Истоки ненависти (СИ)

— Каждый? — она рассмеялась, но улыбка не смогла задержаться на её лице. — Нет, душелов, прощать — удел слабых. Нельзя прощать гордецов и ублюдков, решающих за других жить им или умереть. Нельзя прощать Вестника, обрёкшего беотов на верную смерть ради собственной идеи. Нельзя прощать Корво, смирившегося с их смертью. Нельзя прощать Рингара, погубившего столько людей и… Миру… — нот зажмурилась, собираясь с силами. — Нельзя прощать Прайма, стравившего нотов внутри «Рассвета» и манипулировавшего ими ради власти, нельзя прощать Лоту, своими руками создавшую безумца, едва не уничтожившего всех нас. Нельзя прощать Эксплара… Да закрой ты уже рану! — не выдержала она, схватив его за руку. — Ты истечёшь смоулом!
— Продолжай, — тихо, пропустив её реплику мимо ушей, попросил Ассур. Аркания хотела что-то возразить, но глядя на его хмурое лицо, коротко кивнула, однако руку не отпустила, пачкая перчатки и наручи тёмной жидкостью.
— Нельзя прощать Эксплара, — менее уверенно сказала она, — даже несмотря на то, что он наш Создатель. Нельзя прощать и меня, — её ладонь едва заметно дёрнулась, — потому что я такая же, как они… убийца…
Ассур вздохнул, снимая маску. Чёрный металл, словно жидкость, перетёк к шее вместе с окулярами, открыв сизое лицо анимагена холодному воздуху пещеры. Угрюмое выражение сменилось усталым, и он прикрыл глаза.
— Прощения заслуживает каждый, — повторил он, — ибо не существует исключительных злодеев и настоящих героев. Ошибиться может каждый, и цена за такую ошибку бывает очень высока. Но покуда в этом анимагене или человеке теплится хоть капля раскаяния — он заслуживает прощения.
— И даже Эксплар?
— Даже Эксплар.
Аркания фыркнула, но промолчала, обдумывая его слова. «Он прав, — нехотя признала она, опустив глаза, — не существует «чёрного» и «белого», всё относительно. Но ради восстановления справедливости и предотвращения ещё большего зла, кому-то необходимо взвалить на себя ношу палача». Чёрная перчатка давно стала липкой от смоула и ладони Ассура. Брезгливо поморщившись, Аркания вынула из чехла на поясе портативный ремкомплект и направила его дуло в раскрытую ладонь нота. Компьютер тут же сфокусировал зелёный луч-проводник на аккуратной ране точно посередине и запустил нано-роботов.
— Это глупо, — наконец, произнесла нот, подняв взгляд на повернувшего голову Ассура, — если не убивать злодеев, они нанесут больше вреда тем, кого мы любим. Да и вряд ли они раскаются…
— Но вопреки этому я не убил тебя, — он впервые так тепло улыбнулся ей, — потому что я верю, что тебя можно спасти. Также, как в тебя поверила Кири.
Аркания попыталась ответить что-то язвительное, но не смогла удержаться от улыбки в ответ. Вымученной, усталой, но полной робкой надежды. «Возможно, он первый из нотов, кто не желает мне смерти, — зачем-то подумала девушка, — а возможно и первый, от кого исходит такое умиротворение…»
— Но я всё равно не раскаиваюсь, — негромко сообщила она.
— Всему своё время, — пожав плечами ответил тот, наблюдая за работой нано-роботов. Рана затягивалась прямо на глазах, оставляя лишь сероватую плёнку, — видишь? Ты можешь быть и заботливой, если захочешь.
— Я тебе сейчас пальцы переломаю!
