Ведущая на свет (СИ)

Если честно — не очень хочу, чтобы хоть кто-то был в курсе, что я вообще пошла в архив.
Когда если не сейчас?
А я — пошла, потому что хотелось бы уже получить информацию про загадочное «в.п.п.», которое теперь прописывается в моей кредитной сводке всякий раз, когда Генри там в Лондоне подумывает о том, как ему начудить.
Нужно сказать, подумывает он часто. До дела не дошел, строчки о его помыслах исчезают где-то за четверть часа до времени своего свершения, но я поглядываю в лист своей сводки часто и с интересом.
Все-таки жутко интересно, что это чудовище придумает сейчас. Он ведь не повторяется. Ну, пока что не повторяется. Но я верю в силу его воображения.
В архиве — темновато, будто работники архива экономят на использовании святого огня.
За конторкой штатного работника меня встречает скучающий тощий парень. На бейджике у него значится имя Джордж, и от него за версту тянет мыслями в духе «когда же эта идиотская смена закончится».
Я ему сочувствую. В архиве — смертная тоска. Самое последнее место, куда соглашаются идти те, кому не полагается другой, более престижной, более динамичной работы.
Да, да, если бы не Джо — я была бы приговорена к работе архива…
Перед тем как заговорить, если честно, я зависаю. Потому что озвучивать саму суть странного события «каким образом я могу видеть грехи демона, который освободился по моей вине» — это мне кажется довольно компрометирующей информацией.
— А можно ли получить информацию о случаях освободившихся демонов класса опасности выше одной звезды, — осторожно интересуюсь я, и на меня зыркают уже с интересом. Кажется, такие запросы не самые частые в архиве.
— Сейчас, погодите, — с важным видом бросает мне Джордж и закапывается — сначала в ящички с картотекой, а потом — и вовсе исчезает среди высоких стеллажей с папками. Где-то даже дверь хлопает.
Спустя пятнадцать минут Джордж возвращается, с тремя толстыми папками, на форзацах которых я замечаю код «420-М-180».
Что, так много было освобожденных?
Я тяну было руки к папкам, но вместо этого Джордж шлепает передо мной чистый бланк.
— Вам надо заполнить официальный запрос информации, — коварно улыбается он, — с двух сторон.
Вот за что терпеть не могу Чистилище — так это за всю эту бюрократию…
И… Официальный запрос…
Я мельком проглядываю бланк анкеты. Имя, фамилия, регистрационный номер, личный номер серафима… Так…
— А если нет личного номера серафима, то что делать? — я пытаюсь не звучать виновато, но у Джорджа вновь скучнеет физиономия. Нет? Нельзя?
— Только под подпись кого-то из Триумвирата, — архивист огрызается почти агрессивно, будто я его отвлекла от важного дела, — эта информация — засекречена и не выдается кому попало.
Отлично, я теперь — кому попало.
С тоской поглядываю на заветные папочки, которые Джордж не унес, но оставил здесь на краю стола.
Я пытаюсь разговорить этого Джорджа, но уже после второго вопроса он жестко меня обрывает, у него мол такие правила, ему из-за меня штрафы не нужны, и не могла бы я отдать ему бланк? Я — не могла бы, я сваливаю с этим самым бланком чуть ли не бегом, правда без особой надежды.
Триумвират… Из всей тройки Триумвирата условно мирным я могу назвать только Катона, но и он после побега Генри вряд ли будет очень рад меня видеть. Я ведь еще по реакции Анджелы Свон видела, как они относятся ко мне. Вряд ли отношение Катона гораздо мягче. Разве что чуть-чуть.
Обидно. Обидно, что серафимьего поручительства недостаточно, я бы, может, попробовала подбить клинья к Джо и выпросить подпись у него. Хотя…
Хотя возможно и нет. Не хочется лишний раз его напрягать, давать ему лишние авансы. И так-то чувствую себя очень… Лицемерно. Ведь пользуюсь его хорошим ко мне отношением, почти злоупотребляю, работу вон выклянчила. И не объясняю, зачем оно мне нужно. Не уверена, что он это примет. Наверняка же сдаст Генри Триумвирату, просто потому что «так будет безопаснее».
В таких условиях — пользоваться его помощью лишний раз — лишь доканывать саму себя.
