Братья Мятеж (СИ)

Когда Дарина сказала, что лишилась работы из-за домогательства, я пришел в бешенство. Какая-то сволочь смела протянуть свои руки к моей Луне. Обязательно узнаю, кто это и накажу. Накажу всех, кто когда — либо пытался ее обидеть. На мою сладкую булочку никто не посмеет даже косо взглянуть. Разорву любого на ошметки.
В какой-то момент, когда конфетка начала потихоньку трезветь, но между нами уже началась магия притяжения. Она запаниковала, желая оказаться подальше от меня. Но я не собирался ее отпускать. Мне вскружило голову то, как она смотрела на меня. Я нравился ей как мужчина. Ее зрачки расширились. Любовалась мной, совершенно не стесняясь или не в состоянии этого контролировать. Зверь внутри ликовал от переполняющих эмоций. Я нравился своей самочке, а она нравилась мне еще больше. Хотелось сожрать ее.
Дарина была очень миниатюрной в сравнении со мной. Прямо-таки Дюймовочка. Маленькая, хрупкая, с идеальной фигуркой и красивым лицом. Я всегда мечтал о такой малышке. Чтобы буквально закрывать ее своей спиной. Так и представлял ее на себе и под собой. Как наслаждаюсь ее телом. Никак не мог поверить, что это случится в самое ближайшее время. Что я нашел ее, свою половинку. Аж зубы свело от ванильности собственных мыслей. Никогда таким не был, но эта куколка все изменила в единый момент.
Когда моя Луна расплакалась, мое сердце болезненно сжалось. Теперь я, наконец, понял, что значит чувствовать страх за родное существо. Никогда раньше меня не заботили женские слезы. Был равнодушен. Но не с моей крошкой, не со своим смыслом жизни. Она испугалась меня, не понимала, что с ней происходит. Ничего, завтра все встанет на свои места.
— Тише, Дарина, маленькая моя. Не плачь, я не хотел тебя напугать. — успокаивал я ее, прижимая к себе, — Я не сделаю тебе ничего плохого. Ну же, успокойся. Сейчас мы подымемся ко мне, обработаем твой порез, уложим тебя спать, а завтра поговорим.
Подхватив ее, как пушинку на руки, понес к дому. Она моментально собралась, перестав давиться слезами. Я ощутил ее неловкость и смятение. Похоже, что мое солнышко никто до меня на руках не носил. Мы все исправим — пообещал я себе. Я залюблю тебя до умопомрачения, моя душа.
— Пустите, пожалуйста! — взбрыкнула она, пытаясь сползти вниз.
— Непременно. — ответил я, ставя ее на ноги.
Когда створки лифта приглашающе открылись, трусишка застыла на месте. Я мягко обхватил ее за плечи и уверенно повел внутрь, нажав нужный этаж. Она смотрела на меня, словно я гипнотизировал ее, хотя в этом не было необходимости. Ее нутро чуяло во мне что-то особенное, потому что она по праву рождения принадлежит мне. Несмотря на то, что она человек, невозможно сопротивляться этой магии притяжения. А вкупе с ее опьянением это действовало гораздо сильнее. Мне самому было невероятно сложно сдерживать свое желание, когда она так смотрела на меня.
Поддавшись соблазну, я убрал мокрую прядку волос с ее лица. На самом деле мне просто хотелось касаться ее, да так, что кончики пальцев покалывало от нетерпения. Затем, стараясь не думать, что делаю, поддавшись инстинктам, обнял ее, осторожно прижав. Она дрожала, но не от холода. Я слишком остро ощущал аромат ее желания. Дарина совсем не понимала, не знала, что с ней творится сейчас. Моя маленькая прекрасная мышка.
Когда, склонившись к ее лицу, я легонько коснулся бархатистой щеки губами, она задрожала еще сильнее. Тихо простонав, хватая ворот моей куртки. В эту секунду я уже понимал, чем закончится сегодняшняя ночь. Хотелось сохранить здравомыслие и не поддаться искушению, чтобы завтра не жалеть о последствиях. Отдавал себе отчет, что если возьму ее, то завтра пожалею.
— Ты такая красивая, моя Дюймовочка. — шепнул ей на ушко, собираясь героически отстраниться.
В этот самый момент, когда мне на секунду показалось, что я сумею удержать себя в руках. Дарина обхватила мое лицо своими маленькими ладошками и впилась в губы жадным, не опытным поцелуем. Я тут же уплыл в собственные ощущения, проникая в ее вкусный ротик языком. Боясь поспешить и напугать. Концентрируясь на том, что мне следует остановиться в эту же секунду. Иначе потом будет слишком поздно для нас обоих. Но какой же страстной и одновременно невинной она была. Сжимал ее узенькую талию в своих лапищах и не мог поверить в такое реальное счастье.