***
Пещера теперь всё время уходила вниз, иногда обрываясь широкими трещинами. Сражение наверху заглушали толщи горных пород, и только особенно сильные взрывы достигали резонансом до идущих в темноте двух нотов. Остальные из группы «Коэльс» и анроты Фэнлира также приближались к точке встречи, обозначенной у второго выхода. Обвалы перекрыли большую часть пути, и ориентироваться приходилось исключительно на маячки, расставленные анротами до входа внутрь. После откровенного разговора, Аркания предпочла молчать, чем Ассур не мог не радоваться, получив, наконец, возможность погрузиться в размышления. «Даже если наша дипломатическая миссия на Сарохаре увенчается успехом, — думал ноосенс, аккуратно переступая через тяжёлые булыжники, загораживающие проход, — сражения за Кайсалами и Даэлакский округ не закончатся моментально. Хотя мы и перевели штурм в осаду, но с каждым днём гибнут сотни анимагенов, а новусы не теряют практически ничего, кроме ресурсов. Эххи поступило хитро, отправляя в бой относительно восполняемые войска. Нам бы следовало поступить также, но тратить материалы на боевых роботов, когда у противника есть технопаты — бессмысленно… что ж… похоже, вновь вся надежда на тех беотов, что однажды победили Эксплара». Поначалу, он совершенно не понимал, как совершенно заурядные анимагены, прозванные в народе «Шестеро Неизвестных», вообще смогли что-то противопоставить самому Создателю Анима, да ещё и выжить при взрыве Ядра Контроля. Урси и Арги не спешили делиться с ним этими секретами, а с остальными он был не так хорошо знаком, чтобы называться даже их знакомым. Исключение составлял лишь Лункс Мститель, чью дочь, Лунги, он постоянно находил в самых неожиданных уголках Сольтена, правда безнадёжно потерявшуюся и зарёванную. Вспомнив о рысе, Ассур заметно помрачнел. «Цена ошибки бывает высока, — сказал он сам себе, вспоминая лицо Арги на Совете — отрешённое, полное скорби и боли, — и не всегда её последствия можно исправить»…
 
— Ассур, — вышел на связь Лео, судя по кряхтению, двигающего что-то тяжёлое, — мы на месте. Выход прямо перед нами. Всё чисто, можете не беспокоиться.
— Хорошо, — эта новость несколько приободрила его, — оставайтесь на месте и не выходите наружу. Хотя основные силы эххийцев сейчас брошены на передовую, но здесь слишком много новусов-телепатов.
— Я вообще-то стараюсь заглушать наши излучения мыслей, — обиженно сказала Акра. По голосу нот становилось понятно, что она нервничает, и Ассур понимал почему.
— Не волнуйся, это просто мера предосторожности, — более мягко ответил он, почувствовав ответный позитив, — мы уже видим ваши сигналы на интерфейсе. Значит, ещё максимум полчаса. Фэнлир?
— Мы немного задерживаемся, — недовольно цокнул языком тот, расчищая завалы — двухметровым анимагенам и так-то приходилось нелегко в узких проходах, а обрушившиеся потолки и вовсе иной раз заставляли их ползти на животе, — пришлось делать большой крюк, чтобы обойти затопленные разломы.
— Не беда, — Ассур почувствовал, что Аркания пристально смотрит на него, — что-то не так?
— Как-то подозрительно тихо, не находишь? — она вошла в «истинный» мир, рассматривая сверкающие ауры новусов вдалеке. — Они, похоже, даже не замечают нас. Это странно.
Ассур тоже видел это. Тенорус, командир авианосца-амфибии, находился сейчас на командном мостике своего корабля, и, судя по его гармонично-ровному свету души, даже не подозревал о приближающейся опасности. «Он ноосенс, — энергетику ему подобных Ассур чувствовал намного ярче, чем телепатов и телекинетиков, — но, похоже, его связь с Хором не позволяет ему целиком использовать свои способности», — он сосредоточился, более глубоко погружая сознание в «истинный» мир. Физическое пространство вокруг исказилось и растаяло, словно туман, открывая взору анимагена бескрайнее чёрное пространство, в котором сияли звёзды-души живых существ. Потеряв физическое воплощение, сознание Ассура воспарило вверх, не сдерживаемое больше никакими рамками. Умело подавив накатившее чувство эйфории, анимаген направился к ближайшей яркой звезде тёмно-синего цвета и тянущейся от неё едва заметной белой ниточке. «Поток псионической информации, — Ассур приблизился, насколько позволял чужой Конвентум — если он попытается проникнуть за защиту старшего Вокса, его тут же почувствуют Сопранисы и другие новусы, — значит, они отдают часть своих сил на поддержание «мини-ноосферы», что-то вроде Сети. Любопытно…» Это многое объясняло в поведении новусов на поле боя. В отличие от анимагенов, они были более подвержены псионическим атакам и никогда не действовали без приказа. «Часть силы в обмен на единство, — Ассуру всё больше нравилась сама идея Хора Разума, — сотни псиоников, действующих ради одной цели и по одним законам… неудивительно, что они столького добились… любопытно, можем ли и мы создать нечто подобное?»