 
А еще — я ему нравлюсь, и что с этим делать — я вообще не понимаю. Нет, он симпатичный, хороший, добрый и все такое, но…
Вечно это «но»!
Вот как бы ему объяснить, что отношения — это вообще не моя тема? Не то чтобы не интересно, но как-то… Как-то не тянет. Такая вот я бракованная на всю голову грешница.
Все так же пытаясь понять, что мне делать с архивом и не особенно наблюдая выход, я возвращаюсь в Штрафной отдел. Шагаю к кабинету Джо, стараясь не обращать внимания на то, как демоны на меня пялятся. Ну, пялятся и пялятся. Привыкнут.
Джо на месте не оказывается. Ну, мне не может настолько везти постоянно. Он у нас все-таки начальник, отчитывается перед Артуром, вытаскивает своих непутевых подопечных из неприятностей, в которые они постоянно влипают, да еще и пашет постоянно в три смены, при этом читая мне морали, что я себя совсем не берегу.
А ему, блин, себя не беречь можно, да?
Приходится вернуться в холл, к девушке за стойкой администратора.
Та самая рыжая, Эмма, на которую я обратила внимание, еще когда явилась в Штрафной Отдел в компании мистера Пейтона. На меня эта конкретная демоница уставляется, не моргая и вдыхая воздух через раз. Она издевается, да? Почему каждый раз такой эффект, будто она меня в первый раз видит?
— Агата Виндроуз, хочу получить наряд на работу сборщика душ, — сухо произношу я. Не хочу звучать так, будто не особо имею на эту работу права.
А ведь так оно и есть. Впрочем, если Джо не подписал мои бумаги, фигу мне с маслом сегодня выдадут, а не наряд.
Сборщиком душ — не экзорцистом, просто потому что я вообще не уверена, что потяну сегодня еще один экзорцизм.
— Да, сейчас, посмотрю, есть ли свободные наряды… — на едином выдохе произносит Эмма, — мисс Виндроуз, вы не могли бы убрать запах? Он очень… Мешает.
Я недоуменно моргаю. Убрать? Но с чего она вообще взяла, что я это умею? Неужели они настолько не сталкивались с ангелами младших рангов? Хотя… Может и нет! С чего бы. По идее, таким, как я, с демонами взаимодействовать опасно. Голод обостряю, и никак это контролировать не могу.
— Я не серафим, — виновато сообщаю я, и тут уже Эмма странно на меня косится. Что я такого сказала вообще? Но ведь это правда, не в моих возможностях, я обычный ангел пятого ранга.
Копаясь в свободных нарядах, Эмма что-то тихонько бурчит, недовольно, но я не прислушиваюсь. В конце концов — я не в обиде. Без понятия, насколько ей мешает запах моей души, мне даже слегка жаль, что я не могу облегчить её работу.
— Держите, есть три ордера на сбор поврежденных душ, — Эмма протягивает мне наконец бумажки, с видимым облегчением — ей явно не терпится от меня отделаться, — только вам нужно взять кого-то из свободных ищеек, и можете получать ключ и паек у дежурного экзорциста.
Еще один демон?
— А это обязательно? — осторожно интересуюсь, заглядывая в ордера. О, Найтсбридж! Отлично! Шансов на то, что я встречу в этом престижном районе одного конкретного спрятавшегося демона — немного, но все-таки…
Вдруг? Не хотелось бы, чтобы рядом был лишний свидетель.
— Так полагается, — сообщает мне Эмма, лишний раз мне подтверждая, что сегодня не мой день, — демон-ищейка находит клочья души с большей эффективностью.
— Ну, отлично, где можно найти свободную ищейку? — мрачно интересуюсь я, вытаскивая себе ордер на душу в Найтсбридже. Ладно, все равно вряд ли я встречусь с Генри… Но все равно — бесит необходимость в лишнем свидетеле.
— Дежурные ищейки все уже по нарядам, — Эмма явно решила меня доконать еще сильнее, — но вы можете посмотреть в сто двадцатом кабинете. Там есть те, кто явился не в свою смену.
Черт. Черт-черт-черт.
Хорошо, что за мысленные ругательства мне никто штрафных санкций не выпишет.
Небеса, сколько препон на пути к одному только ордеру. Так будет каждый раз? Или мне в принципе не полагается все и сразу? Ну, ладно все, но хоть что-то бы…