Атолл (СИ)
- Еще бы, - ответил Диккер, - попробуй такого не уважь... Я тому человеку не позавидую, кто на это осмелится.
- Понятно, - сказал Джон. - Вот что, Диккер, кажется, вы прошли испытание верности. Получите обойму с патронами.
- Спасибо, конечно, за доверие, мистер Кейн, - ответил Диккер, умело снаряжая "клерон", но от меня мало толку. Я не могу убить человека.... Даже самого отъявленного негодяя. Уж извините... Так я устроен. Отвлечь внимание, пожалуйста, но стрелять буду только в воздух.
- Как же вас взяли в бандиты?
- А на плантациях тяжело... - засмеялся бывший бухгалтер. - Потом, служба в отряде, это ведь не обязательно налеты на казино и прочее... Налеты дело добровольное. Джексон никого не заставляет бандитствовать. Да и сам практически никогда не выезжает на дело. Зачем ему рисковать. Его дело организовать...
- Вы упомянули о плантациях, что за культуры выращиваются на них?
- Я сказал "плантации"? - Диккер замялся. - Просто оговорился. Я имел в виду огороды там всякие... Это для вас, писателей, слово должно быть точным, а нам, простым людям, как на язык ляжет, так и скажем...
- Вы знаете, что именно в оговорках человек говорит правду?
- Прошу вас, - взмолился Диккер, - не надо меня пытать насчет плантаций. Я очень боюсь Джексона...
- Да, ладно и так понятно. Марихуану выращиваете.
- Я ничего не говорил.
- Разумеется, я же суперсыщик, - пошутил Джон.
Диккер сразу повеселел.
- А какой он из себя? - спросил Джон. - Молодой, старый?
- Кто? Джексон?.. Да как вам сказать... На вид ему лет сорок, но на самом деле - меньше. Просто у него на подбородке и щеке ужасные шрамы, которые его старят. Говорят, что эти шрамы он сам себе нанес, чтобы устрашать других. Хотя... он дважды сидел в тюрьме, а там всякое бывает... Может, порезали... только я думаю, кто это сделал, не долго прожил. Джексон скор на расправу. А если не может отомстить сразу - и через десять лет достанет.
- Слишком уж страшный портрет вы нарисовали, - сказал Джон. - Слушайте, куда вы меня завели? Какие-то дебри...
- Ну, вот мы пришли, - сказал Диккер.
И тогда Джон Кейн увидел вигвам. Он так был построен, можно сказать, встроен в лесные дебри, что его можно было разглядеть, только уткнувшись в него носом.
- Это укрытие я соорудил для себя, - сообщил Диккер. - Так, на всякий случай, мало ли что... Вдруг федералы нагрянут или какие-нибудь козлы начну доставать. Всегда полезно иметь убежище, свою, так сказать, личную территорию, ну, вы меня понимаете...
- Хорошее убежище - это как раз то, чего нам всем не хватает, - согласился писатель.
Диккер открыл замаскированную зеленью плетеную из веток дверь, которую бы Джон сам не обнаружил. В вигваме, как это ни странно, было сухо. "Потому что давно не было дождей", - сказал себе Джон.
Там имелась даже лежанка. Пол устилали циновки. Всё это обнаружилось, как только Диккер зажег спичку, а потом и огарок свечи, который хранился в старой консервной банке.
- Вот тут, - сказал Диккер, - в непромокаемом пакете, запас кофе, сахара и галет, чтобы заморить червячка. Тут же, на лежанке, непромокаемая накидка. Если хлынет тропический ливень, вигвам, конечно, начнет протекать, тогда можно под ней укрыться.
Диккер огляделся по сторонам.
- Ну, вот. Располагайтесь, - сказал он. - Ночью я приду за вами и отведу в деревню. Я все объясню старику Хэнку. Убежден, он не откажет вам в убежище... Осмелюсь спросить, каковы ваши намерения?.. что вы намерены делать?.. Я к тому, если бы я хотя бы отчасти знал ваши планы, то смог бы помочь...
Джон Кейн понял, что раскрыть карты, хотя бы некоторые, ему все равно придется.
- Знаете, Диккер, откровенность за откровенность. Я вам тоже открою свою тайну. Как я подозреваю, девушка, которую ищут по всему острову, это моя... ну как бы это вам сказать... ну, можно сказать, что жена.
- Понимаю.
Джон Кейн кратко рассказал выдуманную сею минуту историю (не упомянув о Бен Ганне, то есть о Пите Борзаке ни словом), о том, как они путешествуют на яхте, в поисках пресной воды пристали к острову. И как он, Джон Кейн, с приятелем - он доктор - высадились на берег и пошли на разведку, а женщина оставалась на судне. На острове они с доктором разошлись в поисках питьевой воды. А когда Джон вернулся на берег, яхты уже не было. Вернее, она была, но её захватили и увели на противоположный конец острова какие-то люди. С тех пор о судьбе доктора и Аниту - так зовут женщину - он, Джон Кейн, ничего не знает. В поисках своих людей Джон наткнулся на береговой дозор. Что было дальше, Диккер знает.
- Теперь меня интересуют три вопроса, - сказал Джон. - Где моя... жена? Где мой друг? И где моя яхта?
- Ну, на последний вопрос я могу почти со стопроцентной уверенностью сказать, что яхта ваша стоит в бухте Гостеприимная. В бухту ведет узкий извилистый пролив. Вход в пролив не сразу заметен. В этой бухте яхте не страшны никакие ураганы. Там Джексон держит весь свой флот - два скоростных катера (один его личный) и три моторные лодки.
Джон Кейн смотрел на Диккера, как утопающий смотрит на спасательный круг, брошенный с борта проходящего судна.
- А вот на первый и тем более на второй вопрос вам я ответить не смогу... пока не смогу. После того, как я схожу в разведку...
Тут у Диккера опять заиграл телефон - какой-то рэгтайм. Он вытащил аппарат и уставился на него, как на гранату с выдернутой чекой.