Пионер — ты в ответе за все! (СИ)
— Ты сейчас серьёзно? — Я думал, что капитан раньше был напряжён, но сейчас он представлял собой просто комок пульсирующей энергии. — Слушай, песни, вот эти твои устройства — это конечно, интересно, но ничего особого в них нет. А это…
— Я же сказал сразу, это революция. — я пододвинул тетрадь к чекисту. — Да, и советую сразу озаботиться охраной и секретностью. За этой технологией будет охотиться весь мир. Лучше всего найти одного какого-нибудь учёного химика для проверки. Там, по сути, нужна только гальваническая ванна и синтез особого полимера. Я всё подробно расписал. Если с синтезом проблем не будет можно за неделю управиться, но я там вроде все нюансы указал, так что должно получиться.
— Я… — Тихомиров хотел что-то сказать, но потом молча встал, и убрал тетрадь в сейф. — Хорошо, я сегодня же лично передам записи куда надо и прослежу за ходом эксперимента. Раз уж ты курируешься нашим управлением, то и отвечать нам. Уверен, шеф согласится, слишком уж заманчивые перспективы маячат если получится. И да, с Митрофановым я поговорю.
— Не стоит, — отмахнулся я, — там вроде никаких сложностей не предвидится пока, но если что, тогда, конечно, обращусь. Вы лучше передайте начальству насчёт кроликов. И если уж хотите чем-то наградить, то лучше предоставьте мне максимально мощный и защищённый сервер в своём центре. Есть у меня одна задумка, светить которой тоже не стоит, однако перспективы на уровне тех же батарей.
— Ты… блин, вот не живётся тебе спокойно. — у капитана даже слов не было, чтобы описать ситуацию и свои мысли по отношению ко мне. — Что там за хрень ещё придумал? Не могу же я к командиру прийти и сказать, так мол и так, а давайте Чеботарёву сервер подарим в нашем центре, он там чего-то придумал, оно может рванёт, а может и нет.
— Логично, — я почесал в затылке, размышляя рассказывать о нейросетях или нет и решил, что рановато, за такое точно упекут. — Тогда ладно, проехали.
— Ни хрена не ладно! — вдруг вспыхнул Илья Демидович. — Ты думаешь, это тебе игры?! Да ты хоть понимаешь, сколько людей можешь подставить своими штуками?! Сколько уже задействовано, кто проверяет твои идеи?! При этом ты говоришь о свободе, но пытаешься чего-то мутить. Ты не понимаешь, что так делаешь себе только хуже?!
— А что вы от меня хотите?! — тут уже я поднялся в ответ. — Что я, блин, должен вам сказать?! Тут сука, живёшь как на вулкане, шаг влево, шаг вправо и хана, в лаву с головой. А прыжок считают попыткой улететь и стреляют на поражение!!! Могу я на всё забить и жить как обычный человек? Да запросто! Плевать мне и на песни, и на всё остальное. Открою маленькую конторку, буду ковыряться помаленьку, клепать какие-нибудь программки на продажу. С голоду не помру.
— Сядь! — рявкнул на меня чекист. — Ты уже вляпался по самые яйца, заднюю давать поздно! Так что сел и подробно объяснил, что ты там делаешь и зачем тебе защищённый сервер. А я в рапорте укажу полное добровольное сотрудничество и мнение, что при минимальном надзоре твоя деятельность более продуктивна.
— Как вляпался, так и отляпаюсь, — я огрызался чувствуя, как внутри закипает злость. — Сложно что ли взять и на всё забить? По большому счёту я только Шилову должен, но с ним уже песнями рассчитался. А с вами сотрудничаю на добровольных началах, просто потому что люблю свою родину, как бы пафосно это не звучало. Но строить меня не надо. Я ведь не шутил по поводу того, что умирать легко. Раз и всё. Никаких тебе тоннелей со светом в конце, ничего такого. Я точно знаю. Маму только жалко. Единственный родной человек как никак.
— Твою за ногу, — Тихомиров тяжело вздохнул, снова отпер сейф и вынул оттуда бутылку армянского коньяка и стакан, потом с сомнением посмотрел на меня и достал ещё один. — Откуда только ты на мою голову взялся.
— Мы из тех ворот, что и весь народ, — я принял на четверть наполненную тару, покатал жидкость по стенкам, вдохнул аромат, и только после этого отхлебнул. — Хороший коньяк! Настоящая Армения!
— Дерьма не держим, — довольно кивнул Илья и тоже хлебнул алкоголя. — А там, у себя… во снах, кем был то?
