в простыне. Это не главный герой! Просто именно так в древнегреческих комедиях и трагедиях выглядел Эпилог.
Из авторской суфлерской будки, задумчиво: «Не, я понимаю, конечно, что у нас тут не Древняя Греция — климат и времена не те.
И мужику в простыне явно холодно и даже неловко — мне отсюда это хорошо видно. Но Эпилог есть Эпилог. Куда же без него».
Ежась на холодном ноябрьском ветру, Варвара в последний раз помахала рукой отъезжающей машине. И нажала на кнопку на пульте. Ворота медленно поехали вниз, закрывая дом и территорию от темноты и холода ноябрьской почти ночи. Варвара обернулась к дому. Свет горел только на первом этаже. И едва теплилось одно окно на втором.