 
— Тише, Дарина. Или я не смогу остановиться. — нехотя все-таки попытался отстраниться я.
Луна не позволила, повторно прильнув к моим губам, обнимая за шею. В ноздри снова ударил запах ее возбуждения. Я знал, что она уже мокренькая для меня. Чувствовал исходящие от нее вибрации нетерпения. Она хотела меня, возможно, даже сильнее, чем я ее в тот момент. Потому что малышка абсолютно точно не соображала, что творит, а я пока еще держался на хлипком волоске.
— Конфетка, нам стоит остановиться. Ты слишком пьяна. Завтра ты не скажешь мне за мою слабость спасибо. — повторил я попытку остановить наше безумие.
— Это не важно. Просто целуй меня, пожалуйста. — захныкала моя пара, бессовестно повиснув у меня на плечах.
Раньше мне никогда не нравилась такая тактика в женщинах. Бесила эта просящая навязчивость. Но то, как льнула ко мне Дарина, было совсем другим. С ней все будет не так, как было с другими. С ней будет любовь, чувства. Она продолжение меня и наоборот.
Она была такой низенькой, что мне приходилось склоняться к ней слишком низко. И мне это охренеть как нравилось. Голову сносило от ее вожделения. Где-то там, далеко. Понимал, что поступаю неправильно. Но она так сладко целовала меня, прижималась ко мне, готовая отдаться прямо здесь, в лифте. Все это напрочь отключило мое самообладание. Не хочу ни о чем думать и отказывать ей. С последствиями будем разбираться завтра. Тогда я еще не подозревал, какими конкретно последствиями это обернется. Нужно было думать головой, а не членом.
— Ааа! Черт возьми! — прорычал в ее губы, подхватывая под сочную попку, — Я сделаю все, что ты скажешь, малыш. Все, что попросишь.
Маленькая кошечка обвила своими стройными ножками мой торс. Посасывая и кусая мои губы. Я все больше сходил с ума от ее вкуса, от запаха, от гладкости ее кожи. Был возбужден до предела. Не смог сдержать удовлетворенного стона, когда ее рука скользнула ко мне в штаны, обхватывая и слегка сжимая подрагивающий член. Разлететься на осколки. Какой же темпераментной она была. Тысячу раз возликовал. Как мне повезло.
Завалившись вместе с Дариной на руках в квартиру, кое-как добрел до комнаты. Попутно снимая с нее и с себя одежду, швыряя ее куда попало. Рухнув вместе с ней на постель, дрожащими руками стащил ее трусики. Зачем-то засунув их под матрац. Развел дрожащие ножки и принялся целовать ее сладкую киску. Лаская языком и массируя большим пальцем. Она кончила так быстро и бурно, а я окончательно слетел с тормозов из-за нее. Глядя на то, как она дрожит подо мной. Моя ненасытная мелкая фурия. Как же мы будем счастливы, я даю тебе слово.
Нависнув над ней, я впитывал в себя каждую черту ее лица, тела. Каждую ее эмоцию. Принимая в себя ее страсть и наслаждение, желая отдавать больше. Бесконечно больше. Раствориться в этом маленьком беззащитном существе. Ставшим в один миг центром такой огромной вселенной.
Опустившись на нее, я стал целовать ее так страстно, как только способен. Закинув ее ножки себе на спину и прижимая к себе одной рукой, а второй лаская грудь, одним уверенным толчком вошел в нее, ощутив маленькое сопротивление внутри. А через мгновение почувствовал запах крови, когда она слегка болезненно вскрикнула. Застыл в неверии. Девственница. Моя Луна девственница. Черт возьми, я думал, она просто еще не слишком опытная.
— Что же ты не сказала, дурочка? Прости меня. — прошептал в ее губы, — Завтра я буду вымаливать твое прощение.
— Замолчи и не останавливайся. Прошу, Илья! — нагло заявила моя хищница, кусая за щеку.
Разулыбавшись, как малолетний придурок, я накинулся на ее манящий ротик. Начав осторожно двигаться в ней. Постепенно наращивая темп. Какая же тесная и узенькая она была внутри. Наслаждался каждым толчком в нее. Она стонала так нежно и самозабвенно, раз за разом дрожа от оргазма. Извиваясь подо мной, а затем и на мне. Все в ней было идеально, именно так, как я мечтал. Она была даже лучше, чем я мог надеяться.