— Не поверишь, собой и был, — я ещё раз вдохнул запах, но пить не стал. — Чеботарёв Семён Павлович, родился в одна тысяча девятьсот девяносто четвёртого года рождения, город Новосибирск Российской Федерации. Ровно через три года после развала Союза Советских Социалистических Республик. А знаешь кто первым кинулся дербанить ещё не остывший труп страны рабочих и крестьян? Комсомольские вожаки и верхушка ЦК. Те самые партократы трепологи, которые нихрена не умели делать, зато задалбливали постановлениями съездов и собраниями сочинений вождей. Комитет к тому времени выхолостили, они уже лет сорок как не имели права работать по партийному руководству, только с разрешения ЦК, а сам понимаешь, ворон ворону глаз не выклюет. Садили только тех, кто совсем зарвался, да и то, пара показательных процессов не более.
— Сука… — Тихомиров, глядящий на меня круглыми от шока глазами только, и смог что это выдохнуть и залпом допил коньяк, а затем налил себе ещё полстакана и так же опрокинул в глотку, даже не поморщившись. — Сука…
— Не то слово. — я тоже глотнул, грустно усмехнувшись. — Там такое было… потом как-нибудь расскажу. Не хочу сейчас. Не смогу. Наверно, после войны и то было лучше. Как минимум потери населения сопоставимы. Не вписались в рынок, понимаешь? Ублюдки… я хоть это время почти не застал, совсем мелким был, но насмотрелся достаточно. И потом только понял, как мама себе во всём отказывала, лишь бы меня накормить. По двое суток голодала. И с Калёным сошлась только потому, что у него бабки водились. Воры и бандиты тогда хорошо жили. Я тоже вором хотел быть, пока не посадили. А пока сидел, этот ублюдок маму порешил. Ненавижу, сука! Мог бы, ещё раз кончил бы его, своими руками!
— Мы узнали кто такой Барон, — отвлёк меня Илья, немного пришедший в себя. — Цыганский барон, жил на Лесоперевалке. Когда Калёного кончили ушёл в бега. Объявлен во Всероссийский розыск. Найдём, не сомневайся.
— Или нет, — я грустно усмехнулся. — Знаю я как оно бывает, бандиты в федеральном розыске десятилетиями живут не напрягаясь, да ещё почётными гражданами становятся. Впрочем, это там было. У вас может и получится. Всё же люди тут другие. Более человечные что ли. Серьёзно, там при малейших проблемах директор бы меня выкинул из школы, собственно, так и случилось, а тут прям бьются против райкомовских уродов, несмотря на возможные проблемы. И это норма. И я готов за это бороться! Понимаешь, вы только думаете, что капитализм — это плохо, а я это точно знаю! Я жил в стране, где человек человеку волк. Где стариков резали за квартиры, брошенные и никому не нужные дети жили на улице и нюхали клей, потому что в детдоме ещё хуже. Где русских резали во всех бывших союзных республиках с криками о сотнях лет оккупации. Так что большего патриота чем я ещё надо поискать. Так своему начальству и передай. Или… наш разговор пишется?
— Такие правила, — немного смутился Тихомиров. — Положено.
— Ну и ладно, — я вдруг почувствовал, как меня отпустило. — Всё равно же вы меня уже давно срисовали. Надо было бы — давно бы взять попытались. Не факт, что это бы получилось, при всём уважении к возможностям энергетов, но даже если тебя съели у тебя есть два выхода. Ты понял да?
— Эксперты говорят, что ты действительно способен на самоубийство в критической ситуации. — кивнул капитан. — И при этом не могут точно определить твой психологический возраст. Разные тесты выдают то пятьдесят лет, то шестнадцать.
— А мне и есть шестнадцать, — рассмеялся я. — Вот, не поверишь, я реально чувствую себя как подросток. Разве что знаю чуть больше, а в остальном всё то же самое. Может я так никогда и не вырос, поэтому к переносу отнёсся довольно спокойно. А ведь у меня там осталась семья. Жена, дети.
— И не скучаешь? — удивлённо уставился на меня Илья.
— Скучаю, — я пожал плечами. — Но дети уже взрослые. Денег я оставил достаточно, чтобы ещё их внукам хватило. Компания тоже работает как часы, сын в совете директоров, так что развалиться не даст. Жена опять же поможет. А я для себя пожить хочу. Маму устроить, чтобы пожила как белый человек. Она заслужила больше, чем кто-либо. Короче как-то та. Пойду я, а то поздно уже. Мама волноваться будет. И да, насчёт вопросов, что у вас накопились — будущее я предсказывать не умею, а то, что было у нас никакого смысла не имеет. Просто, потому что мир уже слишком сильно изменился за эти сто лет, различия настолько кардинальны, что даже сравнивать нет смысла. Максимум что я могу дать — это технологии. В основном айти, то бишь программирование, сетевые технологии и так далее. Для этого мне и нужен сервер.